Александр Зиновьев и его творчество

[Мишка Квакин]

Думаю, многим будет интересно познакомиться с творчеством Александра Зиновьева. С этой целью открываю данную тему.

[Мишка Квакин]

Александр Александрович Зиновьев родился в 1922 году в Костромской области в многодетной крестьянской семье. По окончании школы он в 1939 году поступил в московский ИФЛИ (Институт философии, литературы и истории - основной гуманитарный ВУЗ университетского типа в те годы), из которого он был исключен без права поступления в другие вузы страны за выступления против культа Сталина. Вскоре он был арестован, бежал, скрывался от органов госбезопасности. От дальнейших неприятностей его спасла служба в армии, куда он ушел в 1940 году и прослужил до 1946 года. А.А. Зиновьев участвовал в Великой Отечественной войне в качестве боевого летчика и закончил ее в 1945 году в Берлине. 1946 - 1954 годы он - студент, а затем аспирант философского факультета Московского Государственного университета имени М.В. Ломоносова. Став в 1955 году научным сотрудником Института философии Академии наук СССР, он проработал в нем до 1976 года. Академическая карьера А.А. Зиновьева складывалась удачно. Уже его кандидатская диссертация, посвященная логике "Капитала" К. Маркса (1954), получила широкий резонанс. В 1960 году А.А. Зиновьев защитил докторскую диссертацию, вскоре после этого он получил звание профессора и стал заведовать кафедрой логики в Московском университете. В рамках философии А.А. Зиновьев занимался самой трудной и строгой ее частью - логикой. Он применил средства логики к анализу языка науки, разработал собственную логическую теорию. Результаты его логических исследований опубликованы в следующих книгах: "Философские проблемы многозначной логики" (1960); "Логика высказываний и теория вывода" (1962); "Основы научной теории научных знаний" (1967); "Комплексная логика" (1970); "Логика науки" (1972), "Логическая физика" (1972). А.А. Зиновьев в логике и методологии науки достиг успехов, высоко оцененных в профессиональной среде и получивших международное признание. Из шести его монографий тех лет пять тут же (с перерывом в один-два года) были переведены на английский или немецкий, а "Комплексная логика" сразу на оба языка, и изданы на Западе - явление исключительное как в те годы, так и в наши дни.

В 1976 году произошло событие, обозначившее новое направление интеллектуальных усилий А.А. Зиновьева и круто изменившее его жизнь. Он неожиданно для всех выступил с книгой "Зияющие высоты", представлявшей собой выполненное в художественной форме критическое исследование некоторых сторон советского социального строя. Все понимали, что за жизнью и нравами вымышленного Ибанска подразумевалось совсем невымышленное общество. Она была опубликована "там", на Западе. Этот факт решающим образом предопределил восприятие книги. На неё стали смотреть сквозь призму эпохального противостояния коммунистической и антикоммунистической идеологий. А.А. Зиновьеву отвели роль антикоммуниста, со всеми вытекающими в те годы последствиями: он был исключен (причем единогласно) из партии, выгнан с работы, выслан из страны, лишен гражданства, всех научных степеней, званий, наград, в том числе военных. Вокруг него была создана атмосфера замалчивания. Всё было организовано так, как будто вообще не существовало такого человека. Можно ли было придумать более наглядное доказательство правдивости "Зияющих высот"? И тем не менее, есть ли достаточно оснований автора этой книги считать антикоммунистом, имея в виду, что под коммунизмом понимается реально существовавший в Советском Союзе социальный строй? Это так же неверно, как неверно было бы, например, Гоголя как автора "Мертвых душ" считать русофобом.

С 1978 года началась эмигрантская жизнь А.А. Зиновьева, которая продлилась 21 год. Все эти годы он жил в Мюнхене, занимаясь научным и литературным трудом, не имея постоянного места работы и источника существования. В 1980 году вышел его научный труд "Коммунизм как реальность", излагавший основы разработанной им теории реального коммунизма и охарактеризованный известным социологом и советологом Раймоном Ароном как единственная действительно научная работа о советском обществе. Одновременно с этим появилось огромное количество научных и публицистических статей, докладов, интервью, излагающих, уточняющих и развивающих его теоретические и социальные позиции; они лишь отчасти опубликованы в сборниках "Без иллюзий" (1979); "Мы и Запад" (1981); "Ни свободы, ни равенства, ни братства" (1983). Особо следует отметить его научно-литературные произведения, замечательную серию социологических романов и повестей того периода: "Светлое будущее" (1978), "В преддверии рая" (1979); "Желтый дом" в 2-х томах (1980); "Гомо советикус" (1982); "Пара беллум" (1982); "Нашей юности полет" (1983); "Иди на Голгофу" (1985); "Живи" (1989). В них он продолжил то, что начал в "Зияющих высотах", - в свойственной ему художественно-сатирической манере исследовать советский социальный и человеческий опыт.

А.А. Зиновьев своим творчеством создал новый жанр (социологический роман), в котором научно-социологические результаты исследований излагаются в художественной форме. Понятия, утверждения, отчасти даже методы социологии используются как средства художественной литературы, а последние, в свою очередь, применяются как средства науки. А.А. Зиновьев органически соединил одно с другим, его социологические романы принадлежат одновременно и к области науки, и к области художественной литературы. В результате этого ему удалось, с одной стороны, интегрировать в социологическую теорию человеческий, индивидуально-личностный аспект жизнедеятельности, а с другой - изобразить индивидуальные человеческие типы, отношения между ними с учетом их глубокой социальной обусловленности. Социологический роман - знаменательное явление культуры, требующее специального изучения.

После 1985 года начался новый период в творчестве А.А. Зиновьева. На горбачевскую перестройку он откликнулся тем, что расширил исследовательскую тематику, обратившись к изучению современного Запада, и одновременно с этим изменил акценты и тональность в описании и оценке советского коммунизма. Свой талант социального сатирика он теперь направил в сторону Запада, а при анализе советского опыта в его трудах стало доминировать заинтересованное понимание. Все началось с того, что А.А. Зиновьев с самого начала обозначил свое резко отрицательное отношение к перестройке, которую он тут же окрестил катастройкой. Следует обратить внимание на то, что он сделал это тогда, когда и в Советском Союзе, и во всем мире перестройка воспринималась как эпоха гуманистического обновления социализма, когда многие ученые, писатели, философы, деятели культуры, журналисты, прочие известные люди через бесчисленные средства массовой информации в состоянии всеобщей эйфории приветствовали перестройку, когда миллионы людей пришли в состояние радостного возбуждения - ходили на митинги, спорили, строили планы, лихорадочно что-то делали. Чтобы пойти против такого потока, недостаточно одного мужества. Надо еще иметь знание истины. И, как показал опыт, к сожалению подтвердивший все печальные прогнозы Зиновьева, он имел такое знание. Его позиция, если ее выразить предельно кратко, состояла в следующем. Кризис, в котором оказался к середине восьмидесятых годов Советский Союз, есть специфический кризис коммунистической системы, кризис управления. Он требует своих особых средств разрешения. Рыночная реформа и либерализация для этих целей не подходят, они являются сугубо западными методами и могут привести лишь к краху советского социального строя, а вместе с ним и к краху страны. Чтобы обосновать эту свою позицию, он провел исследование эволюции социальной системы современного Запада. Его результаты были опубликованы в изданных теперь уже в Москве работах "Запад" (1995) и "Глобальный человейник" (1997). Первая из них написана в форме научного эссе, а вторая представляет собой социологический роман. С другой стороны, А.А. Зиновьев стал показывать скрытые угрозы и неадекватность методов перестройки, выявляя одновременно с этим огромный для истории России, по его мнению ничем не заменимый потенциал коммунистической системы. Об этом - его многочисленные работы этих лет: "Горбачевизм" (1988), "Катастройка" (1988), "Смута" (1994), "Русский эксперимент" (1994). А.А. Зиновьев свою позицию также активно заявлял в многочисленных научных и публицистических статьях, интервью, выступлениях на радио и телевидении, которые лишь отчасти собраны в сборнике "Посткоммунистическая Россия" (М., 1996).

В июне 1999 года А.А. Зиновьев вернулся на постоянное жительство в Россию, в Москву. Скончался А.А. Зиновьев 10 мая 2006 года.

[Мишка Квакин]

В книге "Гибель русского коммунизма" А. Зиновьев изложил своё видение причин краха СССР. К решению этой проблемы он подошёл с позиции им же разработанной социологической теории.

[Викка]

По Вашему совету мельком проглядела книгу "Идеология партии будущего".
Да, надо читать внимательно. Очень понравилось определение "человейник".)))
Если Вам не трудно, то может расскажете цитатно? Читать книгу нет времени, но экстракт знаний получить желательно.

[Викка]

По Вашему совету мельком проглядела книгу "Идеология партии будущего".
Да, надо читать внимательно. Очень понравилось определение "человейник".)))
Если Вам не трудно, то может расскажете цитатно? Читать книгу нет времени, но экстракт знаний получить желательно.

[Мишка Квакин]

Общеизвестна марксистская концепция общественного устройства. Экономика - это базис общества, всё остальное - надстройка над базисом. Базис определяет это всё остальное. В базисе марксизм различает производительные силы и производственные отношения. Приоритет отдаётся производственным отношениям. В зависимости от господствующих производственных отношений, марксизм различает пять типов обществ (общественно-экономических формаций): первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический и коммунистический. Хотя марксизм отбросили, от этой концепции не отказались до сих пор.
В книге "На пути к сверхобществу" изложены основы оригинальной социологической теории А. Зиновьева, которую он разрабатывал с целью преодоления марксизма, объяснения современного состояния человечества и прогноза. Зиновьевым введены многие понятия, которые отсутствуют в других социологических теориях: человейник, социальный атом, социальная организация, уровень социальной организации, деловой, коммунальный и менталитетный аспекты и сферы, материальная культура, социальные законы, человеческий материал и др. Само понятие "общество" Зиновьев использует для обозначения человеческого объединения определённого уровня социальной организации. В зависимости от уровня социальной организации Зиновьев различает три типа (в отличии от марксистских пяти) человеческих объединений: предобщества, общества и сверхобщества. В последних частях книги Зиновьев с позиции своей теории рассматривает и сравнивает советский (который он называет коммунистическим) и западнистский типы социальной организации. Даётся прогноз развития человечества.
Книга требует неторопливого вдумчивого чтения и лучше читается с бумажного носителя.

[Мишка Квакин]

Та же книга в формате .pdf

[pressa2]

Сообщение от Мишка Квакин

Та же книга в формате .pdf

Спасибо, Михаил, что вы открыли эту тему и выложили ссылки на некоторые из его книг. Я считаю Александра Зиновьева - выдающиймся философом и публицистом XX века, полностью ещё не открытом и не оценённом нами. Как когда-то про Николая Лескова сказали "прозёванный гений", точно также можно сказать про Зиновьева. К счастью, у меня есть почти все электронные копии его книг, но к сожалению - ни одной на бумажном носителе. А с экрана компьютера (вы правы) читать трудно и неудобно. С уважением, Владимир.

[Мишка Квакин]

Сообщение от Викка

Если Вам не трудно, то может расскажете цитатно? Читать книгу нет времени, но экстракт знаний получить желательно.

В книге "Идеология партии будущего" А. Зиновьевым рассматривается вопрос - возможно ли в XXI веке создать идеологию, сопоставимую по масштабам с марксизмом, и которая сыграла бы роль, аналогичную роли марксизма в XIX-XX веках. В книге высказаны соображения автора по поводу такой идеологии для партии будущего. Тезисно:

... специфическая социальная роль (функция) идеологии - не познание реальности, не образование, не развлечение, не информация о событиях и т.д. (хотя это все не исключается, а предполагается), а формирование у людей определенного понимания явлений окружающей их среды и жизни в этой среде. Причем, такого понимания, которое существенным образом влияет на их поведение. Другими словами, специфическая функция идеологии - формирование сознания людей и воздействие на их поведение путем воздействия на их сознание.

Идеология характеризуется силой воздействия на людей, - степенью эффективности. Эта степень должна быть достаточно велика, чтобы идеология выжила в качестве актуально функционирующего социального явления. Если она опускается ниже некоторого минимума, то данный текст перестает выполнять функции идеологии. Как следствие она сходит со сцены истории. Степень эффективности зависит от многих факторов, в их числе - от состояния объекта идеологического воздействия, от затрат на распространение, от степени адекватности и т. д.

Задача идеологии - приучить какое-то множество людей сходным образом думать о каких-то явлениях реальности и совершать какие-то поступки под воздействием такого понимания сходным образом. А для этого реальность должна быть таким образом отражена, чтобы эта цель была достигнута. Например, чтобы побудить граждан страны защищать её от врага, идеология должна создавать апологетическую картину своего общества, т.е. выделять и подчеркивать его достоинства и преуменьшать или вообще замалчивать его недостатки, и критически-негативную картину общества врага, т.е. замалчивать его достоинства и выделять его недостатки. И образ врага должен создаваться таким, чтобы к нему возникала ненависть.

Реальный коммунизм в России и других странах Советского Союза и советского блока разгромлен. Но научное его понимание полезно хотя бы для того, чтобы по достоинству оценить роль, которую он сыграл в социальных достижениях России и всего человечества в двадцатом столетии и какую ему ещё предстоит сыграть в будущем в качестве идеала социальной организации, способной противостоять гибельным для человечества последствиям торжествующего западнизма.

Запад реализовал марксистскую идею потребительского коммунизма. Но как? Запад породил величайшие жизненные блага и способность воспроизводить эти блага. Об этом знают все, об этом неутомимо кричат все мощнейшие средства массовой информации. Продление жизни и сохранение жизненных функций до ста лет, а в ближайшем будущем - до ста тридцати. Лечение почти от всех болезней, ещё недавно бывших смертельными. Сказочный бытовой комфорт. Неограниченные средства наслаждения и т.д. и т.п. Все это общеизвестно. Все это стало величайшим соблазном, перед которым невозможно устоять.
Но доступны ли эти жизненные блага всем? Доступны ли они людям в одинаковой мере? Конечно, нет. Можно установить иерархию этих благ по степени их стоимости, важности, объему, доступности. Соответственно складывается и иерархия людей с точки зрения долей этих благ, какие им достаются. Складывается социальный механизм распределения этих благ, обусловленный распределением людей в системе жизнедеятельности. В результате действия этого механизма складывается иерархия потребления жизненных благ в диапазоне от минимума, близкого к нулю, до максимума, близкого к полному изобилию. Лозунги коммунистов «по потребностям» и об изобилии фактически реализуются, но не для всех и не в одинаковой мере, а лишь для части людей, причем в разной мере.

Пропагандируя достигнутые жизненные блага как потенциально доступные всем и создавая социальную организацию, исключающую такую доступность фактически, правящие силы человечества обрекают на непреходящие страдания подавляющее большинство людей и превращают тех, кому перепадают достаточно большие доли благ, в гнусных тварей, пожирающих эти блага и охраняющих свои привилегии. Достижения гуманизма прошлых веков превращаются в орудия идеологического оболванивания упомянутого большинства в интересах благополучного меньшинства. Последнее выделяется из массы людей и возвышается над нею в качестве сверхлюдей.

Не все то, что планируется и делается для осуществления планов, делается к лучшему, на благо людей. Человечество и входящие в него объединения людей не есть нечто однородное. Интересы людей и их объединений различны, зачастую противоположны. Проектируемость и управляемость эволюции в реальности осуществляются в борьбе враждебных сил, в пользу одних и во вред другим, причем с точки зрения интересов и соотношения сил в настоящем, не считаясь с последствиями в будущем. К концу двадцатого века в человечестве возобладали силы, которые направили социальную эволюцию по пути, ведущему к гибели человечества. Об этом говорят не только противники глобализации, но и её здравомыслящие апологеты.

Научное исследование современного западнизма и глобализации обнаруживает, что предотвратить эту гибель человечества возможно только в том случае, если возникнет достаточно мощная эволюционная альтернатива западнизму.

В том виде, как коммунизм сложился в Советском Союзе, он стал реальной альтернативой западнизму во всех основных аспектах жизни человейников. Чтобы понять это, нужен научный подход к социальным объектам в самом строгом исполнении. Нужно выделить в реальном коммунизме то, что образует сущность его социальной организации, что обусловлено его объективными социальными законами, и отбросить то, что было исторически случайным, поверхностным, преходящим, обусловленным необычайно трудными условиями выживания и внешними влияниями и т.д. И само собой разумеется, необходимо отбросить все идеологические извращения как апологетические, так и враждебные. Иначе говоря, нужно понять коммунизм как реальность, но понять, используя научный метод выделения изучаемых объектов в идеально чистом виде. А это элементарное требование научного подхода к социальным объектам до сих пор дружно игнорируется.

