История освоения ПАМИРА

[aleksandr 196101]

Пограничная стража на ПАМИРЕ.
Знакомство России с Памиром состоялось еще в 1876 году, когда была покорена Ферганская долина и отряд генерал-майора М.Д.Скобелева поднялся на Алайский хребет. Ясным июньским днем с перевала Арчат Белый генерал и его сподвижники увидели на юге ярко-зеленые луга Алтайской долины, а за ними - "непрерывную стену снега", которая "тянется на пространстве более ста верст, играя на солнце, как хрусталь, гранями отдельных вершин". Это сиял вечными снегами Заалайский хребет, за которым лежала горная страна Памир. Нам не трудны снежны горы, и Алайский крутой скат.
Уральские казаки смело взобрались на Памирское нагорье и дошли до перевала Акбайтал, что вознесся на 4.655 метров над уровнем моря! Уже тогда мы были вправе занять и весь Памир до его южной границы - снежного хребта Гиндукуш: все это были владения Кокандского ханства, присоединенного теперь к России. Однако от Акбайтала скобелевцы вернулись: слишком много забот было у нас и по эту сторону Алая. Кроме того, Россия не хотела раздражать своего старого врага Англию: ведь мы приближались к "жемчужине британской короны" - Индии! Со своей стороны, Петербург полагался на англо-русские соглашения 1872 - 1873 годов, по которым Памир признавался сферой влияния России.
Однако в 1883 году британцы нарушили этот договор и побудили своего вассала - афганского эмира занять западно-памирские ханства Рошан и Шугнан. Родственные таджикам обитатели этих областей испытали все ужасы восточного завоевания с вырезанием целых кишлаков, тотальным грабежом, угоном женщин и детей в Кабул.
В итоге капитан Б.Л.Громбчевский, посетивший в 1889 году рошанское селение Сарез, был "приятно удивлен" "симпатию населения к русским". "Жители, - сообщал он, - называли себя не иначе, как подданными Белого Царя".
В восточную часть Памира, где кочевали летом русскоподданные киргизы, после 1884 года вторглись китайцы. В 1889-м их посты стояли уже в самом центре нагорья, и у англичан созрел план раздела Памира между Китаем и Афганистаном. Тем самым они чужими руками преградили бы русским путь к Гиндукушу и далее в Индию. Кроме известий об этом плане, нас не могли не встревожить частые рекогонсцировки Памира британскими офицерами и начатая в 1890 году прокладка шоссе Сринагар - Гильгит, которое выводило англичан на ближайшие подступы к Памиру с юга. Становилось ясно, что в войне с Россией - а она могла вспыхнуть в любой момент - Англия и ее союзники не преминут воспользоваться памирским плацдармом. В 1885 году через Рошан уже шло афганское серебро для ферганских мятежников...
Медлить больше было нельзя. В мае 1891 года туркестанский генерал-губернатор барон А.Б.Вревский приказал командиру 2-го Туркестанского линейного батальона полковнику М.Е.Ионову произвести рекогносцировку Памира и "восстановить права России" на эту область. Отряд Ионова состоял из 122 человек, которых выделили войска Ферганской области - охотничьи команды 2-го, 7-го, 15-го, 16-го и 18-го Туркестанских линейных батальонов и 6-й Оренбургский казачий полк. Охотничьи команды были предшественниками нынешних разведрот и спецназов; в них отбирали самых сметливых, расторопных и отважных солдат. За плечами же самого Михаила Ефремовича Ионова были 25 лет боев и походов в Средней Азии. А эта школа учила никогда не теряться, действовать решительно и по обстановке...
10 июля 1891 года по перевалу Кызыл-Арт отряд поднялся на Памир. Старый туркестанец верно понял свою задачу. Не имея ни санкции МИДа, ни прямого приказа Вревского, игнорируя китайские посты и разъезды, он расставлял на своем пути пограничные знаки - камни с надписью: "Полковник Ионов. 1891".
Обойдя всю восточную часть южной окраины Памира, Ионов с 30 казаками, охотниками и офицерами 26 июля перевалил через Гиндукуш и спустился в Индию! За ханством Ясин, куда он попал, лежали уже владения английского вассала - магараджи Джамму и Кашмира...
Пройдя по Индии около ста верст, полковник повернул на север и через перевалы Даркот и Барогиль вновь вышел на южную границу Памира, к афганскому форту Сарход. Завидев 20 оренбургских казаков, едущих со стороны Индии, гарнизон Сархода "быстро поразмыкался по балкам", и оказавшемуся в одиночестве коменданту оставалось лишь просить Ионова не разглядывать его "секретный объект". Разглядывать не стали...
