Путешествие из Алма-Аты в Орел и обратно

[kva87]

Решил поделиться своими воспоминаниями о небольшом периоде моей службы. Сразу предупреждаю, что никаких подвигов и приключений не будет. Одна сплошная бытовуха. Поскольку текста получается довольно много, то публикую пронумерованными кусками.

1.
Дело было в марте 88-го года. К этому времени мы, бойцы призыва весна-87, комендантского взвода Чунджинского отряда, успели закончить учебку, попасть во взвод и с октября добросовестно несли караульную службу сутки через двое. Успели полсотни раз сходить в караул и считали себя уже матерыми караульными волками.
Дальнейшая жизнь на следующие 13-15 месяцев была понятна и разнообразия не обещала. Из ближайших развлечений был только приказ дедушек, которых у нас во взводе было двое. Они ходили поочередно в наряд по КПП и жить особо не мешали.
Еще одно событие, которое должно было скрасить будни, - это намечавшийся приезд тогдашних союзников – пограничников из ГДР. В связи с этим предполагались какие-нибудь показательные маневры.

Но однажды командир взвода приказал мне и еще двум моим коллегам явиться в штаб. Там нас огорошили новостью, что нам троим выпала великая честь – отправиться в командировку в составе выездного караула. Весь состав – это мы трое и начальник караула. Наша задача – приехать в Орел, проникнуть на какой-то полувоенный завод и доставить с него в Алма-Ату три ЗИЛа, загруженных на железнодорожные платформы. Мы должны были сопровождать их в товарном вагоне. Поскольку техника не боевая (ЗИЛы, оборудованные под передвижные механические мастерские), то автоматов нам на это мероприятие решили не давать. Из оружия только штык-ножи у бойцов и пистолет у начкара.
Начальником караула назначили молодого прапорщика. Он только что закончил школу прапоров и прибыл в отряд служить в ОРТМ. И его чуть ли не в первый же день в эту командировку заслали. Видимо, чтобы у него было минимум проблем с личным составом, и дали ему трех студентов одного, еще не оборзевшего, призыва.
Предполагалось, что командировка продлится 15-20 дней. Соответственно везти с собой мы должны были сухпай на 10 дней и суточные деньгами тоже на 10 дней. Суточные, насколько помню, были 1р. 30коп.

Вернулись мы в казарму и стали готовиться. Поскольку у прапорщика опыт караульной службы был нулевой, то решили, что организовывать службу придется самим. Первым делом взяли Устав гарнизонной и караульной службы. Прочитали все, что касается охраны поездов. Но там было только написано, что при остановках должен выставляться часовой на каждые 8-10 вагонов с каждой стороны. К нам это не подходило. Поэтому решили, что по ходу дела разберемся.

Взяли в каптерке несколько вещмешков. Один набили запасными кальсонами и портянками. Остальные взяли под сухпай. На следующий день перед отъездом сходили вчетвером на склад ПФС и получили причитающееся продовольствие. Получилось у нас 4 или 5 тяжеленных мешков, набитых консервами (завтрак туриста, несколько видов каш с мясом). Причиталось нам так же какое-то огромное количество буханок хлеба. Но нам вида консервных мешков хватило. Поэтому набили еще один мешок хлебом, что составило, наверное, от силы пятую часть от положенного по норме.

Обещали отцы-командиры, что в Алма-Ату нас на вертолете доставят. Он как раз в наш отряд накануне прилетел. Очень мы радовались такому раскладу. Но что-то не срослось. Вертолет нам не достался. Привезли нас вместе со всей кучей мешков на дежурной «шишиге» к чунджинскому автовокзалу, и дальше мы двинулись обычным рейсовым автобусом.