К концу двадцатого столетия был разгромлен реальный советский коммунизм и была отброшена марксистская коммунистическая идеология. Торжествующий западный мир с его западнистской социальной организацией пошел по пути, который рассмотрен выше. Это не может не порождать протесты, сопротивление, антизападнистские действия и поиски альтернативы западнизму. Я по этому поводу думаю следующее. Самая мощная и успешная альтернатива западнизму уже была в реальности - это советский коммунизм, или, иначе говоря, советизм. Никакая другая альтернатива не идет с ним в сравнение. Подобную роль не могут сыграть сохранившиеся коммунистические страны, включая Китай. Почему - эту тему я здесь не рассматриваю. Такая альтернатива не может возникнуть и путем реставрации советского коммунизма. Последний создавался в определенных исторических условиях в течение десятков лет. Он был сложнейшим социальным образованием. Чтобы восстановить его, мало отменить частную собственность на средства производства и национализировать все то, что награбили разрушители советского человейника. Это - капля в море. Нужны ещё миллионы дел, для осуществления которых в современных условиях России (и других стран бывшего Советского Союза) нет ни людей, ни средств, ни времени. Да и Запад имеет достаточно сил, чтобы не допустить даже мало-мальски заметные попытки в этом направлении. Реставрировать советский коммунизм некому, зато более чем достаточно тех, кто способен помешать. И нет идеологии, с которой можно было бы начать хотя бы первые шаги в этом направлении.

Реальная альтернатива западнизму может возникнуть только заново. Причем, она не может возникнуть сама по себе, стихийно. Она может возникнуть только как результат сознательно-волевой деятельности людей. И началом этой деятельности должно стать создание новой идеологии. Подчеркиваю: именно новой.

Выше было рассказано о том, какие именно научные тексты должны послужить интеллектуальным материалом для интересующей нас альтернативной идеологии. Определена и её субъективная направленность: отрицание западнизма (антизападнизм) и противопоставление ему в качестве позитивного идеала социальной организации такую, основные черты которой можно было наблюдать в Советском Союзе, т.е. черты советского коммунизма, или советизма. Повторяю и подчеркиваю: антизападнизм ни в коем случае не есть негативное отношение к Западу как к совокупности конкретных стран и народов, подобно тому, как в свое время антифашизм не был негативным отношением к немцам и Германии. И изобретение позитивного идеала на основе изучения советской (коммунистической) социальной организации не есть апологетика всего того, что имело место в конкретной истории советского коммунизма и в конкретных коммунистических странах. Речь идет исключительно о типах социальной организации. Западнистская социальная организация, как она описана выше, признается как главный источник несчастий, обрушившихся на человечество к концу двадцатого и началу двадцать первого века, а советская (коммунистическая) социальная организация, точно так же, как она описана выше, признается как единственная альтернатива западнизму, с помощью которой можно остановить гибельное направление эволюции человечества, навязанное западным миром и самому западному миру с помощью западнизма.

Катастрофальные последствия прогресса на основе западнизма общеизвестны - разрушение природной среды, моральная деградация, деградация духовной культуры, массовые эпидемии и т.д. С точки зрения уровня социальной организации, главным является то, что в переходе от уровня обществ («национальных государств») на уровень сверхобществ возобладали явления социальной деградации. Проявляется это в том, что решающую роль в социальной организации человечества стали играть образования феодального типа (семьи, кланы, группы сверхбогатых и т.п.) и физическое насилие. Образование западнистской империи с метрополией в США отбросило человечество в социальном отношении по крайней мере на столетие назад.

Партия Будущего не должна участвовать в мелочной общественно-политической суете в рамках существующей социальной организации. Не дело оппозиции такого уровня действовать на благо этой организации. У неё более значительная цель эпохального масштаба, а именно - положить начало борьбе человечества за социальный идеал, альтернативный западнизму.

[Мишка Квакин]

А. Зиновьев, "Запад".
В книге дано описание западного социального строя ("западнизма", по терминологии А. Зиновьева). Выделены его ключевые элементы. Дан прогноз их развития. Книга также интересна тем, что после её прочтения читатель получит ответ, каковы перспективы России превратиться в нечто западообразное. Лучше читать с бумажного носителя.

[pressa2]

Сообщение от Мишка Квакин

А. Зиновьев, "Запад".
В книге дано описание западного социального строя ("западнизма", по терминологии А. Зиновьева). Выделены его ключевые элементы. Дан прогноз их развития. Книга также интересна тем, что после её прочтения читатель получит ответ, каковы перспективы России превратиться в нечто западообразное. Лучше читать с бумажного носителя.

Спасибо, Михаил. Ещё одну книгу А.Зиновьева (с вашей помощью) добавил в свой архив. Владимир.

[Мишка Квакин]

"Русская судьба, исповедь отщепенца" - автобиографическая книга. Но эта книга - не просто описание событий биографии А. Зиновьева, это социологический анализ нескольких десятилетий советской истории, таких её явлений, как сталинизм, "хрущёвский переворот", "брежневский застой".

[Мишка Квакин]

Книга А. Зиновьева "Глобальный человейник", как и книга "Запад", посвящена исследованию западнизма (западного социального строя), но в отличии от "Запада" выполнена в художественной форме. Это - социологический роман-прогноз. Основная мысль его такова: все тенденции западнизма, которые обозначились сегодня, полностью реализуются. Что за общество получится в результате - этот вопрос и рассматривается в этой книге. Почитать полезно.

[Мишка Квакин]

Книга А. Зиновьева "Русская трагедия" посвящена трагическому периоду российской истории - созреванию антикоммунистического переворота, самому перевороту и становлению постсоветской социальной системы в России. Весь этот период А. Зиновьев определил как "эпоху тотального помутнения умов". В книге дается социологически точное описание коммунистической социальной организации в России, причин и сущности контрреволюции, роли Запада в разгроме Советского Союза, сущности постсоветизма, положения России в глобальном сообществе. Делается научный прогноз эволюции России в обозримом будущем. Литературный аспект в книге представлен описанием характерной судьбы советской семьи, которая стала жертвой переворота, как это произошло с миллионами российских семей.

[Мишка Квакин]

Мы публикуем полную расшифровку лекции философа, логика, социального мыслителя, профессора МГУАлександра Зиновьева, прочитанной 16 сентября 2005 года в клубе "Улица ОГИ" в рамках проекта “Публичные лекции “Полит.ру”.
Изначально предполагалось, что лекция будет озаглавлена “Социальный строй постсоветской России”, но Александр Александрович сократил название до “Постсоветизм”, или, еще короче, “Псизм”. Возможно, одно из самых интересных мотивов лекции и обсуждения оказалось описание истории возникновения и крушения СССР как внутренней драмы европейской цивилизации: "Слова “капитализм” и “демократия” — это идеологические пустышки. Реальный Запад совсем другой. И та социальная система, которая там сейчас существует, — это уже сверхобщество. Система такого типа, какая была в Советском Союзе, но в других условиях".