Удивлен был и следивший за Ионовым английский капитан Янгхазбэнд, на которого наткнулись у мазара Базай-Гумбез. Имея приказ о выдворении британца за пределы России, полковник заявил, что может применить силу, но предпочтет поверить честному слову гвардейского драгуна королевы Виктории... Слово было подкреплено распиской, в которой Янгхазбэнд обязывался на другой же день покинуть нашу территорию и впредь не пересекать указанной ему Ионовым государственной границы. А вот другой викторианец - лейтенант Девисон, обнаруженный на обратном пути у реки Аличур, - доверия Ионову не внушил. Конвоировать соглядатая в обтрепанном штатском до границы было некогда, и Дэвисона забрали с собой. Китайскому же пикету, при котором отирался англичанин, приказали немедленно убираться из России, что и было исполнено...
"Самовольно" перейдя Гиндукуш, Ионов доказал возможность похода в Британскую Индию по кратчайшему пути - через Памир. Конечно, этот путь не был самым удобным; главный удар следовало наносить от Кушки и Термеза через Афганистан. Тем не менее, ценность Памира в глазах русских военных сразу же возросла, и главный штаб с военным министром П.С.Ванновским высказался за скорейшее занятие нагорья нашими войсками. Однако МИД, боясь рассердить Англию и уповая на всесилие "дипломатических методов", добился фактического отказа от этой акции. "Вскоре это министерство нашло неудобным посылать даже астронома и топографа!" Поставленные Ионовым пограничные знаки поспешили объявить геодезическими...
Историческая справка :
Демаркация западного участка северной границы Афганистана была закончена русско-английским соглашением, подписанным 10 (22) июля 1887 г. в Петербурге. Но восточный участок северной границы Афганистана был по-прежнему не определен. Тут Афганистан граничил с Памиром, который окружавшие его племена именовали «крышей Мира». Разумеется, граница была условной, и никто никогда не занимался ее демаркацией.
Высокогорный район Памира с его суровым климатом сам по себе никогда не интересовал завоевателей. В долинах Памира проживало около 2,5 тысячи таджиков и около 18 тысяч кара-киргизов. И те, и другие были мусульманами, но таджики относились к шиитам, а киргизы — к суннитам.
К концу XIX века Памир приобретает важное стратегическое значение, поскольку через его перевалы можно было попасть в Кашгарию, Афганистан и Индию.
Впервые русские генералы поднимают вопрос о присоединении Памира в 1876 г. в связи с окончательным покорением Кокандского ханства, в число владений которого формально входил и Памир. Однако в связи с началом русско-турецкой войны решение этой проблемы было отложено.
С начала 80-х годов XIX века англичане под видом научных экспедиций стали посылать на Памир своих эмиссаров и разведчиков. В свою очередь, Военное ведомство в 1888 г. отправило туда свою экспедицию под командованием капитана Громбчевского. Примеру англичан последовали и китайцы, выставив свои посты в долинах озер Рангкуль и Яшилькуль. Но вскоре туда прибыли войска афганского эмира, оттеснившие китайцев к Рангкулю. В 1890 г. в Кашгар из Индии прибыла английская миссия, официально для учреждения в этом городе консульства, а неофициально для переговоров с китайскими властями о разделе Памира.
Русское правительство не могло допустить, чтобы этот стратегический район был поделен между Англией и Китаем, и приняло решение немедленно занять Памир. Для этого в Маргилане был сформирован специальный отряд, состоявший из охотников (добровольцев) из 2, 7, 15, 16 и 18-го Туркменских линейных батальонов и 24-х казаков из 6-го Оренбургского полка. Всего в отряде было 8 офицеров и 114 рядовых под командованием полковника Ионова.