Деталей езды на автобусе уже не помню. Осталось только общее впечатление, что попали в сказку – гражданскую жизнь. В отряде у нас увольнительных не было. За территорию части попадали только когда на ПУЦ бегали, или, если повезет, то на жесткой скамье в кузове. Но это к «гражданке» не относится. А тут вокруг тебя обычные люди, сам сидишь в мягком кресле. За окном обычные дома, степь, горы. Все время казалось, что сейчас команда «Подъем» прозвучит и все исчезнет.
Несколько часов так «тащились» от удовольствия, пока не добрались до Алма-Аты часов в 9 вечера. Там перед нами встала следующая задача – с автовокзала добраться до окружных складов, где надо было переночевать, а утром отправиться в штаб округа на инструктаж.

Пришли мы (с трудом дотащив свои мешки) на троллейбусную остановку. Там куча алмаатинцев, также желающих загрузиться в троллейбус и разъехаться по домам. Подходит далеко не пустой троллейбус. Народ в него с остановки ломится. Мы стоим. Видим же, что и без нас там не все поместятся. Ждем следующего. На остановке ведь только мы остались. Следующий троллейбус точно наш будет. Пока ждем, опять начинает народ на остановку подтягиваться. Подходит троллейбус. Картина повторяется. Троллейбус уезжает, а мы остаемся. Опять народ начинает подходить.

К нам приходит понимание, что с такой тактикой мы никогда не уедем. Бойцы, годом ранее прошедшие школу выживания в общественном транспорте Челябинска, Магнитогорска и Харькова, предлагают не церемониться, а при подходе следующего троллейбуса хватать все мешки и оккупировать заднюю площадку. Надо сказать, что голодный пограничник, вооруженный вещмешком с консервами, - это грозная сила. У аборигенов перед таким бойцом никаких шансов. Но прапорщик, в силу робости характера или врожденного гуманизма, отверг наш эффективный, но кровожадный план.

Вместо этого он применил свой ХПП (хитрый план прапорщика) – поймал такси. Нас такой вариант полностью устроил. Мы охладили свой воинственный пыл и покорно полезли в «Волгу», с трудом разместив в багажнике и на коленях все мешки. После чего быстро, без приключений и впечатлений доехали до ворот воинской части.

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

Путешествие из Алма-Аты в Орел и обратно

Ознакомился с первой частью рассказа.
Интересные воспоминаниями.
Подожду продолжение.

[astar]

Сообщение от kva87

... Надо сказать, что голодный пограничник, вооруженный вещмешком с консервами, - это грозная сила. У аборигенов перед таким бойцом никаких шансов. Но прапорщик, в силу робости характера или врожденного гуманизма, отверг наш эффективный, но кровожадный план...

Хорошо, спасибо, ждём продолжения.

[kva87]

2.
На КПП встретил нас помощник дежурного по КПП. Прапорщик ему объяснил, кто мы такие и чего хотим. Боец позвонил куда-то, и стали мы ждать, когда придет дежурный по части, чтобы пристроить нас на ночлег.

Пока ждем, боец пристально на меня смотрит. Потом спрашивает: «Не узнаешь?». Начинаю присматриваться. Не узнаю. Тут он называет фамилию, и у меня в голове проясняется. Этот парень ведь с нашей учебки. Только после мандатки его в Алма-Ату отправили.

А причина моего неузнавания в следующем. Парень этот выделялся тем, что у него щетина очень быстро росла. Утром брился, как и все. В обед все еще гладкие, а у него уже миллиметровая щетина. К вечеру на щеках и подбородке волосы уже были длиннее, чем на макушке. В общем, вид приобретал уголовный. Начальник нашей учебной заставы, увидев такое дело, приказал ему после обеда тоже бриться, сказав – «Ты пограничник, а не геолог».

И вот на КПП стоит гладкощекий румяный хлопчик, у которого из под шапки выбивается рыжий кучерявый чуб. Как в нем можно опознать того бритоголового щетинистого «абрека» ? Вот я и не опознал. После опознания обменялись классическими вопросами: «Как жизнь?», «Как служба?», «Дедушки не обижают?» и т.п.

Затем пришел дежурный по части и занялся нашим устройством. Прапорщика в приежку, а нас в казарму. Перед этим сходили в столовую поужинать. Там, правда, ничего уже не было, т.к. по распорядку уже отбой был. Дали нам только чайник холодного киселя. Мы его со своим сухпаем и употребили.
Казарма, в которой нам койки для ночлега выделили, запомнилась своими необъятными размерами. По сравнению с чунджинской, наверное, раз в 5 больше.