Лекция Александра Зиновьева

"Псизм" - это термин, который я употребляю в отношении социальной системы, социальной организации сегодняшней России. Разумеется, в шутку. Я ввел этот термин еще тогда, когда никто не помышлял о возможности крушения советской системы. В 1978 или 1979 году мне был задан вопрос о том, что придет на смену советскому коммунизму. Тогда я и ввел этот термин: “Это будет постсоветизм, сокращенно — „псизм“. Поскольку тогда не предполагалось, что псизм станет реальностью, к этому отнеслись вполне нормально.
Постсоветскую систему, постсоветизм я в общих чертах описал уже тогда, поскольку спрогнозировать, что будет, если рухнет советская коммунистическая система, для меня — а я к тому времени уже выработал свою социологическую теорию — было нетрудно. Я вообще считаю, что решение такого рода проблем — довольно банальная задача, и если бы вы у меня позанимались хотя бы год, я бы вас научил, как делать такого рода прогнозы.
Сегодня я хочу кратко рассказать вам о том, что означают сами выражения “социальная система”, “социальная организация”. Затем: почему рухнула советская система, как появилась постсоветская система, что она из себя представляет, как она функционирует и каковы ее перспективы, а также каковы перспективы нашей страны в рамках этой системы.
Конечно, я не смогу изложить вам теорию в полном объеме, время у нас ограничено, так что изложу только в основных чертах. Но этого будет достаточно, для того чтобы у вас появились вопросы. Тогда, в ответах на вопросы я, может быть, объясню более детально.
Я начал заниматься исследованием социальных объектов еще тогда, когда, как я смотрю по лицам, никого из вас еще на свете не было, а может быть не было на свете и ваших родителей. Это было где-то в 38—39-м годах. Я уже тогда отбросил марксизм как учение, непригодное для понимания той реальности, в которой довелось существовать, и встал на путь разработки своей теории.
Присутствующие здесь наверное имеют представление о том, что в советские годы господствующей идеологией был марксизм, а в марксизме употреблялись такие понятия, как “базис”, “надстройка”, “общественно-экономическая формация” — думаю, вы представляете себе, что это за понятия. Поскольку я уже тогда установил, что эти понятия не научные, а идеологические (при этом я не считаю, что они бесполезны, они сыграли определенную роль), я ввел вместо них свою систему понятий и прежде всего понятие социальной организации.
Если говорить о том, что образует основу человеческих объединений, человеческой жизни, то в марксистские годы вам сказали бы, что это базис, то есть экономика. От этого представления не отказались до сих пор. Если вы следите за средствами массовой информации, смотрите телевидение, читаете газеты — без конца только и твердят: “Экономика, экономика, экономика, экономика”. Это как бы важнее всего.
Я вас уверяю, что это тоже идеология, ложная идеология, и ее специально навязывают, чтобы отвлекать внимание людей от понимания реальности такой, какой она является на самом деле.
Я ввел понятие социальной организации и уже тогда установил для себя, что основу человеческой жизни, основу человеческих объединений — их существования, функционирования, эволюции — образует не экономика, не власть, не идеология, а комплекс параметров. Комплекс — это не просто сумма, это такое объединение параметров, когда каждый из них по отдельности необходим, а все вместе достаточны для существования чего-то.
В этот комплекс входят и экономика, и система власти, и идеология, и правовая система, и многие другие факторы или параметры. Я употребляю эти слова, потому что они вам понятны. Но в принципе можно ввести другую систему понятий, чтобы отвязаться от ложной идеологии.
Используя этот понятийный аппарат, я в свое время построил теорию коммунистического общества. Кстати, я за эту теорию еще в 1979 или 1980 году получил премию Алексиса де Токвиля по социологии, я являюсь единственным русским ученым, который получил такую премию именно за социологические открытия. Однако здесь в России меня в качестве социолога не признают. Если вы посмотрите книжки по социологии, справочники и так далее, вы найдете там всех, кто хотя бы одну-две статейки насочинял о социальных явлениях, — имя Зиновьева вы там не найдете. Я этих людей понимаю, поскольку моя теория начисто отвергает все то, что сочиняют эти люди, а этих людей сейчас на свете больше полумиллиона — социологов и политологов.
Исходя из своей теории я в ряде книг объяснил, почему рухнула советская социальная организация. В двух словах на эту тему я могу сказать следующее.
Принято считать, что советская социальная система изжила себя, что она оказалась не жизнеспособной. Это неверно. Она была жизнеспособной, она доказала, что она гораздо эффективнее, чем западные социальные системы. В этом отношении наша страна опередила Запад, по крайней мере, лет на пятьдесят. Как я объяснял в предисловии к моей книге “Запад”, разгромив коммунизм на Востоке, Запад сам устремился в том же направлении. Не в направлении объединения коммунистического типа, а в направлении объединения такого же уровня социальной организации. И сейчас можно уже проводить полную аналогию.
Причиной разрушения советской системы послужил комплекс факторов. Я вам уже объяснил, что такое комплекс: сводить все к одной какой-то причине, одному фактору нельзя, нужно брать комплекс в целом. Все то, что пишется на эту тему, вырывает какой-то отдельный аспект структуры общества и к нему сводит.
В этот комплекс причин, обусловивших падение советской системы, входит много факторов. Среди них - факторы внешнего порядка. Например такие, как Холодная война, которая длилась более полувека. Какой она была, вы все прекрасно знаете, это была идеологическая война. Наряду с внешними внутренние факторы, как например кризис идеологии - это очень важно, имейте в виду, что это один из важнейших факторов. Марксистская идеология была одной из важнейших причин краха советской системы. То есть, она полностью исключила научное понимание и советской и западной реальности. До сих пор она сидит в головах людей и препятствует научному пониманию реальности сегодняшней.
В число факторов входили и такие, как назревание кризиса. Лет за десять до Горбачева я построил математическую модель советского общества и с её помощью доказал неизбежность кризиса. Я описал этот кризис, и он произошел в горбачевские годы именно так, как я его описывал за десять лет до этого.
Мою работу обсуждали на высоком уровне: в комиссии были представители Президиума Академии наук, из ЦК, из КГБ — работу оценили как клевету на советское общество. Все рукописи были реквизированы, я дал подписку о неразглашении результатов моих исследований.
В число этих факторов входил также стремительный прогресс. Брежневские годы совсем не были застойными. Возьмем хотя бы такой показатель: число объектов, подлежащих управлению, к брежневским годам увеличилось сравнительно со сталинскими годами в несколько сот раз. Как минимум в триста раз. Я имею в виду число институтов, школ, лабораторий, кафедр и так далее. Все объединения, в которых имелись какие-либо управляющие органы.
Одной из причин краха советской системы стало несоответствие управленческого аппарата и управляемого тела. Если число управляемых объектов увеличилось в триста раз, если не больше, то система власти и управления выросла не более, чем в два раза. Управлять таким сложным механизмом было уже невозможно.
Сыграл свою роль и фактор предательства. Произошло коллективное грандиозное предательство. Вы можете себе представить - первый коммунист, человек, который готовится стать главой коммунистической партии, Горбачев приезжает в Лондон и не идет на могилу Маркса. Первый коммунист в мире не идет туда, а идет на встречу с Маргарет Тэтчер. Я тогда давал интервью на эту тему и меня спросили, как оценить этот факт. Я сказал, что это начало грандиозного исторического предательства — так оно и произошло. Этот фактор тоже сыграл свою роль.
Наверняка почти всем вам известен факт: почти двадцать миллионов коммунистов, членов партии, которые вступая в нее давали клятву до последней капли крови сражаться за идеи марксизма, за коммунизм и т.п. — и ни одной капли крови не было пролито. Люди испарились, как будто их не было.
Я впервые ввел в социологию это понятие в качестве социального фактора, социологического фактора, а не просто морального — фактор предательства.
Так, в общем без боя погибла, была сдана страна, произошла капитуляция, и сразу же молниеносно была сконструирована новая социальная система, постсоветская социальная организация.
Советское общество складывалось вовсе не по Марксу: не произошло изменения базиса, которое бы повлекло за собой изменение надстройки, никакого коммунистического базиса в дореволюционной России не было. Появилась марксистская идеология, появились революционные организации, появилась партия профессиональных революционеров во главе с Лениным, представился случай, революционеры захватили власть и быстро в течение кратчайшего срока создали систему власти, и уже новая система власти стала создавать (если брать марксистскую идеологию) коммунистический базис. Стали создавать не частную, а общественную и государственную индустрию, ликвидировали частное хозяйство в деревнях в ходе коллективизации.
Точно так же произошло и с постсоветской системой. В советскую эпоху, перед переворотом, который произошел в горбачевско-ельцинские годы, в советской системе никакого нового экономического базиса в марксистском смысле не было. Была теневая экономика, были какие-то частные предприятия, но это не были капиталистические явления. Все равно и теневая экономика, и частные предприятия функционировали по законам советского общества, а не по законам капиталистического общества.
Как возникла постсоветская социальная система, постсоветизм?
Больше пятидесяти лет шла Холодная война. Она перешла в “теплую” войну, по моей терминологии, то есть к идеологическим средствам Холодной войны добавились новые, такие как грандиозные диверсионные операции. Результатом одной из них стало проведение Горбачева на пост генерального секретаря.
Если кто-то уже был достаточно взрослым в те годы, он может вспомнить, как Горбачев проходил на пост генерального секретаря. Отправили члена Политбюро Щербицкого в Америку, задержали вылет его самолета. Романов — другой член Политбюро, конкурент Горбачева, — был отправлен в отпуск, была оборвана телефонная связь с ним, он даже не знал, что собирается Политбюро.
И голос Громыко решил исход голосования в пользу Горбачева. Горбачев никогда за всю партийную карьеру не был в ситуации, когда бы ему приходилось с кем-нибудь конкурировать, — все время проскакивал таким образом. Как однажды проговорился Громыко, когда избирали Горбачева, он согласовал его кандидатуру в Вашингтоне.
Отсюда было наблюдать труднее, но мы, живя на Западе, видели буквально своими глазами, как происходила подготовка к антикоммунистическому перевороту августа 1991 года, и затем этот переворот завершился в октябре 1993 года расстрелом Белого дома.
Все это тоже осуществлялось как диверсионная операция. Буквально на пятачке сосредоточили все события и легко реализовали то, что было задумано, а именно разрушили советскую социальную систему.
Группа политических деятелей во главе с Ельциным, если не руководимая Западом, то во всяком случае стимулируемая с его стороны, захватывает власть. В августе 1991 года было одновременно два путча. Один путч фиктивный, и реальный путч, который был возглавлен Ельциным.
И немедленно, сразу после переворота, стали создавать систему власти. Может быть многие из вас помнят: первым делом молниеносно сконструировали Конституцию. Уже потом Ельцин, опираясь на нее, говорил, что он “всенародно избранный”, хотя это была конечно типичная диверсионная "липа".
Быстро сконструировали Конституцию, стали создавать систему власти. Нынешняя система власти, в которой мы сейчас живем, сложилась молниеносно быстро. И эта система власти стала создавать то, что марксисты называли базисом, - экономику. В Советском Союзе, как я вам уже сказал, никакого капиталистического экономического базиса не было. Его стали создавать искусственно. Вы сами прекрасно знаете как — приватизация. Все то, что создавалось трудом населения в течение всего советского периода, было просто разграблено. В результате сложилась та экономическая система, которую вы знаете: частное предпринимательство и олигархическая система наверху.
Создали то, что марксисты называют базисом, отбросили советскую марксистско-ленинскую идеологию и стали создавать уже не так быстро (торопиться было некуда) постсоветскую идеологическую систему. Сюда вошло то, что открыли полный доступ для идеологической интервенции со стороны Запада. Всё, что было худшего в западной идеологии, устремилось в Россию. Вы это можете видеть на телевидении, в литературе. Это сейчас стало общеизвестным: проповедь насилия, порнографии и так далее.
Вот так и получилась постсоветская социальная система. Её создали, она не сложилась естественно-историческим путем. В Советском Союзе не назрело буквально никаких условий для создания такой системы. Ее создали искусственно. И уже она стала создавать новый, постсоветский экономический базис, новую постсоветскую идеологическую сферу и все прочие аспекты социальной организации.
Когда я так говорю, мои слова обычно начинают истолковывать в том направлении, что они будто бы являются апологетикой советизма и коммунизма.
Ничего подобного. Может быть кто-то знает мое прошлое, в двух словах напомню. Я ведь никогда не был марксистом. Я с юношеских лет был антисталинистом, в 39-м был арестован как антисталинист. Я никогда не был апологетом советизма, я всегда был критиком, и когда меня выбрасывали в 1978 году на Запад за мои работы, меня рассматривали как антикоммуниста № 1, хотя я не был антикоммунистом – я был просто исследователь.
Сейчас я говорю не как защитник коммунизма. Я никого не защищаю. И я не являюсь противником нынешней социальной системы — просто это не мое дело, я всё это говорю как исследователь. Но та истина, которую я получаю в результате моих исследований, вызывает эмоции у моих слушателей и читателей, и они в соответствии с этими эмоциями истолковывают мою позицию.
Теперь я коротко расскажу о том, какую же социальную систему с такой быстротой сконструировали. Между прочим, в истории, и это касается не только нашей России, социальная система и социальная организация складываются очень быстро. По отношению к историческому времени срок, в течение которого складывается такая социальная система, — это почти мгновение. В 1917 году в октябре произошла революция, а уже к концу 20-х годов советская система в основных своих чертах сформировалась.
И тут, в 1991—1993 годах, произошел антикоммунистический переворот, и уже к концу прошлого века та социальная система, в которой мы сейчас с вами живем, в основных чертах сформировалась. Я на эту тему написал множество книг и статей. В 1985 году Горбачев пришел к власти, а уже в 1987 году была написана моя книжка “Горбачевизм”. Там в основных чертах я уже описал ту социальную систему, которая должна была неизбежно возникнуть в результате такого переворота.
Сейчас я вам назову основные характеристики этой новой социальной системы по тем параметрам, которые я уже упоминал. То есть я беру комплекс факторов, а не один отдельный фактор. В этот комплекс входит и экономика, и система власти, и идеология, и правовая система, тип культуры, тип образования — вся эта совокупность.
Эта новая система возникла, повторяю, не как результат естественного исторического развития страны, а искусственно, в результате разгрома нашей страны и ее социальной системы в войне. Была Холодная война, которая перешла в "теплую" войну. Это была война нового типа, и страна была просто разгромлена. Она капитулировала, и её без боя сдали высшие руководители: сначала Горбачев, а затем Ельцин. Я не знаю, как это оформлялось документально. Для меня как для социолога это несущественно.
Но я думаю, что когда договаривались о капитуляции, туда обязательно вошли следующие пункты, которые можно установить по последствиям. Наверняка было условие не трогать правящие слои, правящий круг советского периода. Даже когда устраивали путч, его руководители какое-то время посидели, а потом их всех выпустили. Или же расстрел Белого дома — там был Руцкой, который потом стал губернатором и начал грабить страну вместе со всеми. Ни у кого же волос с головы не упал. Пострадал только один человек: какой-то чиновник из ЦК выбросился из окна, да и то неизвестно, выбросился он сам или его выбросили.
Но это мелочь, а так все остались. За всеми сохранили дачи, квартиры. Все так или иначе устроились на работу. Это поразительное явление, и объяснить его какими-либо факторами, какими в свое время по марксистки объясняли исторический процесс, невозможно.
Посмотрите, как создавался класс частных собственников. Ведь все богатства, которые приобрели известные олигархи... Как специалист в этих делах, я уверяю вас: можно элементарно доказать, и так утверждаю не только я, сейчас это общепринято в мировой науке — что такие состояния по законам экономики возникнуть не могли. Они возникли не по законам экономики.
Возьмите хотя бы Абрамовича — кто он такой был? В советские годы были очень популярны анекдоты о чукчах, и был даже один, где они обижаются, обращаются в ЦК, и ЦК запрещает рассказывать про них анекдоты. Тогда эти будто бы анекдоты стали рассказывать так: “Один еврей-оленевод...”
Так вот, этот еврей-оленевод ни по каким законам экономики появиться не мог. Это произошло потому, что в результате искусственного разгрома страны, в результате капитуляции (предательства высшего руководства страны) — я вообще считаю, что КПСС сыграла роль партии предателей — была искусственно сконструирована эта система.
Грубо говоря, как это и принято, страну на некоторое время отдали на разграбление мародерам: политическим, экономическим, идеологическим. Так исторически сложилась постсоветская система.
Можно на исторический процесс смотреть по-другому, и все, конечно, смотрят по-другому. Можно его облагораживать или же описывать еще резче. Я думаю, что пройдут какие-то десятки лет, и на Западе всё будет опубликовано, вряд ли всю эту работу удержат в секрете. Где и когда стали обрабатывать таких людей, как Горбачев, Яковлев, Шеварднадзе, — все это будет предано гласности, и этим будут гордиться: как разгромили сильнейшую страну с таким мощным социальным строем. Это действительно выдающаяся победа Запада.
Экономическую олигархию создали искусственно. И что стало потом происходить, вы знаете. Стала разрушаться грандиозная хозяйственная экономическая система, и ей на смену пришло то, что мы имеем.
Это все исторический аспект. Теперь чисто структурный аспект.
Со мной случилось так, что я имел возможность изучать все практически в лабораторных условиях. Для ученого советская система и то, что стало происходить потом, что происходит сейчас, — это рай. Все процессы обнажены, нужно только смотреть с открытыми глазами, с определенным поворотом мозгов. Все обнажено, все ясно, очевидно, ничто пока не прячется. Пройдет еще немного времени, и все спрячут, отлакируют, и потребуются еще десятки или даже сотни лет, чтобы делать те открытия, которые я сейчас называю банальными.
Что из себя представляет новая постсоветская социальная система, со структурной точки зрения? Как она устроена?
Она создана искусственно. Те люди, которые ее создавали, имели определенные мозги, определенный моральный, психологический склад. Они вовсе не были гениями, и найти среди них выдающиеся умы в принципе невозможно. Они создавали эту новую систему, имея перед собой определенные образцы, — какие?
Громил нашу страну Запад. Его орудием является западнизация завоеванных территорий. Что значит западнизация? Навязывание покоренной стране своей социальной системы. Это очень удобно: они не просто нас разгромили, они нас “освободили от террора”, от “тирании коммунизма” и помогают теперь нам строить “демократическое общество” — они считают свою демократию самым высшим достижением цивилизации.
Существуют определенные социальные законы. Строители новой системы конечно в этом не понимали ничего, и не понимают, и никогда не будут понимать. Но эти законы работают.
Приведу вам только два из них, они объясняют сегодняшнюю структуру.
Если социальная система разрушается, но сохраняются человеческий материал и геополитические условия, а это всё в общем сохранилось, то новая система оказывается по многим важным признакам близкой к разрушенной. И новая система естественно включила в себя многие черты советской социальной системы. Это вы можете наблюдать вокруг себя постоянно.
Существуют, например, так называемые бюджетники. Огромное количество учреждений и предприятий работают так, как и было в советские годы. У меня был перерыв в двадцать один год, когда я не был здесь. Теперь я вернулся, когда новая система уже сложилась, и увидел, что везде всё то же. Если отвлечься от того, что произошла такая буря - там всё то же, что и в советские годы, даже люди те же самые, только постарели, сморщились, еще больше поглупели. Но в целом примерно всё то же самое. От советизма многое сохранилось. Вся структура чиновничьих организаций, чиновничий аппарат. Более того. В советские годы высшую власть называли “Кремль”: это ЦК КПСС, Политбюро, кто-то во главе. И вновь высшей властью, несмотря ни на что, стал Кремль, и он копирует, так или иначе, советскую систему. Он стремится к всевластию, это вы можете постоянно видеть своими глазами.