Ионову было приказано прекратить «хозяйничанье» китайцев и афганцев на Памире, указать на его принадлежность России, по возможности избегать столкновений и производить геодезические съемки. Преодолев с огромными трудностями перевал Тенгиз-Бай (в Алайском хребте), отряд двинулся правым берегом реки Кызыл-Суу и перешел ее вброд напротив урочища Бордаба. Отсюда 10 июля 1890 г. отряд выступил через перевал Кызыл-Арт и 12 июля был на реке Музкол. Здесь отряд разделился: казаки с полковником Ионовым пошли на перевал Уз-Бель и озеро Рангкуль, а пехота с вьюками пошла на перевал Акбайтал. Затем пехота по реке Акбайтал вышла в долину реки Оксу, а оттуда в долину реки Аличур, где и остановилась, охотясь и производя рекогносцировки, пока Ионов с казаками объезжал районы, принадлежавшие к Гиндукушу
От озера Рангкуль Ионов отправился по реке Оксу к Ак-Ташу, затем 21 июля через перевал Беик вышел в долину реки Карачукура, поднялся по реке на перевал Вахджир и к 25 июля достиг Базаи-Гумбеза. У перевала Беик русские арестовали английского лейтенанта Девинсона и отправили его под конвоем в Маргелан. А у Базаи-Гумбеза был арестован английский капитан Юнгхесбенд, с него Ионов взял письменное обязательство покинуть Памир и более здесь не появляться.
После этого Ионов с казаками через перевал, названный его именем, перешел на южную сторону Гиндукуша и через перевал Болро-гиль вернулся обратно в долину Вахандарьи к селению Сархад. Отсюда Ионов направился в долину реки Памир и 11 августа, выйдя через перевал Хзаргош в долину реки Аличур, соединился с пехотой у озера Яшилькуль, откуда и двинулся в обратный путь, в город Ош.
Отряд во время своего движения убедился, что население колеблется относительно своего подданства, и поэтому действовал тут как на территории, бесспорно принадлежащей России — расставлял пограничные знаки, утверждал беков и т.д. Но после ухода русского отряда китайцы и афганцы опять начали хозяйничать в долинах рек Оксу и Аличур, что вынудило туркестанскую администрацию опять отправить в 1892 г. на Памир отряд под началом полковника Ионова.
Отряд был значительно увеличен. В его составе имелись 4 пехотные роты добровольцев, 3 сотни казаков из 6-го Оренбургского полка, двухорудийный взвод Туркестанской конно-горной батареи и команда саперов.
2 июня 1892 г. отряд Ионова выступил из Маргилана и 17 июня прибыл к озеру Рангкуль, где находился китайский отряд, бежавший при приближении русских войск. 27 июня отряд встал биваком на берегу реки Мургаб (Оксу) около слияния ее с рекой Акбайтал вблизи урочища Шаджан. Здесь Ионов получил сведения о нахождении афганского поста у впадения реки Аличур в озеро Яшилькуль и о готовящемся нападении китайской конницы на русский отряд в случае его движения к озеру.
Ионов решил действовать, он сам выступил против афганцев, а капитана Скерского выслал против китайцев. Скерский выбил китайцев из укрепления Ак-Таш в верховьях реки Оксу, а Ионов, после рукопашной схватки 12 июля, уничтожил афганский пост у Сума-Таша около озера Яшилькуль в долине реки Аличур.
25 июля Ионов двинулся в обратный путь на Мургаб (Оксу). Здесь, на месте прежнего бивака, он заложил укрепление и выслал капитана Скерского с полусотней казаков для рекогносцировки отдаленных районов Памира, где снова появились китайцы.
25 августа Ионов отправился обратно в Фергану, оставив в новом укреплении Шаджанский отряд (160 человек пехоты и 40 казаков) капитана Кузнецова. Кузнецов успокоил китайцев относительно неприкосновенности их территории и наладил с ними дружеские отношения.
Зима 1892/93 г. прошла спокойно. Весной 1893 г. афганцы начали стягивать войска к границам Бухары и производить рекогносцировки в Шигнане и Рушане, собирая с местного населения незаконную подать. Для прекращения произвола афганцев в этот район был послан штабс-капитан Ванновский с двумя офицерами и десятью нижними чинами. Афганцы бежали при появлении команды Ванновского.
В начале 1894 г. на Памир были отправлены подкрепления под командой уже знакомого нам полковника Ионова. В мае 1894 г. Ионов получил сведения о появлении вооруженных афганцев в Шигнане и Рушане и немедленно отправил туда два отряда: подполковника Юденича — по реке Гунт и капитана Скерского — по реке Шахдаре, до впадения обеих рек в Пяндж. В ту же сторону был выслан казачий разъезд капитана Александровича.
Шахдаринский отряд (12 человек пехоты, 20 казаков, 2 орудия) 22 июля прибыл к границе Шигнана, где был радостно встречен местным населением во главе с сыном правителя, присоединившимся к отряду. Однако, подойдя к крепости Рош-Кала 28 июля, отряд был встречен огнем. 31 июля Скерский направил к крепости два отряда, и афганцы покинули Рош-Кала и отошли на 12 верст от бивака русских.