Утром налегке общественным транспортном без приключений добрались до штаба округа. Зашли в здание и стали головами крутить, не зная, куда идти дальше. Но тут нас выручил боец с красной повязкой на рукаве, который крутился возле входа. Не знаю, как этот вид наряда называется – дневальный, швейцар или еще как.

Оказалось, что это тоже знакомый с учебного пункта. На мандатной комиссии его, вроде, распределили в ансамбль КВПО, хотя, насколько помню, каких-то выдающихся артистических талантов за ним не числилось. Объяснил он нам в какой кабинет на инструктаж идти.

Добрались до кабинета, но хозяина там не оказалось. Стали ждать в коридоре его появления.
Поначалу напрягало большое количество майоров и подполковников, проходивших мимо. У нас в отряде всего два подполковника было – командир части Васько, и начальник политотдела Медведев. Когда на горизонте появлялись подполковничьи погоны, то вся жизнь вокруг замирала. Все с трепетом следили, куда эти погоны двинутся. Почтение к двум большим звездам было великое.
А тут по коридорам носятся подполковники, как первоклассники на перемене. Сначала мы при них тянулись и честь отдавали. Но потом расслабились и вообще на них перестали внимание обращать. Равно как и они нас не замечали.

Пока ждали, подошла еще одна компания вроде нашей – офицер и три солдата на инструктаж. И опять среди бойцов обнаружился бывший коллега по учебному пункту. На мандатке его в Афган распределили. А на инструктаж прибыл в составе группы из Лянгарского отряда. Чего «КСАПовцев» в штаб КВПО занесло, выяснять не стали. Но зато убедился, что призыв в Чунджу из Челябинской области распространился по границе, как евреи по миру.

Наконец пришел офицер, который должен был провести инструктаж. Зашли обе наши компании к нему в кабинет и внимательно выслушали все наставления и советы. Под конец он поинтересовался у нас, имеется ли емкость для воды, т.к. в товарном вагоне, где нам предстоит сопровождать груз, кранов нет. У нас, разумеется, ничего не было. Офицер очень интеллигентно (без мата) высказал свою отношение к достойным людям из тыловой службы Чунджинского отряда. Потом сообщил, что до отхода поезда времени мало, поэтому помочь в этом вопросе уже не сможет. Так что езжайте ребята с богом, и решайте вопрос с водой самостоятельно. Нас это нисколько не огорчило. Количество положительных эмоций от новых впечатлений зашкаливало, и какая-то возможная будущая проблема нас не пугала.

В этот же день отвезли нас на ж/д вокзал и загрузились мы в поезд Алма-Ата – Москва. Прямого поезда до Орла не было. Поэтому должны были мы выгрузиться в Ртищево и оттуда с парой пересадок на других поездах до Орла.

[Роман Иосифович]

Спасибо за подробные воспоминания,это впечатляет!Жду Ваших дальнейших злоключений.Что дар писателя бытовиста имеется нет сомнений.Восхищен Вашей памятью и чстосердечного описания путешествия.Пусть терпение,память не подведет Вас в дальнейшем жизнеописании Вашего путешествия.Ведь я был в 80-ые годы преподавателем в Орле,поэтому интересны будут воспоминания об Орле.До встречи на страницах Компа

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

2.На КПП встретил нас помощник дежурного по КПП.

С интересом ознакомился со второй частью рассказа.
Много интересных моментов. Жду продолжения.

[kva87]

3.
Разместились мы в первом купе плацкартного вагона, и начался очередной, еще более гражданский, этап командировки.

У проводниц одолжили домино. Щелкали костяшками по столу, да в окно смотрели. А прапорщик наш к проводнице клинья подбивал. Помнится, сказала она, что украинские мужчины лучше русских: «Хохол сказал – значит сказал». Нынешняя украинская заварушка тут не при чем. Просто вспомнилось.