Разница “небольшая”: советский Кремль распоряжался всеми ресурсами страны — нынешний Кремль нищий. Он только обкладывает население налогами, собирает средства, чтобы обеспечить собственное существование, укрепить свое положение. Между прочим, нынешний постсоветский управленческий аппарат превосходит советский, даже не РСФСР, а всего Советского Союза. Даже если вы посмотрите на те помещения, которые они занимают, на число чиновников. К сожалению, я не имею доступа к цифрам и могу делать только чисто теоретические предположения.
Он увеличился, по крайней мере, в два раза. Между прочим, напомню вам, что в ЦК КПСС было всего две тысячи функционеров. Во всей КПСС по всему Советскому союзу было всего сто пятьдесят тысяч профессиональных функционеров, партийных управленцев. Это мизер. Один только Международный валютный фонд имеет раза в два больше чиновников, чем вся та система.
По этому закону так или иначе воспроизводятся, регенерируются разрушенные ткани. Этот закон действует и в биологии: если у вас ссадина, то постепенно восстанавливается кожный покров примерно в том же виде, в каком он существовал.
Действует и другой социальный закон. Когда разрушается по тем или иным причинам жизнеспособная социальная система, — могли быть природные катастрофы, нападения врагов — то новая система опускается с необходимостью не просто на уровень, скажем, социальной системы захватчика, то есть для нас — на западный уровень, но на уровень ниже. Посмотрите, в нашей стране стали немедленно реанимироваться элементы социальной организации дореволюционной России.
Реанимируется православие. Православие стало расцветать пышным цветом, и сейчас оно навязывается всем почти как государственная идеология. Посмотрите: бывшие партийные работники, которые занимались критикой религии, отъявленные атеисты — все тут же стали учиться, как нужно правильно креститься. Ельцин в первое время, кажется, даже не знал, делать это справа налево или наоборот.
Православие — это феодальная дореволюционная дремучая средневековая идеология. Вместо светской гражданской идеологии... каким бы марксизм ни был, — повторяю, я никогда не был марксистом — тем не менее, эта идеология была на несколько порядков выше. И западная идеология. С точки зрения образования людей, просвещения всё сразу опустилось на очень низкий уровень, на уровень средневековой дремучей философии.
Но если бы только это. Вы посмотрите: канонизация царской семьи, восстановление памятников, восстановление храма Христа Спасителя — это символ царизма, символ мракобесия и так далее. В самом центре Москвы. Сюда же дворянское собрание, титулы.
Уверяю вас, готов держать пари, что если бы вы сейчас ввели дворянские титулы, если бы это пропустила Дума, сразу бы у нас появилась баронесса Хакамада, князь Жириновский. У Кобзона же есть какой-то дворянский титул, княжеский, что ли. Он пока скрывает, до поры до времени.
Ведь и к Ельцину всерьез относились как к Борису II, это вполне могло сложиться. Даже коммунисты, даже Зюганов где-то высказывался, что мы должны жить по формуле “самодержавие, православие, народность”.
Без конца разные фильмы, передачи по телевидению. Цари так просто интеллигентнейшие, самые благородные люди. Постоянно с придыханием говорят Их Высочество, Их Величество, Их Сиятельство.
На этот более низкий уровень опустили все население. Вся советская история искажена, ее вычеркивают, а всё дореволюционное раздувают.
Это второй фактор социальной организации: в постсоветскую социальную организацию вошли компоненты дореволюционного феодализма. И само собой разумеется, что в нее вошли компоненты западной социальной организации.
В чём это проявляется: частная собственность объявлена священной и неприкосновенной, пропагандируется частное предпринимательство, демократия, многопартийная система. Но тут по принципу “заставь дурака Богу молиться...” Сколько у нас тогда партий появилось? Жуть: несколько сотен, если не тысяч.
По телевидению идут эти бесконечные западные передачи — такое только в кошмарном сне может присниться. Выходит в мантии судья, они там имитируют процессы. К нему обращаются: “Ваша честь”. Кто эти люди, откуда они вылезли?
В последней главе “Зияющих высот” есть Ибанск и Подибанск. Если кто читал, вы помните, что снизу вылезли подибанцы, они все были грязные и волосатые. Один издал физиологический звук в знак приветствия.
Откуда они все повылезали? Что ни фильм: благородные княжны, графини. Деться от них некуда.
Вот как сложилась постсоветская социальная система: как гибрид остатков советизма, реанимации дореволюционного феодализма и заимствования западнизма.
По законам гибридизации, которые плохо изучены в социальной науке (я впервые стал заниматься этими вопросами), они образуют единое целое — это не просто механическое соединение.
Это проявляется в каждом компоненте социальной организации: и в экономике, где не только образовались частные предприятия, но также сохранились советские предприятия; образовались также и феоды средневекового периода. Думаю, они вполне очевидны.
В системе власти вы найдете все те же компоненты: и следы советизма — сколько угодно, и следы западнизма — выборы (президенты приходят к власти не по наследству — об этом в последнее время поговаривают, что было бы желательно, — а все-таки как-то выбираются, пусть выборы и липовые).
В итоге сложился такой социальный ублюдок, какого по-моему в истории человечества еще никогда не было. И его еще придется долго изучать.
Возникает следующий вопрос. Вот этот “ублюдок” — жизнеспособен он или нет, эффективен он или нет? Надо различать два вопроса.
Может ли он выжить? Может. И может просуществовать сколько угодно. Романовская монархия была таким же социальным ублюдком. Триста лет просуществовала.
В наше время, если взять просто биологическое измерение, больные люди живут до девяноста и больше лет. Суслов, секретарь по идеологии, дожил до девяноста лет, при том что с детства болел туберкулезом. И у социальных организмов так же.
Подавляющее большинство социальных организаций, социальных схем в современном мире — это социальные ублюдки. Мы вообще живем в такой интересный период, когда во многих странах происходит гибридизация и возникают такого рода чудовища.
Я назвал однажды постсоветскую систему выражением “рогатый заяц”: мы с дочерью ходили в охотничий музей, и там были разные чудовища, сделанные из охотничьих трофеев; в том числе там был заяц с оленьими рогами и копытами.
Он может существовать настолько долго, насколько ему позволят существовать те, кто управляет современной историей, кто планирует эволюционные процессы. Если сочтут сильные мира сего, что в этом мире есть что-то нехорошее, что это надо убрать, поломать те или иные рожки, это сделают, причем в кратчайшие сроки.
Другое дело, насколько эта социальная система эффективна, с точки зрения задач большого исторического значения и интересов страны. С этой точки зрения я могу вам сказать следующее: эта социальная система специально сконструирована с таким расчетом, чтобы не дать России подняться и стать великой исторической державой, не допустить этого. Вот с этой задачей наша социальная система справляется прекрасно и будет справляться. Будущее нашей страны с такой социальной системой нетрудно предсказать.
Мы живем в XXI веке. Чтобы в этом веке страна выжила как социально значимое большое явление, достаточно суверенное, она должна иметь достаточно большое количество людей. Население же России сокращается, особенно русское население, которое составляет ядро страны и способно к эволюционному прогрессу. Это не мои расчеты, эти расчеты делают западные исследователи: к середине века число русского населения может сократиться до 50 миллионов, а то и того меньше. С таким человеческим материалом страна не может сохранить независимость и остаться суверенным государством. Это невозможно по социальным законам. Не случайно поэтому, что страны Западной Европы сегодня стремятся интегрироваться: ни Франция, ни Италия, ни Германия по отдельности не способны сохранить свой суверенитет в современном мире.
Чтобы страна выстояла и стала социально значимым явлением, необходима определенная идеология. С православной идеологией, с религиозной идеологией, с какими-то обломками западных и сектантских идей и такого прочего сохранить и поднять страну невозможно ни в коем случае.
Это важнейший фактор, я обращаю на него ваше внимание. Если сформируются благоприятные условия, можно за один год построить систему власти такого уровня, какая была в Советском союзе. Экономику можно исправить за пять-шесть, максимум, за десять лет. Чтобы исправить интеллектуальное состояние, в котором сейчас находится страна, психологическое и моральное состояние, на это нужно несколько поколений. На это нужны десятки лет.
Надо выработать новую идеологию, нужно её каким-то образом пропагандировать, нужно менять систему образования, ведь она тоже разрушена.
Я приведу вам очень яркий пример. Чтобы страна в современных условиях могла обеспечивать себя питанием, одеждой, жильем, защищать себя от нападений внешних врагов, поддерживать внутренний порядок, она должна производить как минимум сто тысяч предметов — всяких инструментов, деталей и так далее — высокой технологии. Всего производится таких продуктов материальной культуры миллионы.
Чтобы эти сто тысяч производить самостоятельно, в стране должно быть как минимум десять тысяч типов профессий. А каждая профессия — это тысячи и миллионы людей. Чтобы такие ресурсы создавать, нужна система образования.
Советская система образования эти потребности покрывала полностью. Нынешняя система образования, в ее разрушенном состоянии, уже не способна покрывать даже одну десятую из тех потребностей, о которых я вам говорил. Так что вы можете судить о том, в какую ситуацию нас ввергли перестройщики, а затем реформаторы.
Меня обвиняют всегда в чрезмерном пессимизме или же говорят, что критиковать умеет всякий, а вы скажите что-нибудь позитивное. Я между прочим не критикую. Я даже слова не сказал о том, что плохо и что хорошо. Я вам говорю только факты и объективные закономерности, а как к ним относиться — это другое дело. И потом, я всегда давал советы в высшей степени практические.
Приведу вам один пример. Когда Горбачев уже развернулся, началась перестройка, я тогда опубликовал книгу “Горбачевизм”, затем “Катастройка” — я ввел этот термин буквально через год после того, как, по западному выражению, они провели своего человека на русский престол. Мне тогда задавали вопрос: "Вы критикуете, а что позитивное вы можете предложить?"
Уж позитивнее не придумаешь. Предложение было такое: надо этих людей — Горбачева, Ельцина, Шеварднадзе и так далее — повесить в двадцать четыре часа как предателей. Китайцы потом извлекли урок и завоевали себе, по крайней мере, пятьдесят лет спокойной жизни. И вы будете иметь как минимум двадцать пять на преодоление кризиса и так далее. В какой-то газете, кажется, в “Известиях”, была статья — “Философ-вешатель”. Я-то еще никого не повесил, а меня уже, как какого-то царского чиновника, назвали вешателем.
Другой пример, 1993 год, октябрь. Речь шла о ликвидации остатка советизма в верховной власти, который сконцентрировали в одном месте. Они отказались переехать в Новосибирск, где с ними невозможно было бы справиться. Опять-таки позитивный совет. Силы тех, которые громили остатки советизма, были ничтожными. Если бы на улицы вышли хотя бы двадцать тысяч простых обывателей, они могли бы босыми ногами втоптать в грязь Ельцина и всю эту банду. Без всякого оружия. Не сделали этого.
Когда Путин пришел к власти, у него был шанс. Когда я писал об этом статью, я назвал её “Последний шанс”. Кстати, Запад с этим примирился бы, на Западе ждали, что он это сделает. Очень простой шанс: пересмотреть результаты приватизации. Что он сделал? Он сказал: “Результаты приватизации пересматриваться не будут”.
Полностью национализировать всё, что имеет стратегическое государственное значение: землю, ресурсы, электростанции. Этого не было сделано.
Все это чисто практические предложения.
Сейчас тоже передо мной встает вопрос. Время упущено, слишком далеко зашло гниение, разрушение. Что-то позитивное можно делать: теперь мы, Россия, русские люди, которые заинтересованы в сохранении своего народа и в сохранении страны, — всё это можем сделать только одним путем.
Прежде всего понять, что произошло. Почему произошло, как произошло. Что получилось и что ждет нашу страну. Понять с беспощадной ясностью. Тут нужно начинать с нуля. Основой нашей социальной организации сегодня — так бывает не всегда — становится фактор понимания, грубо говоря, фактор идеологический.
И это вполне позитивное предложение. Но вот опять: тогда люди не вышли, Горбачева, Яковлева и Шеварднадзе не повесили. То же и сегодня. Ведь, казалось бы, люди должны быть заинтересованы в том, чтобы понимать реальность.
Я десятки лет работал в этом направлении, думаю, что я достаточно много сделал, но возможности доводить результаты моих исследований до моих соотечественников близки к нулю, они ничтожны. А тут, на этом пути, можно современными средствами быстро создать приличную систему власти, экономику. Но чтобы сделать мозги людей адекватными условиям двадцать первого века, нужно покончить с системой оглупления, которая сейчас стала тотальной. Буквально происходит тотальное помутнение умов. Необходимо разрабатывать фактор понимания, учить людей пониманию реальности. От этого зависит все.
Дискуссия
Лейбин: Мой первый вопрос касается естественного и искусственного в истории крушения СССР. Правильно ли я Вас понял, что искусственным был сам процесс крушения советской системы, в то время как создание постсоветской системы уже шло не как реализация проектной разработки, а как естественный синтез разных социальных наслоений?
Зиновьев: Я могу пояснять только, так сказать, на пальцах. Мне восемьдесят три года. Сколько я еще проживу... обо мне можно будет сказать: умер естественно, от старости. А сколько вам лет? Если вам отрезать голову — это ведь будет искусственная смерть. Точно так же обстоит дело и с Советским Союзом. Я уже не буду входить в логические тонкости.
Советская система могла существовать сколько угодно долго. Она была новая, она была жизнеспособная и могла существовать хоть тысячу лет. Ее убили. Страну убили, просто убили, и она находится теперь в таком состоянии.
То, что называют естественноисторическим процессом, то, что описывал, в частности, марксизм, — происходит по определенным социальным законам. Но также по ним происходит и искусственный процесс. Просто законы разные.
Одно дело, скажем, естественный исторический процесс, когда уходят столетия, десятилетия на какие-то изменения. И другое дело, когда планируемый, управляемый, искусственный процесс, когда буквально дело происходит в считанные годы. Если бы Советскому Союзу сказали: “Живи сколько угодно” — он и жил бы себе, постепенно старея, как люди. Но он бы просуществовал несколько столетий. А тут его пресекли, когда он даже не успел повзрослеть.
Лейбин: Если сейчас речь идет о проектировании другой, более развитой системы, может ли эта система включать в себя те советские и досоветские элементы, о которых вы говорили? Я хочу понять вашу критику этого ублюдка. Не значит ли это то, что нельзя использовать разные прототипы и традиции?
Зиновьев: Это не критика, повторяю, это анализ.
На эту тему говорят сейчас десятки тысяч людей, книги выходят в огромном количестве. Все думают, что можно сесть, что-то сочинить, а потом контролировать ход дел, например, при помощи партийных программ. На этом пути ничего не получится. Если вы даже натолкнетесь на истину, вам никто не поверит. Нужна убедительность.
Чтобы установить, даже спроектировать какую-то новую систему, нужно тщательнейшим образом, на научном уровне изучить общие законы социальной организации, законы эволюции. Ведь и марксизм как идеология возник не просто так, чтобы Маркс и Энгельс встретились, зашли в кабачок и подумали, не сочинить ли манифестик. За плечами было несколько столетий. Были Гоббс, Локк, Смит, были французские социалисты, Кампанелла, Томас Мор. Прошли столетия, выдающиеся умы работали все это время, прежде чем марксизм явился как вершина этого процесса. И он сыграл свою роль. Но он стал неадекватен реальности, реальность изменилась, сейчас с ним ничего сделать нельзя.
Чтобы сделать нечто подобное, нужно проделать определенный путь. Представим себе такую ситуацию: я проработал десятки лет, я выработал проект — что я буду с ним делать? Приду в Кремль и скажу: “У меня есть проект”. Да меня туда не пустят! И потом, они сами с усами, они считают себя умнее всего. Считается, что если уж человек поднялся на уровень министра и так далее, так он, конечно, умнее, чем кто-то, у кого ни чинов, ни званий нет. Есть такой психологический феномен.
Я расскажу вам одну забавную историю. В свое время ООН обратилась в американский исследовательский центр, крупнейший в мире, с мощнейшими компьютерными системами, с просьбой исследовать, почему бедные страны - бедные и что нужно делать для того, чтобы они перестали быть бедными. Я некоторых людей из этой системы знал: там были привлечены социологи и многие другие. Работа заняла полгода, насочиняли десять или двенадцать толстенных томов, потратили пятьдесят миллионов долларов или что-то в этом роде. Но когда они начинали работать, я предложил им пари: давайте я сейчас за пять минут напишу вывод, который вы в конце концов получите. Кладем в пакет, запечатываем, сдаем в банк. Если я окажусь прав, вы платите мне миллион долларов, а если нет — отдаю вам всё, вплоть до пиджака и авторских прав на все мои тексты, уйду от вас голенький.
Они отказались, причем один из них сказал (он знал мои работы, приходил ко мне на лекции): “Я знаю, что вы найдете правильный ответ. Но вы сейчас напишете его, и что? Кто такой Зиновьев? Вы думаете, что в ООН прочитают и скажут: „О, какая находка!?" Вот когда мы полгода проработаем, пятьдесят миллионов долларов потратим, томов десять-двенадцать насочиняем, тогда и дадим то, что вы бы написали за пять минут. Но ведь к этому отнесутся иначе. На нас же смотрят как на богов современного интеллектуального мира. Скажут: „Такой центр! Там нобелевские лауреаты, полгода работали и пришли к такому-то выводу”.
А знаете, к какому выводу они пришли? Они ввели понятие "индекс демократии" и установили, что бедные страны - бедные, потому что у них низкий индекс демократии. Как сделать их богатыми? Надо повысить им индекс демократии. Вот они и повысили. Например, нам повысили — и мы имеем то, что имеем.
Вы можете сейчас сочинить сверхгениальный проект будущего, но вам никто не поверит. И работать он не будет. К этому надо прийти из глубин общества, из оснований. Надо найти, к кому обращаться, с какими людьми работать, что делать. Это эпохальные задачи.
Кожеринов: Перед тем как рассуждать о будущем, хочется разобраться в прошлом, поэтому вопрос к вам как к исследователю. В начале лекции вы упомянули о некоем несоответствии. Напомню его.
Вы сказали, что число объектов, которые ведут самостоятельную деятельность, выросло в триста раз, а аппарат управления остался тем же, возникло некое несоответствие, кризис, который и привел к определенной кризисной ситуации. Далее вы упомянули о том, что в ельцинские годы количество чиновников увеличилось в два раза. И управляемость при этом не выросла. Все равно надо было как-то по-другому поступать с этим несоответствием.
У меня следующий вопрос: не могли бы вы перечислить, какие еще несоответствия, которые обусловили кризис, возникли к началу 80-х, что с ними происходит сейчас и что на самом-то деле надо было делать, чтобы мы не упали в яму, а поднимались вверх?
Зиновьев: Вопрос такой, что на ответ требуется несколько лекций.
Можно ли было ликвидировать это несоответствие? Я употребил слово “комплекс”, нужно брать все факторы в комплексе. Этот фактор сработал не сам по себе, не в одиночку, а с другими и в той системе, которая была.
Сейчас, в нынешней ситуации, у нас система власти и управления уже другого типа, и условия управления другие. В советские годы все учреждения, в которых имелся управляющий орган, были государственными. Все они охватывались единой системой государственности. Ректоры университетов, заведующие кафедрами, директора заводов, начальники цехов — все это было частью государственной машины. В нынешней системе государство ушло.
В итоге число чиновников выросло, а число объектов, которые подлежали управлению, которыми они, казалось бы, должны были управлять, сократилось. Чиновники занимаются уже другими делами, сложилось несоответствие другого типа.
Тот управленческий аппарат, который существует, управлять страной, экономикой и так далее не может. Его туда просто не пускают. Это несоответствие другого рода.
Сложилось колоссальное несоответствие между интеллектуальным состоянием страны (колоссальное развитие науки, великолепная система образования) и марксистской идеологией, которая совсем закостенела, омертвела и стала препятствием, стала одним из факторов краха.
Сказать что-либо научно правильное о советской системе было невозможно, это было запрещено. В результате, как сказал перед смертью Андропов, прожили семьдесят лет и не поняли этой системы. Понимание системы было запрещено.
И советская идеология перестала соответствовать реальности, она стала предметом насмешки. Я был, можно сказать, профессионалом по выдумыванию всяких хохм о марксисткой идеологии. Подавляющее большинство хохм, которые тогда ходили, — это было мое профессиональное дело. Могу привести пример. В ЦК КПСС висит лозунг: “Кто не работает у нас, тот не ест”. Это не сразу доходило. Когда доносчик написал на меня, сотрудник органов, который разбирал его донос, долго не мог понять, в чем дело: “Правильно все...”
Или такая хохма. Что такое производственные отношения? — Это отношения между людьми в процессе производства. Я чуточку подправил: производственные отношения — это отношения между людьми в процессе их производства. В аудитории стоял хохот, а преподаватель спрашивал: “А над чем вы смеетесь? Правильно сказал человек”.