Большое впечатление произвел на меня такой эпизод в поезде. Легли мы уже спать. Я лежу на верхней полке, край одеяла вниз свесился. А мимо нашего купе какой-то офицер проходил. Он остановился и мое одеяло поправил, чтобы не висело. И дальше пошел. У меня от увиденного шок. За время учебки, да и потом в отряде нас так выдрессировали, что офицер воспринимался не как нормальный человек, а как злое божество, от которого надо на всякий случай держаться подальше. Вот если бы он рявкнул «Встать» или еще что-то, то было бы возмутительно, обидно, но естественно и понятно. А простой человеческий поступок от офицера в первый момент воспринял как дикость.

Удалось в этой поездке первый раз Волгу увидеть. Правда, ночью через замороженное окно плохо было видно. Но все равно размеры реки оценить смог. Впечатлило.

Когда уже ехали по центральной части России, запомнилась одна остановка на какой-то небольшой станции. Остановился поезд, выглянул я в окно, а там следующее зрелище. Стоит на перроне шуруп-чернопогонник и слегка покачивается. Весь расхристанный. Шинель грязная. Погоны полуоторванные торчат как кошачьи уши. Шапка мятая. Ремень даже не на яйцах, а не пойми где (а может ремня вообще не было). В общем, очень колоритная бомжацкая фигура. У нас аж челюсти отвисли от такой картины. В нашем отряде, если эмблема на петлице будет криво прицеплена, и то вздрючат. А тут такое чучело. В голове не укладывалось, как такое может быть. Потом поворачиваю голову левее, и ответ на вопрос найден. В десяти метрах от чудо-бойца стоят два офицера. Вид у них примерно такой же, как у солдата, может чуть почище. Только качает их сильнее. Посмотрели мы на такое дело и решили, что лучше в нашем (как теперь выяснилось, уставном) отряде служить, чем в таком шуруповском бардаке.

Наконец наша спокойная размеренная жизнь в поезде закончилась. Вышли мы в Ртищево, чтобы двинуться дальше на перекладных. Промежуточные точки нашего маршрута на этом участке пути не помню. Мы по нескольку часов сидели на вокзалах, сторожа свои мешки в ожидании очередного поезда. Поэтому почти все время находились в полусне.

В один такой поезд сели, рассовали мешки по полкам и сразу вырубились. Утром просыпаемся, а прапорщик нас стыдить начал:
- Что же вы погранвойска позорите ? В соседнем купе такие девушки ехали, а вы, вместо того, чтобы их обхаживать, спать завалились.
А как мы их могли разглядеть, если в вагон заходили с закрытыми глазами и кроме полки, куда можно рухнуть и уснуть, ничего распознать не могли?

Тем не менее, несмотря на все утомительные трудности последнего участка нашего пути, прибыла наша команда в город Орел, на завод, названия которого у меня в голове не отложилось. Впечатлений от самого города тоже почему-то не осталось. Даже не помню, как с вокзала до завода добрались.

Пока мы, матерые караульные волки, караулили свои мешки на проходной, прапорщик отправился на разведку и выяснил следующее:
1. Груз наш еще не готов.
2. До того, как сформируют наш эшелон, будем мы жить безвылазно в доме на территории завода.

То, что возвращаться не сразу, нас утроило. Сидение на заводе без выхода в город не обрадовало. Но утешало то, что не в казарме.

Так начался «орловский» период нашей командировки.

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

Так начался «орловский» период нашей командировки.

Интригующее начало.
Подождем, что будет
дальше.

[kva87]

4.
Нашим новым пристанищем оказался небольшой домик с парой комнат и маленькой кухней с печкой. Имелся полуразвороченый и еле показывающий телевизор. От предыдущих жильцов осталась куча мусора и пустых бутылок. Мы быстро устроили ПХД и стали налаживать свой быт.

Мой товарищ по команде еще в Алма-Ате смог позвонить домой родителям и раскрыть военную тайну о нашем месте назначения. И вот его родители приехали из Харькова в Орел, нашли этот завод и смогли вызвать сына на проходную. Как они смогли сделать все это без интернета и мобильных телефонов, я сейчас не представляю. Вот ведь какое находчивое старшее поколение было. Не то, что нынешняя молодежь, которая без GPS-навигатора шагу не сделает (извиняюсь за брюзжание, возраст все-таки).

Пока воссоединенное счастливое семейство сидело на лавочке возле заводской проходной, выяснилось, что в Орле существуют военные патрули. И один такой патруль забдил пограничника и стал выяснять, что такое произошло в географии СССР, раз Орел стал приграничным городом.

Но все разбирательство закончилось мирно. Боец сбегал за прапорщиком, и тот, вооруженный пачкой командировочных документов, легко расправился с патрулем, который отправился заниматься своим привычным делом – ловить местных самовольщиков.

А прапорщик поставил бойцу боевую задачу – взяв на подмогу родителей, обойти ближайшие магазины и решить вопрос с емкостью для воды. И с этой задачей наш харьковчанин достойно справился. После расставания с родителями принес двухведерный эмалированный бачок – светло-желтый, с красными цветочками на боках. На фоне зеленых вещмешков и серых шинелей этот новый вид пограничного снаряжения смотрелся очень эффектно. Остальные члены нашей команды немного покрутили носами. Дескать, лучше бы бачок был камуфлированным. Да и сам добытчик тоже немного стеснялся своей добычи. Но прошло совсем немного времени, и бачок стал полноправным членом нашей команды.

Пробыли мы на этом заводе дня три. Смотрели телевизор, да гуляли по территории. Постепенно стало нам такое житье надоедать. Захотелось дальнейших странствий, хотя они и приближали нас к возвращению в казарму.

Наконец, пришел наш прапорщик с заводоуправления и порадовал, что эшелон нам подготовили, бумаги он все подписал, и что пора нам собираться в дорогу.

Рельсы внутризаводского пути проходили метрах в двухстах от нашего домика. Вскорости подогнали туда наш эшелон: открытые платформы, на которых стояли три опломбированных ЗИла, и товарный вагон для нас.

Вагон нам достался новенький. Железный, свежепокрашеный. В одном углу вагона были на высоте 1 метра настелены доски от борта до борта, образовав таким образом большущую полку глубиной метра 3. Перед этой полкой по центу буржуйка, дымовая труба которой уходила прямо в потолок. Еще в комплектацию вагона входило маленькое железное ведро.

На этом все удобства в вагоне заканчивались. Большая часть вагона была свободна и представляла большой простор для фантазии дизайнеров.

Дизайнеры посовещались и решили украсить вагон вещмешками, бачком с водой и дровами для печки. Дело было в самом начале апреля. Снега было в округе довольно много, хотя и таял активно.

Поскольку командир за груз уже расписался, то сразу выставили часового. Остальные перетаскали вещмешки и бачок с водой. Потом занялись добычей дров. С этим нам повезло. Неподалеку обнаружили груду досок. Поскольку топора и ножовки у нас не было, то выбрали только те доски, которые по ширине могли пролезть в нашу печку. Досок таких нашлось не очень много, но мы рассчитывали в дальнейшем пополнять запасы топлива из вагонов с углем.

Привели мы наше новое жилище в пригодный для проживания вид и распрощались с гостеприимным домиком. А сами начали налаживать службу и быт в новых условиях.

Так как организмы наши уже были «заточены» под режим службы: 2 часа на посту – 2 часа бодрствующая смена – два часа отдыхающая смена, то решили такого же режима и придерживаться. Один боец спит, один печку топит, один на открытой платформе или возле нее, если поезд стоит.

Сразу скажу, что охрану мы несли добросовестно. И часовые все природные катаклизмы стойко переносили под открытым небом. Ни разу наш груз без присмотра не остался. Конечно, соблюдать ровно 2 часа на посту не всегда получалось, т.к. сменить часового можно было только на стоянках. Но в основном график выдерживали.

В вагоне, стоящем на территории завода, мы прожили еще несколько часов. А потом подцепил нас маневровый тепловоз и повез в новый неизведанный мир грузоперевозок.