Марксистская идеология стала предметом насмешек. Начисто утратили веру в идеалы и прочее.
Попов: Александр Александрович, большое вам спасибо за ваши исследования. Был один русский историк, Лев Гумилев, который начисто отрицал советский исторический период и называл его исторической химерой. Он вообще отрицал перспективу эволюционного развития этого строя. В связи с этим не могли бы вы назвать своих, скажем так, интеллектуальных оппонентов и своих интеллектуальных единомышленников?
Зиновьев: Сначала о Гумилеве. Его концепции совершенно не научные, он социологически был абсолютно безграмотным человеком. Как писатель он очень интересный, как фантазер и так далее. Научной ценности его концепции не имеют никакой. Мои оппоненты. У меня их много. Как я вам уже сказал, их как минимум шестьсот тысяч одних только социологов, а учеников у меня совсем нет.
Есть люди, которые разделяют мои взгляды, понимают и принимают их, но я не могу их назвать моими учениками и последователями, потому что сами они делать то, что делаю я, не могут. Что требуется от ученика? Чтобы он понял твою концепцию, сам начал делать лучше, чем ты, и двинулся вперед. Ничего подобного у меня нет.
Что касается единомышленников, то есть люди, которые пишут рецензии на мои работы, предисловия к ним и так далее. Они, в общем, понимают то, что я сделал. Что-то понимают, не всё. Формальную аппаратную теорию они не понимают, тут нужно много лет учиться, чтобы суметь этим оперировать. Но назвать их единомышленниками я не могу. Это скорее поклонники.
Представьте себе, что я певец, и вот — огромный зал, люди получают удовольствие, считают, что это правильно и хорошо. Такие люди есть слушатели, их много. Я прочитал сотни лекций во всех уголках мира, иногда у меня собирались аудитории по несколько тысяч человек. Был один случай, когда наводила порядок конная полиция: собралось шесть тысяч человек, это было, когда я оказался на Западе. И здесь на мои лекции приходит много народу.
Я думаю, что и вы, кто слушал меня сейчас, вы это понимаете, как если бы я пел и вы считали, что у меня голос какой-то есть и пою я более или менее правильно. Это скорее сопереживание, вот сопереживателей — их много. А единомышленников, которые бы делали то, что я делаю, примерно на таком уровне, на каком делаю я, таких людей нет.
Лебедев (“Народная инициатива”): Александр Александрович, во-первых, конечно, большое вам спасибо за лекцию. Это, наверное, одна из немногих трезвых политических лекций, которые можно прослушать в центре Москвы, неподалеку от Кремля. В наше время это уже большая редкость.
Второе. Что меня удивило: время проходит, а вы не меняетесь. Если то, что вы сказали, правда от начала до конца, - о той ситуации, которая была в стране, и о том, что сейчас есть, то Путин — могильщик России. Если это неправда, то вы враг России. Интересная ситуация: вы по-прежнему продолжаете оставаться диссидентом для России, хотя я вас полностью поддерживаю. И в этой связи у меня два вопроса.
Первый вопрос. Как вы относитесь к тому, что все наши перипетии последних ста или хотя бы пятидесяти лет, наша неспособность двинуться с места, связаны отчасти с тем, что мы поручаем это одним и тем же? А эти люди носят одно название — номенклатура. Может быть, нам все-таки использовать определенный опыт и закрыть коммунистической номенклатуре путь во власть?
И второй вопрос. Как вы относитесь к тому, что мы, жители страны, народ, все время ищем врага? Вам не кажется, что такое понятие как ответственность народа за свою судьбу напрочь исчезло? Мы к этому постоянно не возвращаемся, забыли об этом.
Зиновьев: Что касается имен, которые вы употребляете. Я такие сильные выражения не употребляю, потому что, не смотря ни на что, это все-таки дело подсудное. Я употребляю другие выражения. Например, Горбачев — в чем его историческая роль? Он подготовил антикоммунистический переворот. Ельцин — в чем его историческая роль? Под его руководством, хотя бы формальным, произошел антикоммунистический переворот: была разрушена коммунистическая система и открыта дорога к постсоветской системе.
В чем историческая роль Путина? У меня в одной статье было сказано, что это Ельцин сегодня. Подобно тому, как о Сталине говорили, что это Ленин сегодня. Путин легитимировал результаты ельцинского переворота. В итоге сложившаяся в ельцинские годы социальная система стала легитимной. И привычной — она надолго вошла в жизнь нашей страны. Как вы это будете оценивать, это уже ваше дело.
Теперь насчет людей. Я вам скажу следующее: кого бы вы ни поставили во главе страны, кого бы вы ни позвали в Думу или в другие организации — ситуация от этого существенным образом не изменится. Более того, если бы вы сейчас нашли гениального честнейшего человека, который бы не брал ни копеечки и питался одной картошкой, - он бы день и ночь шевелил мозгами... От этого будет только хуже. Или же набейте Думу академиками — получится такой бред, что можно просто в ужас прийти.
Есть закон адекватности: люди, которые приходят во власть, в различные учреждения, адекватны ситуации. Если вы хотите, чтобы гениальный человек руководил страной, сама социальная система должна быть сложена так, чтобы у его гения была возможность сработать. В результате революции 1917 года в первое время к власти пришел действительно гений. Ленин и Сталин — это выдающиеся фигуры, ХХ век — это век Ленина и Сталина. Это два самых гениальных политических и социальных деятеля в эту эпоху.
Такое историческое совпадение бывает очень редко. Та система, которая сложилась, исключает на 100% приход на вершины власти, в систему управления людей с выдающимся умом, с высокими моральными качествами и так далее — начисто исключает. Тут ничего не поделаете.
Про ответственность. Что такое народ? Употребляют это слово и думают, что эта масса, население — это и есть народ. Народ — это живой организм, он складывается веками и имеет определенный механизм, связывающий людей в единое целое.
Может быть вам это не понравится, но я скажу: русское население как народ, как единое целое уже не существует. Он атомизирован. Масса людей организуется в народ благодаря социальной системе. Та социальная система, которая сложилась, исключает мобилизацию населения в единый народ.
Как вы объедините в единый народ человека, который каждую минуту тратит десять миллионов долларов, и людей, которые живут на тысячу рублей в месяц и того меньше? Грабителей и ограбленных, убийц и убиваемых — как вы их объедините?
Все эти призывы: мы должны объединиться, нам нужна национальная идея — это все праздное занятие, ничего путного из этого не получится.
Сергей Котельников: Александр Александрович, объект вашего исследования — это связка процессов: то, что вы называли гибридизацией, а также функционирование этого гибрида или монстра. Но вы намекнули, — и это, наверное, очевидно — что цикл гибридизации и дальнейшего функционирования по отношению к катастройке находился за пределами СССР. А скажем, цикл, начатый в 1917 году, находился на территории будущего СССР, как бы мы его сами и сделали. Но если теперь стоит задача проектирования нового цикла, то задача исследователя, наверное, подняться на ранг выше и исследовать ту систему, откуда идет искусственный импульс. И вы вроде бы написали соответствующие тексты, в том числе и про "глобальный человейник". Почему для нас в этом докладе вы опустили уровень исследования? Почему вы рассказываете про нижележащую управляемую систему?
Зиновьев: Дело вот в чем. Незаметно для себя вы высказали массу понятий и утверждений. Чтобы все это расчленить, нужно еще три лекции.
То, что произошло и в 1917 году, и в дальнейшем — это не было простым результатом внутреннего развития России. Где возник марксизм? На Западе. Где проходили школу русские революционеры? На Западе. И вообще советская революция и возникновение советского строя были результатом эволюции всей западноевропейской цивилизации. Это был продукт западного общества. И в сохранении Советского Союза, и в индустриализации принимал участие весь западный мир. Инженеры, ученые. Разрывать внешние и внутренние факторы нельзя.
Другое дело, что почва оказалась очень благоприятной, и русский народ в то время находился в таком состоянии, что лучшего материала для коммунистического эксперимента, а это был эксперимент!, не было.
Между прочим, когда Фердинанд Лассаль пояснял Бисмарку идеи коммунизма, Бисмарк сказал: “Идея хорошая, неплохо бы проверить на каком-нибудь народе, который не жалко, например, на русских”. Вот на русских и испытали, и эксперимент оказался в высшей степени удачным.
И переворот, который произошел в горбачевские и ельцинские годы, был результатом и внешних, и внутренних факторов — их разорвать нельзя. Нельзя отделить Холодную войну от того, что происходило в России. Не будь Запада, не было бы никакого диссидентского движения, не стали бы видеть рай на Западе и так далее. Этот переворот — это тоже результат, достигнутый в рамках современной западноевропейской цивилизации.
Ольга Лобач: Можно небольшое пояснение? У вас получается, что в ХХ веке у России было три войны: Первая мировая война, которую Россия проиграла, Вторая мировая, которую она выиграла, и третья мировая, которую она проиграла. Из того, что я поняла, получается, что только внутреннее предательство приводило к проигрышу или к выигрышу.
Зиновьев: Я же сказал вам, это целый комплекс факторов, их десятки. И в этом комплексе сыграл, в том числе свою роль и такой фактор, как предательство. Не будь Горбачева, если бы он не появился, я думаю, переворот мог и не состояться. Но это не значит, что в нем дело. Это значит, что ситуация в целом, в комплексе была такая, что добавили это — и пошел процесс. Как иногда бывает так, что куда-то добавляют каплю, и начинается процесс.
Сработали десятки факторов. Я вам говорил: назревал кризис, происходило расслоение населения, складывались привилегированные богатые слои, утратила действенность идеология, со стороны Запада велась холодная война и не только, страну вынуждали тратить огромные силы на соревнование. И горячая война могла разразиться в любое время. Это комплекс факторов.
Ольга Лобач: Почему мы выиграли Вторую мировую войну?
Зиновьев: Мы выиграли не Вторую мировую войну. Мы не выигрывали Вторую мировую войну. Во Второй мировой войне одновременно проходило две войны. Одна была внутри самого Запада – это империалистическая война, которую описывал Ленин. И другая война, которая происходила одновременно, — это война всего западного мира против коммунистического Советского Союза. Они совместились. В этой войне Гитлер был орудием Запада. Западные страны специально подготовили гитлеровскую Германию для нападения на Советский Союз. Эти вещи сейчас бесспорны, это общеизвестно.
Наша страна выиграла Великую Отечественную войну.
Холодную войну против нас точно так же вел весь Запад. Начиная с 1917 года главной задачей всего западного мира было разрушение коммунистической тенденции. И они очень терпеливо делали свое дело. Планы составлялись на десятки лет вперед, они очень педантично их выполняли, эта работа продолжается и сейчас.
Холодная война переросла в "теплую" войну, и сейчас идет глобализация — это мировая война нового типа, она в моих работах описана довольно детально.
Пашутин: Александр Александрович, большое вам спасибо, конечно. Вопрос такой: вы известны как замечательный автор, философ, социолог, как систематик. Честно говоря, мне было несколько неожиданно, что в сегодняшней лекции, как, впрочем, и в других последних ваших работах, возникает крен в сторону заговорщицких мотивов, избыточного индивидуализма, переоценки роли неких авторов истории. Я не думаю, что вы в самом деле придерживаетесь мнения, что некие сознательные инстанции могут что-то сознательно изменить в жизни той или иной страны или в мире в целом. Естественно, это некоторый дополнительный фактор, но только фактор.
К сожалению, этот дополнительный мотив стал доминирующим, как мне кажется, в сегодняшней лекции, и я по этому поводу хотел бы задать следующий вопрос. Ведь сейчас гибриды, подобные современной России, — в ее оценке с вами согласен — сложились, как вы также говорите в своих статьях, в результате глобализации и информационных процессов и на Западе. На самом деле весь Запад представляет собой одно невероятное гибридное образование. Эти процессы глобализации меняют все субъекты истории: и нации, и индивидуумов, и правительства. Я хотел бы понять, какую социальную организацию вы считаете в наибольшей степени соответствующей современным неожиданным процессам.
И маленькое дополнение: есть ли у России какие-то основания для возрождения? Причем не индивидуальные, а такие, что закрепляются в ресурсной базе, интеллектуальной базе, базе истории и так далее.
Зиновьев: Когда мне приписывают преувеличение роли заговорщичества — это абсолютно несправедливо. Это поразительно. У меня в книгах 90% текста, если не больше, посвящено анализу внутренних причин. О внешних причинах говорится в 5 или 10%. Эти 90% не замечают и говорят: “Зиновьев видит каких-то заговорщиков”.
Возьмите мою книжку “На пути к сверхобществу”. В целом огромном курсе лекций я объясняю, что дело не в каких-то там группах заговорщиков, вроде мирового правительства, о котором любят говорить. Я говорю о сверхобществе: произошел эволюционный переворот и сложилось сверхобщество. И Советский Союз уже был сверхобществом. Западнистское сверхобщество, метрополией которого являются Соединенные Штаты, которое выросло над всем западным миром... — когда я писал книгу “Запад”, я насчитывал более ста миллионов человек (представьте себе сто миллионов заговорщиков); сейчас оно включает в себя более ста пятидесяти миллионов человек. Это огромная структура, которая распоряжается шестьюдесятью или семьюдесятью процентами мировых ресурсов.
Конечно, они как-то структурируются, есть люди, занимающие какие-то должности. Я первый начал исследовать то, как это сверхобщество функционирует. Фактически это запретная тема. Так что ни о каких заговорщиках речи быть не может.
Пашутин: Именно поэтому я спросил о социальной организации, о том, какой вы ее видите.
Зиновьев: Вы сказали, что западная система тоже гибрид. Нет, она не гибрид. То, что мы в России имеем, — это уникальное явление, такого в истории еще не было. Ведь это не просто гибрид, это гибрид советизма, феодализма и западнизма.
Западнизм — это сравнительно чистая социальная форма. Тут как с собаками. Есть дворняжки, а есть западные чистопородные собаки - доги, например. Западнизм не есть гибрид.
Я исследователь. Я изучаю не то, что должно быть, — это не научный подход. Изучается то, что есть, почему это есть и что будет. О том, что будет, я и пишу вам в своих книгах. Будущее уже родилось. Эмбрион будущего родился.
Что будет в России? То, что мы имеем, то и будет. Это может продолжаться столетиями, если конечно не произойдет какая-то катастрофа. Мы получили это будущее, вот и живите, как говорится.
Эволюция теперь может идти только в этих рамках, в этом направлении. Как я писал в одной статье, я нисколько не удивлюсь, если увижу толпу, которая на улице гонится за атеистом. Уже сейчас это происходит. Я могу вам привести примеры, как со мной поступали в этом отношении. В моей книге “Идеология партии будущего” были две фразы. Я писал, что готов простить советской системе все её прегрешения только за то, что она избавила наш народ от религиозного мракобесия. И новой системе, что бы она ни делала, я не могу простить, что она снова погружает страну в систему религиозного мракобесия. И что вы думаете? Это издательство получило соответствующий втык и оно мои книги больше не печатает и печатать не будет.
Так что будущее — вот оно. Может быть немножко хуже, немножко лучше. Выберут нового президента или нет, скорее всего, останется нынешний. Это уже задача для политологов.
Искандер Валитов: И Ленин, и Сталин, безусловно, были адекватны исторической ситуации и целям, которые стояли тогда перед страной. То есть свой проект они бесспорно реализовали, и реализовали успешно. Сталин выиграл войну.
Зиновьев: Правильно.
Вопрос из зала: А дальше произошел разрыв в преемственности, то есть историческая элита не воспроизвелась. Все те, кто были после Сталина, уже не понимали, что происходит. Фактические исторические цели поставить не сумели, следующего проекта не выдвинули и войну в итоге проиграли.
Вот если бы Сталин понимал эту ситуацию... Можно ли было эту проблему воспроизводства и преемственности элиты как-то решать в советских условиях? Всё-таки во всем комплексе факторов этот привлекает особое внимание: то, что элита не воспроизвелась. И лидер не воспроизвелся.
Зиновьев: Начать с того, что Сталин был адекватен историческим условиям до известного предела. Он сыграл свою историческую роль лучше, чем кто бы то ни было. Лучше сыграть её было невозможно. Закончилось это победой в войне и затем ситуацией в первые послевоенные годы. Потом он перестал быть адекватным реальности. Скажем, уже появились его работы вроде “Марксизма и вопросов языкознания”, “Экономических проблем социализма” — это уже дребедень. Он свою роль сыграл и должен был уйти.
Но в дальнейшем происходило развитие, эволюция страны в рамках коммунистической системы. Происходили грандиозные перемены. На объяснение этого нужно много времени.
Например, такой фактор. В общем-то, коммунистические идеи хорошо работали, когда народ был нищий, плохо образованный, когда заметным образом улучшалась жизнь, развивалось образование, культура. А когда уже страна поднялась на высокий уровень, появились зажиточные слои, закрытые распределители и так далее, происходило социальное расслоение населения. Разумеется, должны были меняться и система власти и управления, и идеология. Но этому были препятствия, что стало одним из факторов краха.
Если бы Советский Союз не рухнул, если бы Горбачева не допустили, он мог бы еще продолжать существование. И многое из того, что делалось в результате Перестройки и дальнейших реформ, было бы сделано в рамках советской системы. И без потерь — тех потерь, которые произошли. Мы ведь, по сути, потеряли страну. Я об этом писал еще до прихода к власти Горбачева. И когда он пришел, я опубликовал буквально десятки статей на эту тему. Тогда я ссылался на известные слова Руссо: “Прежде чем ломать старый дом, постройте новый”. И уже тогда, когда старый окажется ненужным, можно его ломать, да и то — вдруг он еще пригодится. А ведь тут сломали дом, не построив новый.
Конечно, одним из факторов в том комплексе, о котором я говорил, стал низкий интеллектуальный уровень высшего руководства — глупость, идеологическая нетерпимость. Возник слой привилегированных, номенклатуры, и с этим не сумели справиться. Были же попытки. Наверное, представители старшего поколения помнят: предложения ввести партийный максимум зарплаты и так далее. Все это оказалось нежизнеспособным.
Валитов: Задам тогда вопрос по-другому: что должно было быть вместо Высшей партийной школы?
Зиновьев: Видите, в чем дело. Вопрос о том, что должно было бы быть— это не научная сфера. Для меня реально то, что произошло. Случайно или нет? Нет, сработали такие-то механизмы. Что касается конкретных событий: я без шуток сказал, что Горбачева, Шеварднадзе и Яковлева надо было повесить в двадцать четыре часа. Повесили бы, и мы бы сейчас жили при советском строе. Это я стопроцентно говорю.
Вопрос из зала: Можно ли в современном мире указать на ту социальную систему, которая может сыграть определенную роль по отношению к вопросам глобализации, положительную или отрицательную?
Зиновьев: В книгах “Запад” и “На пути к сверхобществу” я описываю современную западную систему. Там я показываю, что слова “капитализм” и “демократия” — это идеологические пустышки. Реальный Запад совсем другой. И та социальная система, которая там сейчас существует, — это уже сверхобщество. Система такого типа, какая была в Советском Союзе, но в других условиях.
В 1978 году, когда я оказался в Соединенных Штатах, меня из Вашингтона попросили максимально кратко указать, в чем сходства советской и американской систем и в чем их различия. Я тогда сказал то, от чего не отрекаюсь и сейчас, хоть это и упрощение. Что такое советизм? Это американизм в бедных условиях России, в условиях социальной пустыни. Что такое американизм? Это советизм в американских джунглях. В одном социальном пространстве можно было насчитать до пятидесяти социальных систем такого же типа, как советская. Получался плюрализм и так далее.
Закономерности общие. Если сейчас брать современную ситуацию, то западнизм, западная система безусловно является самой жизнеспособной и самой перспективной, и ХХI век будет веком торжества западнизма. Конечно же, если Запад сумеет выиграть войну с Китаем и образумить мусульманский мир. Это историческая борьба.
Лейбин: Если можно, резюмируйте, с вашей точки зрения, то, что произошло сегодня.
Зиновьев: Что я должен сказать? Я с аудиториями такого рода встречался сотни раз во всех уголках планеты, я по выражениям лиц, репликам и так далее могу оценить аудиторию. На меня эта аудитория, ее реакция произвели очень хорошее впечатление. У меня даже настроение повысилось. Вчера у меня была лекция в МГУ, там были молодые люди, студенты — и там была как будто стена, хотя я вроде бы объяснял простые вещи. Сейчас я с вами говорил и видел, что, в общем-то вы понимаете. Я не хочу, чтобы вы ушли с моей схемой в голове. У вас своя жизнь и свои суждения. Мой принцип всегда был такой: я иду, если вы готовы выслушать мои суждения, я готов; если вы готовы идти в том же направлении, идите — я не руководитель, не вождь, никого ни к чему не принуждаю.
Но, повторяю, сегодня с вами мне было очень приятно. Хотя говорил в основном я, но у меня такое впечатление, что я разговаривал с вами.