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

А прапорщик поставил бойцу боевую задачу – взяв на подмогу родителей,
обойти ближайшие магазины и решить вопрос с емкостью для воды.

С интересом прочитал и этот раздел.
Жду продолжение.

[Роман Иосифович]

Ай.да.молодцы.Погранцы!Всё чин чинарем,очень позитивно и откровенно.Зная немного город Орел должен отметить,что все это происходило на Сталелитейном заводе,котором будучи в наряде патруля по городу перед Новым годом я на машине ГАЗ 66 с патрульными ездил поздравить там находящимся военнослужащим,которые заготовляли гвозди,катанку для нужд МО и жили там на территории завода месяцами.Наша была задача поздравить их с Новым годом,уточнить какие трудности у них.Но самое главное для меня было удивление,что мы по цехам завода легко ехали на Газ66,как по приличншой улице,а рядом в 5-10 метрах летела красная нить катанки,при движении отлетали искры,что заставляло меня удивляться и побаиваться,чтобы не произошел порыв или этого непрерывно тянувшегося красного металла,Ребята удивились нашему приезду,мирно поговорили одобрили их поведение и поехали комендатуру для доклада коменданту,который хотел знать сколько бойцов и в каком состоянии они находятся,это был наш ознакомительный рейс для последующего приезда Коменданта.Я чувствую,что и с этими ребятами было дело на этом большом заводе,хотя возможно и другие версии,это мой вариант,так как и у меня был случай подобный в Орле.Спасибо ребята,за память,доброжелательное отношение к жизни и её ситуациям.

[Petrovich-svp]

Сообщение от Роман Иосифович

Ай.да.молодцы.Погранцы!

Полностью с Вами согласен Роман Иосифович!

[kva87]

5.
Вскоре выяснилось, что езда в товарном поезде очень отличается от езды в пассажирском.

Если в пассажирском ты точно знаешь маршрут, названия и время остановок, то в товарняке, как Колумб, движешься в полной неизвестности. Везут тебя от одной сортировочной станции до другой. Причем везут не на юго-восток в сторону Алма-Аты, а попеременно во все стороны света. Спать ложишься, когда поезд движется на юг, а просыпаешься и видишь, что едешь на север. Карты у нас с собой не было. Сами мы не местные, в географии центральной части РСФСР ориентировались слабо. Поэтому названия большинства населенных пунктов нам ничего не говорили. Поняли только, что такими темпами ехать мы будем из Орла в Алма-Ату в несколько раз дольше, чем в Орел пассажирскими поездами. Против этого мы ничего против не имели и не возмущались. Да и кому пожалуешься?

Дни у нас потянулись однообразные, как в фильме «День сурка».
1-2 часа ехали, потом 10-30 минут стояли на очередном разъезде, пропуская какой-нибудь поезд. После чего двигались дальше. Раз в 10-20 часов прибывали на сортировочную станцию, где вагоны нашего поезда пускали с горки, формируя новые составы.
Эти спуски с горки сопровождались мощными ударами, когда наши вагоны врезались в состав, или новые вагоны бились о нас. Тут самая ответственная роль была у бойца из бодрствующей смены, т.к. он должен был вовремя ловить чайник, который неизменно слетал с печки во время ударов.

На этих сортировочных станциях мы занимались снабженческими операциями. Первым делом искали источник воды, чтобы заполнить свой бачок. Затем изучали составы на соседних путях. Если обнаруживали вагоны с углем, то один боец забирался на вагон и сбрасывал уголь, а второй боец собирал этот уголь в ведро и тащил в вагон. Третий боец оставался на посту.

Что касается топлива, то помимо досок и угля мы обнаружили альтернативный источник поддержания огня. Оказалось, что на разъездах, где нам часто приходилось останавливаться, вдоль путей огромные залежи промасленной ветоши, которая отлично горит. Так что на этих коротких остановках тоже не расслаблялись и старались извлечь максимум пользы.

В общем, жизнь наша немного напоминала жизнь первобытных людей в пещерах. Как и они, мы не мылись, и круглосуточно поддерживали огонь в печке.

Лично я при поддержании огня дров не жалел. Т.к. доски пилить и рубить было нечем, то я брал сразу охапку досок так, чтобы один конец этого «пучка» мог в топку пролезть. Другой конец клал на мешок с консервами. И по мере прогорания досок сдвигал их вместе с мешком до тех пор, пока вся пачка не сгорит. Потом засовывал следующую. В результате дымовая труба была ярко-красного цвета и неплохо освещала ночью вагон. Мой коллега, который в это время нес службу снаружи, говорил, что сноп искр из трубы обеспечивал хорошую видимость на несколько десятков метров.

Дальше несколько запомнившихся эпизодов, которые внесли разнообразие в нашу жизнь.

[Володин]

Отлично, Автор!
Читаю с удовольствием.

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

5.Вскоре выяснилось, что езда в товарном поезде очень отличается от езды в пассажирском.

Здорово написано!
Мне за свою службу
в РСП пришлось много
покататься по железке
и в разных составах.
Жду продолжения.

[kva87]

6.

Про кровавую гэбню

Когда мы останавливались на крупных станциях, где были военные комендатуры, нас, как и все воинские эшелоны, должен был проверять офицер комендатуры. Нам эти проверки были по барабану. Но прапорщика проинструктировали, что он обязательно должен собирать автографы проверяющих в караульной ведомости. И он усердно старался выполнять это указание.

В комендатурах служили офицеры разной степени добросовестности. На некоторых станциях уже через 5 минут появлялся офицер, который осматривал наш жилой вагон и пломбы на ЗИЛах. Если же проверяющего долго не было, то начкар отправлялся на его поиски. Иногда приводил офицера, и тот проводил осмотр и расписывался о проведенной проверке. Но были и такие лентяи, которые расписывались в караульной ведомости там, где их находил наш настырный прапорщик, не проявляя к нам никакого интереса, а наоборот, проявляя свою недобросовестность, лень и разгильдяйство.

Однажды прибыли мы на какую-то сортировочную станцию. Не дождался прапорщик проверяющего и отправился на его поиски. Возвращается минут через 15 один. Идет, а у самого физиономия сияет, как бляха солдатского ремня во время строевого смотра.

Мы его спрашиваем: «Что за радость такая, товарищ прапорщик?»

Он рассказывает:
- Пришел в комендатуру. Смотрю, сидит какой-то майор. Я к нему – пошли караул проверять и автограф в караульной ведомости ставить. А тот как меня увидел, так руками замахал. «Вы, говорит, из КГБ. С вами связываться – себе дороже. Не буду ничего проверять и ничего подписывать. Иди отсюда прапорщик. Ты меня не видел, я тебя тоже».

Так и вернулся наш прапорщик без автографа, но довольный тем, как майора запугал.

Мы тоже за компанию пораздувались от гордости за свою чекистско-пограничную крутизну. А потом занялись привычном делом – воду искать, да уголь тырить.

[astar]

Спасибо!!!!!!!

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

6.Про кровавую гэбню

Очень интересно рассказано
особенно это:

вернулся наш прапорщик без автографа, но довольный тем, как майора запугал.

[kva87]

7.

Пасха

За время учебки нам в голову намертво вбили: «Государственная граница СССР есть линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющая пределы территории СССР – суши, вод, недр и воздушного пространства».

А за несколько месяцев службы в комендантском взводе на уровне инстинктов затвердили, что запрещается часовому: спать, сидеть, прислоняться к чему-либо, читать, писать, разговаривать, петь, есть, пить, курить, отправлять естественные надобности, принимать от кого-бы то ни было и передавать кому-бы то ни было какие-либо предметы, досылать без необходимости патрон в патронник.

Обе заповеди написал без шпаргалки по памяти борясь со сном. Проверяйте.