[Мишка Квакин]

Александр Зиновьев

Верующий безбожник

Интервью А. А. Зиновьева «Независимой газете», 30.11.2000

Александр Александрович Зиновьев родился 29 сентября 1922 года в с. Пахтино Костромской области в крестьянской семье, которая в 1929 году бежала от голода в Москву. С 1941 по 1945 год служил в рядах Советской армии, участвовал в Великой Отечественной войне в танковых частях, затем в авиационных. В 1951 году окончил философский факультет МГУ, спустя три года - аспирантуру. Доктор философских наук. В 1976 году после публикации в швейцарском издательстве романа "Зияющие высоты" уволен с должности старшего научного сотрудника и лишен научных званий. В 1977 году исключен из рядов КПСС. В 1978 году лишен советского гражданства и выслан из СССР. В 1990 году Зиновьеву возвращено гражданство СССР, ученые степени и звания. Автор более 30 научных и художественно-публицистических книг. С 1997 - года вице-президент Академии российской словесности. Сам рисует иллюстрации к своим произведениям. Живет в Москве.

- Александр Александрович, у вас, насколько я понимаю, с Советской властью была неразделенная любовь?
- Да, с ранней юности я просто болел коммунизмом. Но я не был просто слепым защитником, я стремился понять, что это такое. Жизнь у меня была тяжелая, впервые в жизни я спал на отдельной койке, когда меня арестовали. До этого мы жили восьмером в десятиметровом подвале. Голод, нищета, вши - все это в моей жизни было. Тем не менее, все равно я считаю советский период феноменальным явлением в истории человечества. И когда еще такое будет - трудно сказать. Может быть, никогда.
- В 1939 году вас правильно арестовали?
- Абсолютно правильно.
- А если бы вас расстреляли?
- Ну что делать? Я был террористом. Хотел убить Сталина. Что еще со мной нужно было делать?
- Как вы сейчас относитесь к Сталину?
- Я считаю его одним из величайших людей в истории человечества. В истории России он был, по-моему, даже крупнее, чем Ленин. До смерти Сталина я был антисталинистом, но всегда считал его гениальной личностью.
- В чем заключалась его гениальность?
- Как в чем? В том, что он создал великую супердержаву.
- А, скажем, репрессии? Их что, не было?
- Были, конечно. Но меня это мало интересовало. В реальной жизни все было не так, как сейчас представляют всякого рода спекулянты. Были репрессии, но было и что-то другое. Возьмем нашу семью. Моя бабушка, мать моей матери, принадлежала к древнему дворянскому роду, дед был крупным предпринимателем. Они после революции потеряли все свои ценности. Дом, где жили бабушка и дедушка, они отдали под сельскую больницу, но никто у нас не был арестован. А в деревне у нас были соседи. У них в семье было арестовано четыре человека. За что, за политику, что ли? Один был председателем колхоза, пропил чуть ли не половину колхозного имущества. Другой - тоже за какие-то уголовные преступления. Но шли они по 58-й статье как враги народа.
- Вы считаете, что при Сталине всех сажали правильно?
- Не всех, но это время было трагическое, тяжелое. Вот сейчас попробуйте, наведите порядок в стране - ведь полстраны преступники. А тогда, вы думаете, проще было? Я считаю, что в "Архипелаге ГУЛАГ" отдельные факты справедливы. Но в целом - это концептуальная фальсификация истории. Получилось так, будто вот был злодей Сталин, а все остальные были невинные жертвы. Я вообще не встречал людей, которые подвергались бы репрессиям, и за которыми не было бы какой-то вины. Ну вот я, мальчишка совсем был. Что со мной нужно было делать? Что, орденом награждать, что ли? И как вы думаете, что все эти люди - Троцкий, Бухарин, Каменев - были ангелами? Нет, конечно. Вся реальная история сфальсифицирована. Почти на сто процентов. И сейчас идет систематическая фальсификация истории: и советской, и досоветской, и зарубежной. Я мир наблюдал своими глазами. Сам. Разработал методы исследования этого мира - таким, какой он есть. И все это описывал в своих книгах.
- Вам не приходилось менять свои убеждения?
- Они, конечно, менялись - человек не может родиться с готовыми убеждениями. Однако основы моего мировоззрения, как я сформулировал их в 15-16 лет, до сих пор остались неизменными. Когда я сидел на Лубянке, я принял решение не заниматься политикой. Я решил для себя так: идеальных обществ не бывает. Самые лучшие идеалы - идеалы коммунистические. И то, реализация их дала в значительной мере кошмарные результаты.
- Значит, все-таки кошмарные?
- Были и кошмарные. Я сам жил так, что людям сейчас невозможно поверить, что человек мог выжить в таких условиях. Но я решил, что для меня важно не общество, в котором я живу, а я в этом обществе. Я принял советское общество, как естественную среду своего существования и всю жизнь проделывал свой личный жизненный эксперимент над собой.
- Жизненный эксперимент над собой - хорошо сказано.
- Да, и я ни о чем не жалею.
- Вы считаете, что советское общество было лучше, чем западное?
- Что значит «лучше» и «хуже»? Я это не понимаю. Советское общество было вершиной российской истории. Это не значит, что оно было самым хорошим. Если я скажу о карлике, что он самый большой из карликов, это не значит, что он великан. Самый умный среди дураков не есть мудрец. Это значит, что до этого было хуже и после этого плохо. Это великое явление в каком смысле? Исключительно в социологическом. Я не пишу нравоучений, не даю субъективных оценок, но знаю одно: в нашей советской истории был открыт особый тип социальной эволюции. Отличный от всего того, что было, и того, что есть. В этом смысле это был великий социальный эксперимент, и он оказал огромное влияние на все человечество, и вся эволюция человечества шла и идет под влиянием этого образца. Что вы думаете, Советский Союз не оказал влияние на мировую историю? Это влияние смешно отрицать. На Западе позаимствовали из советского опыта гигантское количество достижений, и они вошли в плоть и кровь человечества.
- Что вы имеете в виду под достижениями Советского Союза?
- Другую систему социальной организации. Советский Союз впервые в истории человечества стал создавать объединение более высокого уровня социальной организации, чем в других обществах. В своей книге "На пути с сверхобществу" я подробно описываю, что это такое. Сверхобщество - это более высокий уровень организации. Возьмем всю эволюцию человечества - классический пример есть национальные государства стран Западной Европы, но были и более примитивные объединения. Советский Союз просуществовал всего 70 лет. Но в Советском Союзе была впервые изобретена организация более высокого уровня.
- Вы все время говорите: организация более высокого уровня. В чем заключается организация более высокого уровня?
- В социальную организацию общества входят государство, право, экономика, идеология. В сверхобществе возникают сверхгосударство, сверхэкономика, сверхидеология. Что значит "сверх"? Значит - уровнем выше. Если вы когда-нибудь изучали диалектику, вы должны знать, что когда возникают организмы более высокого уровня, они включают в себя предшествующую стадию развития. В сверхобществе сохраняются и государство, и экономика, и идеология, но в подчиненном виде. То есть над государством вырастает сверхгосударство.
- Почему это сверхгосударство распалось?
- Сработала целая совокупность факторов. В двух словах об этом не скажешь. Все равно что сказать: почему возник человек. Об этом можно целые тома писать. Среди этих факторов я могу назвать несколько таких, которые сыграли важную роль. Во-первых, почти полвека шла настоящая война, которая получила название холодной. Это был новый тип войны. Почти неизученный. Наш противник в десятки раз превосходил нас по силе. Условия, в которых существовал Советский Союз, были трудные. Климатические условия. Человеческий материал. Войны бесконечные. Это же надо принимать во внимание. Когда сравнивают образ жизни там и тут, говорят: «Смотрите, как в Швейцарии живут люди. Почему и мы так жить не можем?» Но ведь никто не подсчитывал, сколько стоят различия в температуре хотя бы на один градус. Большая часть Америки находится южнее Киева. У нас же жизнь оказывается раз в 20 дороже. В Советском Союзе назревал кризис. Это нормальное явление в любой социальной системе. Советское общество считалось бескризисным. Я первый установил неизбежность кризисов при коммунизме. Я об этом писал более 30 лет назад, за что меня обвинили в клевете на советское общество. Плюс к этому - фактор предательства. Главными предателями стали высшие руководители страны.
- Почему это предательство стало возможным?
- Это сложный феномен. Одно из объяснений - в социальном расслоении советского общества.
- Что будет в России в ближайшие 50 лет?
- Примерно то же, что сейчас происходит. Что в горбачевско-ельцинские годы сложилось, то и будет существовать. Та же социальная система. Это гибрид, который образовался из обломков советской системы и из имитации западной системы: гибрид коммунизма и западнизма, системы, которая существует в странах Запада. Это своего рода социальный Квазимодо, социальный урод. В какой-то мере он будет совершенствоваться.
- Урод будет совершенствоваться?
- А что, вы думаете, что уроды не совершенствуются? Вообще все живые существа - это отклонения от нормы и, так или иначе, уроды. Уроды могут жить дольше даже, чем самые чистые породы. Если вам не нравится это слово, я могу сказать так: ту социальную систему, которая есть сейчас в России, я бы назвал социальной дворняжкой.
- Это лучше звучит. Вы считаете, что Россия - это колония Запада?
- Понятие "колония" многомысленно. Во второй половине ХХ века возникли многие феномены, которые в социологии не описаны. Совершенно другой вид приняла теперь система колонизации. Западный мир разгромил Россию без бомб, без выстрелов, руками самих российских граждан. Само советское руководство, будучи манипулируемо со стороны Запада, громило свою собственную страну. Подобного явления раньше в таких масштабах не было. Россия, так или иначе, интегрируется в глобальное сверхобщество, а в этом глобальном сверхобществе доминирует Запад. На самом верху - Соединенные Штаты, потом западные страны, потом полузападные, такие как Чехия, Польша, Греция, Южная Корея. Ниже них - Россия.
- Вы сожалеете о распаде Советского Союза?
- Я не сожалею ни о чем. Советский Союз распался, его нет. Благодаря СССР русский народ мог существовать и играть какую-то роль. После краха советской системы ситуация для русского народа сложилась такая, что русский народ обречен на деградацию и в конечном счете на вымирание. Стратегами западного мира это было запланировано заранее, уже в 40-е годы. В одних США существовало более 300 центров, которые занимались проблемами холодной войны с нашей страной. В холодную войну против СССР были вовлечены десятки миллионов людей. Это была огромная работа. Это все не в один день произошло. Разумеется, эта система была организована.
- Вы пессимист?
- Ни оптимист, ни пессимист. Есть утвердившиеся штампы, оценки поведения личности. Есть масса других людей, поведение которых в этих понятиях просто не описывается. Вот я возьму такой пример: говорят - вы любите или не любите Россию, вы так высказываетесь о русском народе, что видно, что вы его не любите. Да ни то, ни другое. Я русский, я принадлежу к этому народу. Я знаю, что он такое. И не по высокопарным фразам - националист, русофил, русофоб. Все это крайности. Мне 78 лет, и размышлять в таких формах я никогда не буду.
- Есть человек, которого вы уважаете?
- Есть масса людей, которых я уважаю. Я с большим уважением отношусь к таким людям, как Сергей Николаевич Бабурин, Николай Иванович Рыжков, Исаков Владимир Борисович, люди, с которыми мы раньше встречались. Я с большим уважением отношусь к новому президенту. Я думаю, что из людей, претендовавших на этот пост, это был наилучший вариант. Я могу сказать, что в той ситуации, которая сложилась, лучшую форму поведения, чем поведение Путина, я придумать не могу. У меня был всегда такой критерий оценки: если я был недоволен человеком, то всегда ставил себя на его место. Точно так же я поступал, когда оценивал действия Сталина.
- То есть если бы вы были на месте Сталина, то повторили бы и коллективизацию и 37-й год?
- Да. Я другого придумать не смог бы. Эти действия были совершены в силу необходимости. Они предпринимались в конкретных условиях с конкретным человеческим материалом, это никогда не нужно забывать. Я беру сейчас поведение нашего президента. Многое мне не нравится, это да. Но он вынужден действовать в условиях разгромленной России, с данными людьми, в данном мировом окружении. Ведь легко сказать: надо объявить войну коррупции. Кто против этого будет протестовать? А попробуйте, сделайте. Или - организовать сильную власть. Попробуйте, начните это делать. Первые, кто против ваших действий будут протестовать, это те люди, в чьих интересах вы будете действовать. Ведь когда говорят, что нам нужна сильная власть, каждый при этом думает, что его это не коснется. Возьмем, к примеру, Наполеона. Он был ставленником членов директории. Что он делает, когда приходит к власти? Выбрасывает их к чертовой бабушке. Мог ли он поступить иначе? Иначе он не удержался бы у власти. Он пришел как ставленник крупной буржуазии, но та же буржуазия становится жертвой его политики. Он опирается на крестьянство, и это же крестьянство - первая его жертва. Вот Путин сейчас действует в интересах той социальной верхушки, которая есть. Изменить этот строй уже невозможно. Но президент, стремясь упрочить этот строй, в качестве препятствия имеет этот же строй. Его поддерживали региональные руководители, и первые, с кем он вступает в конфликт, - это они. То же самое со Сталиным. Одно дело на бумаге быть за то, чтобы была демократия, за то, чтобы людей не арестовывали, а попробуйте в реальности обойтись без этого.
- В реальности во всем мире обходятся без арестов людей, которые ни в чем не виноваты.
- Вы мне эти сказки не рассказывайте. Не думайте, что при Сталине были разнузданные дураки и болваны, которые только и делали, что разрушали сельское хозяйство просто так или что арестовывали просто так. Шла борьба, настоящая борьба не на жизнь, а на смерть, историческая борьба. А в исторической борьбе гибнут целые народы и цивилизации.
- Выходит, цель оправдывает средства?
- Да при чем тут цель? «Цель оправдывает средства» - это моральный принцип. А я говорю о реальности, а реальность живет совсем по другим законам. Моральными принципами руководствуются отдельные люди, и в особенности такие, которые сочиняют всякие книги про репрессии. Они после драки машут кулаками. Теперь они все выглядят героями. А где они были раньше? И если представится ситуация, посмотрим, как они будут себя вести. Мне 78 лет, я насмотрелся на всякого рода демагогов и прохвостов. Я помню, как после смерти Сталина все махровые сталинисты превратились вдруг в антисталинистов. И когда я сказал на одном собрании, что мертвого льва может лягнуть даже осел, меня превратили в сталиниста, хотя знали, кто я такой. Марксисты-ленинцы клятвы писали до последней капли крови бороться. Где они теперь? Все они - антикоммунисты. Партийные билеты пожгли. А все эти, которые там повылезали, всякие там деятели перестройки, - подавляющее большинство из них просто подонки. Они процветали и в советский период, процветают и теперь. Не были они никакими жертвами режима. Они тогда были подонками и сейчас являются подонками. И поэтому процветают. История прошла, и в этой жизни каждый занимает место, соответствующее его реальной моральной ценности. А моральная ценность всем, кто сейчас кричит о репрессиях, - ноль.
- Как вы к КПРФ относитесь?
- Коммунистического в ней ничего не осталось, кроме названия. Это парламентская партия. По существу, партия выборов. Если коммунисты допускают частную собственность, если допускают приватизацию, если исключают революционные методы борьбы (помните, что Зюганов сказал: Россия исчерпала лимит на революции), то коммунистического тут ничего не остается. Если глава коммунистической партии говорит, что марксизм есть одна из концепций, а геополитика - это другой подход, тоже вполне допустимый, что же здесь от коммунизма осталось? Программа, которую имеют коммунисты, - в принципе то, что делает сейчас и путинская власть.
- Программа Грефа и программа КПРФ - одно и то же?
- Бумажки эти писанные – все это чепуха. Я говорю то, что реально делают коммунисты.
- Если они придут к власти, будет то же самое?
- То же самое, только хуже. Лучше они сделать не смогут. У них хуже, чем у Путина, социальный базис, они попутаны аппаратным догматизмом еще тех времен. И то, что они цепляются и за марксизм, и за прочее, говорит о том, что это явление отжившее.
- Есть ли философы и социологи, чью позицию вы разделяете?
- Нет, конечно. Моя теория базируется только на моих данных целиком и полностью. Я вообще считаю, что все, что написано в социологии с самого ее начала и до последнего дня, не является наукой. Только отдельные есть кусочки.
- Если бы вас еще раз выслали, вы бы уехали?
- Мне некуда уезжать. Запад мне чужой, моя семья - это их дело. Моя старшая дочь живет во Франции, моя младшая дочь, хотя ей 10 лет, известна как музыкант и в Германии, и во Франции, и в Италии, выступала и брала там призы. У них есть возможность жить в Европе.
- Вы верите в Бога?
- Один из моих принципов: жить так, как будто какое-то абсолютно справедливое существо видит каждый твой шаг и каждую твою мысль и дает им оценку. Вот так.
- Вы верующий атеист?
- Скорее, верующий безбожник.
- У вас есть своя научная школа?
- У меня была своя школа, но ее разгромили мои ученики еще двадцать лет назад, меня предали. А сейчас создавать новую я не хочу и не могу.
- Если бы вам предложили экранизировать какую-либо из ваших книг, вы бы согласились?
- Почти все мои книги написаны как сценарии. Для меня всевозможные описания, то, чем набита литература - ничто. Любой среднеобразованный человек это может делать. Мои книги - сценарий для размышления. А читатель вправе стать соавтором. С этой точки зрения, может быть, мои книги трудно читаемы, потому что люди привыкли потреблять готовый продукт, а мои книги предполагают читателя, который сам дописывает и додумывает. В этом мой стиль и все мое отношение к литературе.
- Вы бы хотели еще раз прожить свою жизнь?
- Нет, не хотел бы. Ни в коем случае. Я в молодости выработал свои принципы жизни и остался им верен. И с этой точки зрения я ничего в своей судьбе менять не хочу. Но если бы мне в начале жизни показали, что мне предстояло, я бы, наверное, не стал жить вообще.

Автор: Зиновьев Александр Александрович

[Мишка Квакин]

Александр Зиновьев

"Главное мировое зло - это частная собственность".

В основе русской культуры лежит несколько мифов, и один из них - миф о Кощее Бессмертном. Кощей олицетворяет силы зла, и побеждает его Иван-дурак, говоря современным языком, человек, далекий от рационализма. И этот миф не единожды реализовывался в русской и мировой истории. И хотя, как не раз заявлялось, русский человек и "ленив и туп, и не способен к самоорганизации", именно он останавливал зло на планете. Однако теперь трудно понять, где добро, а где зло. Проблемы добра и зла в современном мире - тема беседы корреспондента "ЭФГ" Ирины Щегловой с известным ученым - математиком, социологом Александром ЗИНОВЬЕВЫМ .
Корр.: Александр Александрович, наши либералы-западники до сих пор утверждают, что, несмотря на все провалы в политике и в хозяйственной жизни страны, единственной разумной перспективой для России является эволюция в сторону западноевропейской модели рынка и институтов гражданского общества. Говорится, что, построив капитализм, мы наконец-то будем жить как все цивилизованные народы. И некоторые известные ученые РАН на своих собраниях предлагают ученым, политикам, публицистам вести разъяснительную работу в массах о преимуществах капиталистического уклада жизни. С этой целью я к вам и обращаюсь. Вы прожили на Западе 20 с лишним лет, исследовали его как ученый, опубликовали на эту тему книги: "Запад", "Глобальный человейник" и целый ряд других. Какие новые явления в теперешнем капиталистическом мире особенно значимы для России?
А.З.: В России до сих пор западный мир называют капиталистическим, и это при том, что на Западе давно уже нет ни того капитализма, ни того рынка, о которых так много у нас говорят. В XX веке в мире произошли изменения во всех сферах жизни, и в политическом строе тоже. Для того чтобы разобраться в этих процессах, нужна совсем другая система понятий. На Западе эпоха либеральной демократии закончилась, наступила эпоха тоталитаризма, западного тоталитаризма. В новых условиях рынок на Западе жестко контролируется гигантским количеством всякого рода организаций, учреждений, комиссий и т.д. Я в своих работах сравнивал степень контролируемости хозяйственной жизни в Советском Союзе с Западной Германией и с США. Оказалось, что на Западе контролируемость, плановость, которую до сих пор высмеивают наши либералы, в несколько раз выше, чем была в Советском Союзе. И сейчас то же самое.
- Наши экономисты до сих пор твердят о необходимости ухода государства из экономики...
- Это грубейшая ошибка. На Западе государство никогда не уходило из этой сферы. И сейчас над государственными учреждениями возникла целая система новых, контролирующих Западный мир структур. Это уже сверхгосударство.
- Образование сверхгосударства - это новое, позитивное явление в истории?
- Сверхобществом был уже Советский Союз. Над государственной советской властью стояла высшая власть - партийный аппарат, ЦК КПСС. И на Западе власть президента, парламента находится под контролем сверхгосударственных структур. Это не просто группа людей. Сложилось огромное количество учреждений, комиссий, организаций, которые господствуют в системе управления, в них занято более 100 миллионов человек. Американский президент ничего не предпринимает без санкций всякого рода неформальных комиссий, учреждений, которые занимаются, кстати, и проблемами мировой разведки, созданием пятых колонн и т.д. Сверхобщество - это надстройка над всем западным миром, туда все входят, но в нем люди занимают разные места. Западный мир глобализируется, т.е. превращается в единое целое. Это глобальное сверхобщество стремится к мировому господству. Возьмите, к примеру, банковскую систему - именно она обеспечивает, на мой взгляд, денежный тоталитаризм в мире. И эти гигантские банки обслуживают не просто экономику той или иной страны, а сверхэкономику. Большинство операций, которые совершают западные банки, являются международными, а не просто германскими, французскими и т.д. Причем совершаются они вовсе не по законам капитализма, которые описывал в свое время Маркс. Это абсолютно новые, пока мало изученные законы. И в значительной мере они не предаются гласности. Все последние войны, и холодная война против СССР в том числе, финансировались международными банками, и действовали они вовсе не по законам капитализма. Вспомните Польшу. В ходе холодной войны ее откололи от советского блока, затратив на это триллионы долларов. По существу купили целую страну. Тогда почти каждый поляк имел свой долларовый счет. И разгром Советского Союза также осуществлялся с помощью огромных денежных средств. По существу, затратив миллиарды долларов, была куплена вся советская "элита". И эта денежная операция была также проведена не по законам капиталистической экономики. Сам факт прихода к власти Горбачева, а затем Ельцина, вся их деятельность - это не результат некоего имманентного развития советского общества, а итог планомерной, целенаправленной деятельности мощной системы сверхгосударственности Запада. Повторюсь, сейчас в мире сложились совершенно новые социальные структуры, новые феномены. Они не изучены, но они фактически господствуют в мире. А старые понятия о сущности капиталистической системы давно лишены смысла. Если бы капиталы создавались так, как описывали это Адам Смит и Маркс, нужны были бы тысячи лет, чтобы появлялись нынешние олигархи, а они появляются в очень короткие сроки. И на Западе тоже.
- Сейчас все заявляют о любви к народу: и правительство, и Дума, и президент. Но русских с каждым годом становится на миллион меньше. Где сейчас основное зло, уничтожающее людей?
- В мире идут процессы американизации, глобализации, европеизации, но говорить: вот здесь зло или здесь... - бессмысленно. Вы не укажете это зло. Указать виновного человека или президента какой-либо страны невозможно. Например, в СССР были как положительные, так и отрицательные явления, причем они неразрывно связаны: негативные явления немыслимы без позитивных, а позитивные - без негативных. В СССР было гарантировано бесплатное образование, бесплатное медобслуживание, жилье бесплатно выдавалось. Это, безусловно, достижение. Но одновременно это имело и отрицательные стороны, - низкий уровень жизни по сравнению с Западом, отсутствие у людей заинтересованности в интенсивной работе, показуха и т.д.
- Возьмем более конкретное явление - западничество, которое теперь внедрено и в нашу жизнь.
- Основное зло, которое несет с собой западный мир, - то же, что и 100, и 200 лет назад, - это система частной собственности на средства производства. Правда, эта система сменяется новой, и мы в настоящее время наблюдаем ее агонию - агонию частнособственничества. Такого разгула олигархии никогда еще ни у нас, ни в целом мире не было. В одночасье создаются гигантские капиталы, корпорации. Однако постепенно частная собственность преодолевается, но не путем отмены снизу, а на более высоком уровне. Уже сейчас возникают такого рода структуры, когда указать собственника невозможно. К примеру, возьмем очень крупную авиационную корпорацию, неважно - немецкую или американскую. Возглавляет ее Совет, который выбирает или нанимает президента. Часто компания сохраняет только имя создателя, но на самом деле возглавляет ее наемный человек - президент. Правда, он получает больше миллиона евро в год. Но это не капиталист, в старом смысле - не хозяин, а наемный работник, его Совет нанял. Но пока главное, мировое зло - это частная собственность. И если человечество его не преодолеет, оно погибнет.
- Сейчас западный мир принял нас в свое сообщество. Мы выполняем все их требования. Выплачиваем досрочно долги, не вмешиваемся в политические процессы в бывших союзных республиках, даже когда Америка меняет там правительства и т.д. И, несмотря на это, положение России остается крайне неустойчивым. Недавно Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию, в которой сказано: "Ассамблея призывает все коммунистические и посткоммунистические партии в государствах-членах пересмотреть историю коммунизма и свое собственное прошлое, четко дистанцироваться от преступлений, совершенных тоталитарными коммунистическими режимами, и однозначно осудить их, если до сих пор это не было сделано". Выходит, что теперь все мы - преступники, дети и внуки злодеев. Нас призывают проклясть свою историю.
- Таких явлений, за которые поносят Советский Союз, на самом Западе великое множество. Но они не противоречили и сейчас не противоречат их политической системе. А вот нам указывают и на соринку в глазу. До сих пор обсуждается ГУЛАГ, при том, что репрессированных людей в западном мире было больше, чем в Советском Союзе. Я считаю, что факт ГУЛАГа раздут до невероятных размеров. Сейчас в России нет ГУЛАГа, однако в тюрьмах сидит больше народа, чем в советское время. И каждый год вымирает по миллиону. Дело в том, что продолжается фальсификация истории, и со стороны руководства России тоже. Я недавно прочитал в какой-то брошюрке заявление известного деятеля Коха о том, что советская система плодила бездельников и в научно-исследовательских институтах делать было нечего. Это клевета. Где создавались выдающиеся научные, технические открытия? В НИИ. Сейчас по степени паразитизма Россия многократно превосходит Советский Союз.
- И все-таки ГУЛАГу нет оправдания. В современной западной и либеральной пропаганде эпоха социализма ассоциируется с репрессиями. Утверждается, что если и было что-то ценное, то цена за это неимоверно велика - репрессии.
- А кто оправдывает ГУЛАГ? Назовите мне человека в России, кто это оправдывает. Американскому рабству может быть оправдание? Великобритании за миллионы жертв в Индии может быть оправдание? Я никогда не был коммунистом, марксистом в казенном смысле слова. Тем не менее я, изучая и советскую систему, и западный мир, пришел к выводу, что то, что произошло в нашей стране после Октябрьской революции, - нечто беспрецедентное. Русским представился неповторимый исторический шанс развить свою собственную сверхцивилизацию. Советский Союз формировался не просто как общество, а как сверхобщество. В этом было новаторство России. Было бы удивительно, если бы великие преобразования принимались всеми членами общества добровольно. Шла жестокая борьба. И в ГУЛАГе отнюдь не невинные жертвы сидели. Меня арестовали в 1939 году, но я был членом террористической группы, мы готовили покушение на Сталина. Что, нам ордена надо было давать? И людей такого рода было много. Но не это определяло жизнь страны, а то позитивное творчество, которое охватило огромный народ и практически всю планету. То, что сумели сделать в СССР в кратчайшие сроки, история человечества ещё не знала. Безграмотная страна стала самой образованной. Создали промышленность, науку, какой никогда не было. Посмотрите по численности, сколько людей было в западном мире? "Золотой миллиард". В Советском Союзе к концу советского периода было всего 250 миллионов человек, и при этом они создали лучшую в мире авиацию, первыми вышли в космос. Даже в послевоенные годы разрухи удалось справиться с нищетой. Я в США работал и видел там такую нищету, о которой в Советском Союзе и думать забыли. Президент Рейган в свое время признавал, что в США 34 миллиона нищих.
- Теперь западные идеологи называют советских людей красными дурачками, потому что они работали за очень небольшие деньги.
- Сами русские дают повод для оскорблений в свой адрес. Они не сопротивляются клевете. Советский Союз создавали выдающиеся люди. Действительно, деньги они получали очень небольшие. Сейчас те, кто кичится своими доходами, не могут сделать тысячной доли того, что сделали их предшественники.
- Теперь в основу русской жизни поставлена не идея поиска равенства и справедливости, а идея свободы. Приходится слышать от деятелей культуры, что, конечно, есть в современной жизни много плохого - люди вымирают, нищета, но зато все получили свободу. Граждане могут высказывать свое мнение, не боясь наказания. И это главное.
- И о чем граждане говорят? Может быть, начали писать гениальные книги, высказывать долгожданные светлые мысли? Кино свободное - маразм, литература новая - маразм. Люди брошены на произвол судьбы. Здесь слово "свобода" - пустое слово.
- Интеллигенция не может жить без свободы...
- Кого вы относите к интеллигенции? Тех, кто пишет детективы, порнографические книжки, всякую ерунду? Вот им стало лучше, а настоящим писателям нет места в этой жизни. Чиновников действительно стало больше в два раза, чем было в Советском Союзе. И им стало лучше - взятки берут. Тем, кто понастроил коттеджи вокруг городов, стало лучше. Но остальной народ бедствует, и их большинство. Я считаю, что не больше 10 процентам населения стало жить лучше. А 90 процентов населения обречены на гибель. Если бы мне пришлось заново родиться, я бы выбрал советский период. Пусть я бы знал, что меня посадят. Мы действительно себя ощущали по-настоящему свободными. После революции мы освободились от частных хозяйчиков, была отброшена дремучая идеология, нам давали великолепное образование. Люди работали, делали карьеру, рожали детей. Такой свободы на Западе никогда не было. Пора ввести такое понятие, как личный уровень свободы, свобода людей внутри деловых коллективов и вовне. В свое время в США я объяснял, что советское общество было самое демократичное внизу, то есть в деловых коллективах, и не было демократическим наверху, то есть по отношению к власти. Западное общество наоборот, - демократическое наверху по отношению к власти, но жестоко диктаторское внизу, в деловых коллективах. И мой оппонент - американский ученый согласился со мной. Он сказал, что прожил в Соединенных Штатах больше 70 лет и не знает ни одного случая, чтобы работники в деловых коллективах критиковали своего босса. И в то же время он не знал ни одного, кто бы не ругал президента. А в Советском Союзе попробовали бы вы отругать Генерального секретаря ЦК КПСС! Но в деловых коллективах критиковали и директора, и непосредственного начальника, и это было нормально. Советское общество было самое демократическое в основе и недемократическое вверху. С научной точки зрения существует определенная константа демократии, которая, так или иначе, распределяется в обществе, и у нас это было. Кроме того, условия труда в СССР были такие, каких не было на Западе. Мне приходилось участвовать в исследованиях такого рода. Как себя чувствуют люди в деловых коллективах? В советские годы люди не хотели уходить на пенсию и, уже покинув основное место работы, так или иначе, работали. Мы в Германии проводили исследование. Там люди ждали часа, когда уйдут на пенсию. И оценивали свою работу в коллективе как ад, а для нас коллективы были местом, где проходила наша жизнь.
- И все-таки люди голосуют за теперешнюю жизнь. Сами выбирают эту власть.
- У вас наивные представления о реальности. Эти выборы - филькина грамота. Липа. Никакие выборы в этих условиях невозможны. Народ дезорганизован, превращается в исторический труп. Здесь можно кого угодно выбирать, и это никак не повлияет на ход жизни.
- Сейчас в России возрождаются патриотические настроения, и молодые люди начинают пересматривать свое, когда-то восторженное отношение к западному образу жизни.
- России как единого организма нет. Есть Россия Абрамовича, Россия олигархов, Россия чиновников, Россия нищих. Россию ориентируют те, в чьих руках находится власть. Весь вопрос в том, какие это ориентиры. Не думайте, что люди вольны выбирать. Фактически ни одно значительное социальное событие в мире сейчас без ведома того западного сверхобщества, метрополия которого находится в США, не может произойти. Даже пустяковые проблемы не можем сами решить. Украинцы маяк захватили, грузины что-то требуют... Вы можете себе представить, чтобы в Советском Союзе такие проблемы возникали? А они устраивают демарши. Почему? Потому что им разрешено.
- Коммунисты заявляют, что если они придут к власти, то укрепят национальную безопасность, восстановят социальную справедливость, национализируют природные ресурсы... Однако выборы они проигрывают.
- Надо быть реалистом. Их просто не допустят к власти. Ситуацию к лучшему в сложившихся условиях может изменить только длительная историческая борьба. Новое поколение воспитывается так, что заметной потребности бороться за свое будущее, что-то изменить к лучшему нет. Необходимо, чтобы возник целый слой сердитых молодых людей, которые смогли бы понять реальность и открыть новые пути борьбы. А это уже другая история.
- Считается, что коммунизм сыграл свою роль и ушел с исторической арены. Идеи социализма известны человечеству еще со времен Платона. Все говорят о крахе этой идеи в мире. Однако процветает социалистический Китай, в ведущих странах Латинской Америки к власти пришли левые силы.
- Действительно, эти идеи идут к нам из глубины веков, и сейчас они потерпели крах. Но я думаю, что человечеству еще предстоит в будущем сражаться за те позитивные достижения в коммунистической линии эволюции человечества, которые можно было наблюдать в СССР. В России есть большое число людей, способных пойти на риск, на жертву, но в настоящее время все эти ресурсы остаются неиспользованными.

[Мишка Квакин]

ДЕМОКРАТИЯ ПОДЛИННАЯ И ПОДДЕЛЬНАЯ

Александр Зиновьев, 16.03.05 г.

Западные политики и политологи и вслед за ними их российские единомышленники утверждают, что в России фактически нет или не достаточно подлинной демократии. Так это или не так? Проблема очень важная. Ведь антикоммунистический переворот в горбачевско-ельцинские годы готовился и совершался с намерением установить в России именно подлинную демократию по западному образцу. Ведь реформаторы лезли из кожи для реализации именно этого намерения, принеся в жертву этому божеству западного мира достижения советского периода русской истории вместе с теми, благодаря чьему труду они были завоеваны. Неужели эти жертвы напрасны? Ответить на этот вопрос достаточно полно и убедительно в одной краткой статье невозможно. И я на это не претендую. Я ограничусь лишь несколькими замечаниями на эту тему. При этом, говоря о подлинной демократии, я не вкладываю в слово "подлинная" никакого оценочного смысла, - ни положительного, ни отрицательного. Подлинная - значит реальная, всамделишная, неподдельная. Подлинная демократия, в отсутствии которой Россию упрекают западные и российские апологеты демократии, есть демократия как компонент социальной организации определенного типа, а именно - западнизма. Можно также сказать, что это - западная демократия. В западной демократии различаются два аспекта: 1) демократия как компонент системы власти и управления; 2) демократия как компонент гражданского общества. В первом случае это - установленная специальными законами выборность людей в органы власти и сменяемость их, ограниченная законами деятельность властей, разделение властей, многопартийность, участие широких масс населения в выборах и т.д. Во втором случае это - общеизвестные гражданские свободы и права человека, а также средства, гарантирующие их. Западная демократия формировалась в течение длительного времени в комплексе с другими компонентами западнизма. Она стала эффективным средством социального прогресса именно в этом комплексе, а не сама по себе. Если изъять ее из этого комплекса и пересадить в социальную организацию другого типа ("собезьянничать"), то это еще не будет означать, что она будет функционировать так же, как в западнизме. Не исключено, что в другой социальной системе она не будет давать желаемого результата или даже будет действовать как зло. Примеров тому история человечества давала и дает в изобилии.