И все прекрасно понимали, что 13 запретных пунктов надо выполнять (в смысле – не выполнять перечисленное, а наоборот). Иначе неминуемо настигнет нас кара. Конечно, праведников среди нас не было. Время от времени какую-нибудь заповедь на посту да нарушали. Чаще всего «отправлять естественные надобности». Но грехи эти были легкие, да и не такие частые. Поэтому высшие силы на них смотрели снисходительно. Но если обнаглеть, и превысить какой-то лимит божественного терпения, то наказание не заставит себя ждать. В этом мне пришлось убедиться на собственном опыте.

Дело было как раз в день Пасхи. Судя по православному календарю за 88 год, 10 апреля.

Когда утром меня разбудили, чтобы шел на пост, наш поезд стоял на окраине какого-то городка возле Тамбова. Я добросовестно расхаживал вдоль охраняемых платформ, зорко следил за подступами и наслаждался пейзажами. Температура была около нуля. С неба падали редкие снежинки. На земле лежал тонкий слой чистого снега. И вся картина была такая благостная, пасхальная на 100%. И ничего не предвещало Страшного суда.

Началось все с того, что вдоль путей проходила какая-то пожилая женщина. Подошла она ко мне и ласково говорит: «Христос воскресе, солдатик». И вот я, матерый караульный волк, вместо того, чтобы сурово промолчать согласно устава гарнизонной и караульной службы, приветливо и не по-комсомольски отвечаю: «Воистину воскрес» (вот вам и первое нарушение «не разговаривать»).

А женщина достает из сумки крашеное яйцо и подает его мне. А я ведь начитанный человек. Читал «Сказку о мертвой царевне и семи богатырях», где переодетая в нищенку диверсантка передала царевне отравленное яблоко. И устав знал наизусть. А тут как затмение нашло. Взял я это яйцо и «спасибо» сказал (вот и нарушение номер 2 «не принимать от кого бы то ни было») . А женщина, исполнив свою коварную миссию, пошла дальше.

Поскольку яйцо было одно, то решил, что с товарищами делиться никакого смысла. Поэтому очистил его и съел (нарушение номер 3 «не есть»). После чего, преисполненный блаженства, продолжил несение службы.

До смены мне оставалось полчаса, когда поезд тронулся. Я заскочил на платформу к охраняемым ЗИЛам и продолжил охрану вверенного объекта, ожидая, что скоро где-нибудь остановимся, и я сменюсь.

Однако на небесах решили: «А не охренел ли ты, боец, столько заповедей за одну смену нарушать?». И решили меня наказать.

Поезд шел, не останавливаясь. Снег тоже шел, не останавливаясь, и с каждой минутой все гуще. При этом становился все мокрее. Сначала шел снег, потом мокрый снег, потом снегодождь, потом дождеснег. Шинель у меня постепенно пропитывалась водой, еще ветерок поддувал на открытой платформе.

Подошло время меня менять. Сменщик мой высовывался из вагона, чтобы в подходящий момент поменяться со мной местами. Иногда поезд замедлял ход, мы готовились спрыгнуть на землю, чтобы произвести рокировку. Но поезд снова набирал ход, и я продолжал нести службу.

Постепенно промок насквозь. Шинель резко потяжелела. Чтобы согреться, я прыгал на платформе под лозунгом: «Кто не скачет – тот шуруп». Но помогало мало.

В результате смена моя продлилась около 4-х часов. Из них часа два я представлял из себя гибрид снеговика и водяного. Наконец железнодорожники сжалились надо мной. Поезд замедлил ход настолько, что мы со сменщиком решились спрыгнуть на землю и «сдать-принять» пост.

В вагоне меня ждала докрасна растопленная буржуйка. Я разделся, сменил нательное белье и стал отогреваться.

Никаких последствий для здоровья это наказание от высших сил не имело. И дальше службу нес по распорядку. Наверное, нарушь я больше заповедей, огреб бы по более полной программе. Вот отправил бы естественные надобности (хорошо, что был не сезон, и меня арбузом не угостили) и вообще с платформы на ходу вылетел. А тут довольно гуманное наказание.

[Petrovich-svp]

Сообщение от kva87

7.Пасха

Продолжаем знакомство с рассказом
о путешествии. Очень много интересных
моментов.