Чтобы охарактеризовать российскую ситуацию с демократией и российский подход к ней, необходимо принимать во внимание ту социальную организацию, которая стала складываться в результате антикоммунистического переворота в горбачевско-ельцинские годы. Я о ней высказывался в многочисленных книгах, статьях и интервью. Здесь скажу буквально пару слов. Еще в эмиграции (в Мюнхене) мне довелось увидеть в охотничьем музее чудовища, сделанные из частей различных животных (из охотничьих трофеев), в их числе - зайца с оленьими рогами. Образ этого рогатого зайца пришел мне в голову, когда мне потребовалось охарактеризовать социальную организацию постсоветской России, которую я назвал постсоветизмом. Конечно, выражение "рогатый заяц" образное, а не научное понятие. Но оно достаточно выразительно для широкого круга читателей характеризовало новую социальную организацию России как гибрид советизма, западнизма и феодализма, причем - как искусственно слепленный из разнокачественных (в значительной мере даже из несовместимых) компонентов, а не выращенный разумными средствами вроде мичуринских методов селекции. Российские реформаторы искусственно разрушили советскую социальную организацию и на скорую руку состряпали вместо нее "рогатого зайца", не имевшего никаких серьезных оснований в реальном состоянии страны и никаких имманентных потребностей именно в таком ходе ее насильственной социальной эволюции. Демократия при этом была навязана сверху и извне, а не выросла из основ жизни российского общества как закономерное средство решения ее назревших проблем. Реформаторы просто собезьянничали ее внешние формы в странах западного мира, толком не понимая ни эти формы, ни социальные условия их применимости в своей стране. В результате получилась не подлинная демократия, а лишь ее имитация, подделка. Бездарные российские реформаторы из обломков советской системы власти сконструировали такую, которая похожа на западную демократию, но только не функционирует в качестве таковой должным образом. И какие бы меры не предпринимались, российская демократия останется лишь имитацией (подделкой) западной и не превратится в подлинную никогда. Для такого превращения требуется множество условий, каких в России не было, нет и не будет.

Сказанное выше касается демократии в обоих смыслах - как компонента системы власти и как компонента гражданского общества. И какой бы признак и какое бы проявление их жизнедеятельности вы не взяли, вы при желании всегда найдете основания для упреков в отступлении от принципов подлинной демократии. Возьмем, например, ситуацию с православной церковью. Один из важнейших принципов западной демократии - отделение церкви от государства. Это означает светское (нерелигиозное) образование, свободу атеизма и антирелигиозной пропаганды, отсутствие материальной поддержки церкви государством, отсутствие привилегий церкви в уплате налогов и т.д. В нынешней России этот принцип демократии явным образом не соблюдается. Государство всячески поддерживает православную церковь. Последняя имеет льготы и привилегии. Она вмешивается в систему образования и воспитания молодежи сверх всякой меры. Фактически она имеет тенденцию стать государственной идеологией, лицемерно на словах отвергая эту претензию. Россия имеет сильную тенденцию превратиться в клерикальное, т.е. в антидемократическое общество. Однако это явное и очень серьезное отступление от принципов подлинной демократии остается фактически вне критики. Почему? Разрушение светской (нерелигиозной) идеологии и усиление религиозной является сильнейшим средством занижения интеллекта общества и удержания России на том жалком уровне, на какой ее сбросили в результате антикоммунистического переворота. Зато пристальное внимание критиков российской демократии привлекают явления в системе власти и управления, которые воспринимаются как угроза реставрации советизма. Возьмем такую важную черту западной государственной демократии, как разделение власти на законодательную и исполнительную. В России ее переняли. Законодательную власть тут образует Федеральное собрание, включающее Думу. Исполнительную власть образует президент с подчиненным ему множеством чиновников и административных учреждений - "Кремль". Президент избирается, а весь подчиненный ему аппарат является не выборным. Теперь и ранее выбиравшиеся губернаторы будут фактически назначаться президентом. При этом роль выборных органов власти определена так, что если они вздумают проявить свои демократические амбиции, то их просто распустят. Такая судьба угрожает и Думе в случае непослушания. Президент назначает правительство, распоряжается "силовыми рычагами" власти. Основная законодательная инициатива исходит из "Кремля". Законодательная власть (Дума) фактически играет роль совещательного органа при президенте и роль государственного учреждения, лишь придающего легитимность распоряжениям президента. Короче говоря, "Кремль" обладает полномочиями, которые дают веские основания для критиков российской демократии усматривать сходство нынешнего "Кремля" с советским. Поскольку эта аналогия не ослабевает, а усиливается, то появляется видимость угрозы реставрации советской недемократической власти. Аналогичные основания можно получить, наблюдая прочие аспекты структурирования и функционирования российской власти. Однако на самом деле никакой угрозы для демократии тут нет, так как тут нет подлинной демократии вообще, а есть лишь поддельная, показная, театральная, я бы даже сказал - бутафорская демократия. И нет также никакой угрозы реставрации советизма. Условия для последнего исчезли. Суть дела тут в том, что структурирование и функционирование российской постсоветской системы власти происходит в силу объективных законов самой этой сферы социальной организации, которые действуют во всякой системе власти, включая западнистскую и советскую. В условиях бутафорской демократии это создает лишь видимость отступления от подлинной демократии и видимость угрозы реставрации советизма. Думаю, что сейчас в возможность этой реставрации в России (да и на Западе) мало кто верит, и разговоры о ней служат скорее полемическим приемом, чем серьезным предупреждением.

Скажу также кратко о демократии как о компоненте гражданского общества. Уточню само понятие этого явления. Я называю гражданским обществом один из компонентов социальной организации общества западного типа (западнизма), существующий наряду с государственной властью, экономикой, идеологией, культурой, образованием и другими компонентами социальной организации западнизма. Его образует совокупность объединений граждан страны и их деятельность вне их деловых объединений и вне учреждений власти. Они создаются не сверху, не по инициативе властей и не как орудия властей, а снизу, по инициативе самих граждан и добровольно. Создаются для зашиты их частных интересов, а не для единения всех категорий граждан в некую "дружную семью". Создаются в значительной мере для защиты от насилия со стороны государства. Подчеркиваю: не в помощь государству, а в качестве средства обороны от него и даже нападения на него, если оно заходит слишком далеко в своем самовластии. Гражданское общество не есть организованное целое. В него включаются объединения, имеющие различные и даже враждебные интересы. Оно создается не для примирения враждующих сторон и нахождения компромиссов, а как социальная среда, в которой могут существовать конфликтующие явления. Оно складывалось веками и постепенно входило в образ жизни многих миллионов людей из поколения в поколение, становилось чертой характера народов западных стран.

Ситуация с гражданским обществом в нынешней (постсоветской) России может служить классической иллюстрацией к проблеме российской демократии. Российские реформаторы открыто признают, что в России пока еще нет гражданского общества. Они говорят о его желательности, и даже необходимости. Гражданское общество в России не вырастает как нечто естественное из основ жизни народа в рамках его социальной организации, а навязывается народу сверху, усилиями реформаторской власти и её идеологов. Навязывается только потому, что оно существует на Западе. Для чего? Оказывается, для единения народа, в помощь государственной власти. Пока еще только предпринимаются попытки создать российское гражданское общество. По всей вероятности, его в конце концов изобретут. Что это будет такое на деле, с полной уверенностью можно предсказать уже сейчас: это будет не подлинное гражданское общество как элемент подлинной западной демократии, а лишь его имитация, подделка, бутафорская форма российского спектакля демократии.

[Мишка Квакин]

«Надежда – на новое поколение»

Выдержки из последней беседы с Александром Зиновьевым

Чингиз Шамшиев: В своей статье «Фактор предательства», опубликованной во Франции, Вы убедительно показываете, что в развале СССР значительную роль сыграло предательство со стороны представителей высшего руководства КПСС, охваченных лихорадкой личного обогащения.

Александр Зиновьев: Такое развитие событий я предвидел еще в 1985 году, когда прибывший с визитом в Лондон Горбачев не пошел на могилу Маркса. Тогда я высказал мнение, что начинается эпоха великого исторического предательства. Дело в том, что американцы, поддерживаемые объединенными силами Запада, и коммунисты, во главе с Горбачевым, сделали определенное соглашение. Ведь обратите внимание, что произошло: страну сдали без единого выстрела. Не пострадал ни один человек! Пострадал только один, этот сотрудник ЦК. Помните, который из окна выбросился? Всё. Всем остальным партийным работникам всё сохранили. Всем, сверху до низу! За ними закрепили находившееся в их пользовании имущество. Дачи, квартиры и т.д. Это была такая договоренность с Горбачевым и с теми, кто принимал капитуляцию. Хотя оговорюсь, упрощения здесь неуместны. Развал СССР был очень сложным процессом. Здесь сработал целый комплекс причин и одной причиной всего не объяснишь.

Ч.Ш.: Сегодня нередко высказывается мнение, что Россию в будущем так же сдадут без единого выстрела.

А.З.: А её уже сдали. Я вам просто скажу. Я занимался этой проблемой многие годы и могу Вам сказать, что проводимая нынешним российским руководством политика в значительной мере фиктивна. Просто фиктивна. И в общем-то всё контролируется. Конечно, предпринимаются какие-то попытки, но рассчитывать на то, что наступит серьезное улучшение, что страна снова обретет былое величие – нельзя. В нынешнем российском руководстве слишком много людей, работающих на Соединенные Штаты. Они плетут игры какие-то, вид делают, что работают во благо государства, но всё что потребуют Соединенные Штаты, они сделают. Вот начнут войну против Ирана, сначала будут какие-то манипуляции и т.д., но в итоге Россия будет поддерживать Америку.

Ольга Зиновьева: События разворачиваются по одному и тому же сценарию. Югославия, Афганистан, Ирак, Иран – это звенья одной цепи. Понимание этого и подтолкнуло Александра Александровича вернуться в Россию в 1999 году из Германии. Он тогда сразу сказал, что югославский сценарий – это то, что ожидает Россию. Мы тогда твердо решили вернуться на Родину и разделить судьбу своего народа.

А.З.: Я Вам должен признаться, что во всей этой истории, в том, что произошло с СССР, русский народ сыграл далеко не лучшую роль, а может даже и худшую. Мне очень сложно говорить об этом... Но таково мое мнение как ученого. Русский народ стал по существу народом-предателем. Вот, не выдержал, понимаете. Сработал... в моих книгах об этом подробно написано... сработал такой фактор, как человеческий материал. Я выражу свою мысль фигурально. Есть такая русская пословица: «Не по Сеньке шапка». Так вот, судьба русским сделала грандиозный, эпохального значения подарок, а они им воспользоваться не сумели. Не выдержали той исторической роли, которую им приходилось играть. Не поняли значения Сталина, да и не только Сталина.
Ведь еще до развала Союза пошла деградация одного вождя за другим. Брежнев и другие плохо понимали, что творили. Ничего не понимали! В 1983 году Юрий Андропов признался, что мы до сих пор не поняли советской системы. Так вот, мы не понимаем её до сих пор. Это уже Вам, молодым людям, такие проблемы решать. Сработал такой фактор, как «ума не хватило». Не хватило ума. Они даже не понимали, с чем они имели дело. Это ужас какой-то. Ну теперь уже вы, молодые люди, сражайтесь за себя, сражайтесь за то, что вам судьбой достается. За какие-то следы или остатки может быть, за какое-то наследие. Демократия всё-таки... Нам многое от прошлого досталось, что стоит внимания, заслуживает ценности.

Ч.Ш.: Скажите, Александр Александрович, является ли Россия главной мишенью для США? Думаю, нельзя забывать и о Китае.

А.З.: Вы знаете, это всё еще подлежит исследованию. Всё дело в том, с кем нам приходиться иметь дело. И самое страшное заключается в том, что тот враг, американизм, с которым нам приходиться иметь дело, это явление не знает никакой пощады. Они готовы на всё! Это колоссальная разрушительная сила. Например, троцкисты – мелочь в сравнении с теми, кто сейчас властвует в мире, стремится к власти. В сравнении с ними они просто ничтожество. Ну полное ничтожество. Понимаете? Это проблема очень серьезная. И это уже Вам, молодым людям, предстоит думать, думать, думать, искать мудрое решение, как этому противостоять.
Нужно вот что понять. В последние несколько десятилетий в странах Запада произошел огромный эволюционный перелом. Возник феномен, которого раньше никогда не было. Это принципиально новый тип социальной организации. Я его называю западнизмом. Это уже не есть Запад. Это не западноевропейская цивилизация. И я только приступил к его изучению. Вот это явление - самое страшное. Вот этот новый феномен вам, молодым ученым, предстоит изучать.
Я как-то сказал, что я мечтаю о новом человеке. Вот родится ли он, этот новый человек? Как, когда он появится? Надежда только на новое поколение.
Ведь тот человек, которого когда-то породила западноевропейская цивилизация в эпоху Возрождения, сейчас практически уничтожен. Разумеется, есть отдельные индивидуумы, но как историческое явление человек цивилизованный, добрый, наивный, непрактичный, утопический, идеалистический, романтический, неэгоистичный и нерасчетливый уже практически не существует. К сожалению, в жестокой, непримиримой борьбе с этим человеком победило другое явление - эгоистичный, расчетливый и жестокий дикарь, современный варвар, обвешанный с головы до ног высокотехнологическими приспособлениями. Мы вернулись на исходную позицию. Теперь надо все начинать с нуля – с создания нового человека.
Все эти силы колоссальные. Они нуждаются в специальном анализе. Тут нужны настоящие ученые. Вам нужно серьезно работать. Группами. Взять хотя бы тот же Китай. Тут всё можно увидеть. И преувеличения, и заниженные оценки и т.д. Ведь что происходит в Китае на самом деле Вы же не знаете. Никто этого не знает. Там всё спрятано. Конечно, Китай в смысле мудрости и подготовки, сопротивления американизму оказался на порядок умнее России и Советского Союза. На порядок. Они мудрые, они помалкивают, они понемногу накапливают силы, ресурсы, там скупают, здесь скупают. Китайцы конечно готовятся. Чтобы во всём этом разобраться, нужны серьезные стратегические исследования. Мне сейчас уже не до этого. Занимайтесь этим, растите молодых людей. Такие проблемы будете решать вы, умные молодые ребята. Умная молодежь. Думайте, думайте, думайте. Я в свое время выдвинул такую формулу. Фигуральное выражение. У нас есть один выход: мы должны переумнить Запад. Переумнить! То есть развить более высокий интеллектуальный потенциал. Нам нужен более высокий интеллектуальный потенциал. Умы нужны, молодые умы нужны. У меня к сожалению такой возможности уже нет. Вы затрагиваете кардинальнейшие, глубочайшие проблемы мироздания. Позвольте, я немного огрублю. Я хочу просто вам сказать, что мир, возглавляемый Соединенными Штатами, в том виде, в каком он сейчас складывается, это мир отнюдь не умных людей. Это мир дебилов. Понимаете? Дебилов. Интеллектуальный уровень тех людей, которые сейчас правят миром, планы строят и так далее, чудовищно низок. Я знаю о чем говорю. Я профессионал в этих делах и в своих многочисленных работах я это многократно показывал и научно доказывал.

Ч.Ш.: В книге «Логический интеллект» Вы предложили замечательную формулировку, что «сегодня мир управляется физически сильным, но интеллектуально убогим насильником».

А.З.: Да, вы правы, интеллектуально убогим насильником. Ситуация вот какая. Американцы практически могут сделать всё. Лететь на Марс, клонировать животных, и т.д. Однако интеллектуально американцы, возглавляющие мир, не понимают ничего. Это – общество дебилов. И вот этот дебилизм – самая страшная опасность современности... К сожалению, мне очень трудно об этом говорить. Чингиз, Вы меня правильно поймите, мне сложно произносить такие фразы. Они очень эмоциональные. Я очень переживаю об этом...

Ч.Ш.: Но ведь чтобы лететь на Марс, нужен интеллект...

А.З.: Да, разумеется, нужен интеллект, но не тот. Для полета на Марс нужны шестеренки, кружочки, какие-то станки и т.д. Проще говоря, вещи нужны. Американцы умеют вещи производить. Любые. Какие угодно! Но приборы, аппараты – это ещё не интеллект. Интеллект заключается в подлинно научном познании мира, в соответствии с правилами логики и методологии науки. А во всех Соединенных Штатах вы не найдете сейчас ни одного человека, который смог бы понять то, что описано в моих простых книгах. Более того, в этой среде интеллект находится фактически под запретом. Он не допускается. Он им не нужен. Американцы манипулируют вещами, тем что они создают. Они манипулируют вещами, изделиями, изобретениями и т.д. Они не мыслями оперируют. Им мысли не нужны! Вот если бы мне дали возможность, я бы вам показал, какие дебилы эти Буш и все прочие. На самом простом интеллектуальном уровне. Вот в чём состоит ужас. Вот что несут они с собой для человечества. И имейте в виду: для них, кстати, для этих людей врагом становится и западноевропейская цивилизация, к которой мы с вами принадлежим, как и миллионы других людей на планете. Им не нужны достижения прошлых европейских мыслителей. Им это не нужно. Они ничего этого не понимают. Я повторяю: американцы могут всё, не понимая абсолютно ничего, поскольку понимание им не нужно...

Чингиз Шамшиев

[azov]

Квакин Мишка!
Придется читать два дня с перерывами, хотя отрывки раньше читал. Но, спасибо за то, что выделил главное. Не всегда есть время изучать его труды, проследить, как меняются взгляды со временем. У нас же узколобые не умеют так. Вбили с детства- "Коммуняки проклятые", и назад им хода нет. мЫшление у них такое