К афганцам подошло подкрепление, но и к отряду Скерского подошла команда капитана Эттингена, у которого было 60 пехотинцев, 12 казаков и пара пусковых станков с 32 осколочно-фугасными ракетами.
С 4 по 8 августа 1894 г. афганцы несколько раз пытались атаковать русских, но каждый раз, попадая под огонь, они отступали. 9 августа афганцы скрытно ушли и через десять дней уже были в пределах владений своего эмира.
Наряду со смелыми действиями русских пехотинцев и казаков следует отметить и блестящую работу расчетов горных орудий и ракетных команд. Чего стоит только переход конно-горной батареи через перевал Акбайтал на высоте 4593 м над уровнем моря. Сейчас далеко не каждый альпинист может похвастаться покорением таких высот, а тут простые солдаты без всякого снаряжения тащили на себе и коней, и пушки.
К концу 1894 г. Памир был окончательно очищен от китайцев и афганцев. Успешные операции русских войск заставили британское правительство вступить в переговоры с Россией.
27 февраля (11 марта) 1895 г. в Лондоне посол России Георг фон Стааль и министр иностранных дел Великобритании лорд Кимберли обменялись нотами по вопросу ограничения подвластных им территорий в Средней Азии. В историю дипломатии этот обмен нотами вошел как «Третье русско-английское соглашение по Средней Азии». (Первое состоялось в 1872—1873 гг., а второе в 1885—1887 гг.).
Условиями «третьего» соглашения были:
1. Соглашение определяло восточный (бухарский) участок северной границы Афганистана.
2. Сферы влияния России и Англии на восток от озера Зоркуль разделялись пограничной чертой, которая шла от точки на восточной оконечности озера Зоркуль по гребню горной цепи до перевала Орта-Бель, а оттуда далее на восток, примерно чуть южнее параллели озера Зоркуль, затем пограничная черта поворачивала к пункту Кызыл-Рабат, лежащему на реке Оксу, а оттуда далее на восток до смыкания с китайской границей.
3. Река Пяндж становилась пограничной рекой между Афганистаном и Бухарой, между сферой английских и российских интересов. С этой целью Афганистану отошли бухарские владения к югу от Аму-дарьи, на левом берегу реки Пяндж (округ Дарваз), а к Бухаре присоединились таджикские округа Рушан и Шигнан, а также часть Вахана, лежащая на правом берегу Пянджа.
4. Остальная часть Вахана, лежавшая выше впадения реки Памир в реку Пяндж, так называемый Вахандарья, остался за Афганистаном. Тем самым Россия отделилась узкой полоской афганских владений от Гиндукуша, сохранявшегося безусловно в сфере владений Великобритании.
5. Эта полоска между Гиндукушем и русско-афганской границей, хотя и входила в сферу влияния английских интересов, не была присоединена к владениям Британии, а осталась афганской и на ней не разрешалось возводить ни военных постов, ни укреплений.
6. Установленная соглашением пограничная черта должна быть демаркирована Смешанной русско-английской комиссией погранично-технического характера с участием представителя эмира Афганистана.
7. Обе стороны обязались не вмешиваться в политические дела сферы другой стороны: то есть Россия — к югу от разграничительной линии, а Англия — к северу от разграничительной линии.
Демаркация границы на местности была проведена в июле 1895 г. Пограничный столб № 1 установили на восточном берегу озера Зоркуль.
Таким образом, часть Памира отошла к Афганистану, часть — к России, а часть — к Бухарскому эмирату. Однако власть бухарского эмира в своей части владений была фиктивной. Фактически и русский, и бухарский Памир находились в ведении начальника памирского отряда, пользовавшегося по отношению к населению правами начальника уезда и подчиненного по исполнению своих административных обязанностей военному губернатору Ферганской области.
Русский отряд на Памире состоял до 1917 г. из нескольких сотен пехотинцев и нескольких десятков казаков, взятых из состава частей Туркестанского военного округа. Из-за суровых климатических условий личный состав отряда ежегодно менялся. Первоначально штаб-квартирой отряда служил Памирский пост на реке Мургаб, а затем — урочище Хорог, расположенное при впадении реки Гунта в Пяндж.
Таким образом, в 1895 г. была окончательно установлена южная граница России, которая позже стала границей СССР и просуществовала до 1991 г.

Между тем в ноябре 1891 года английские войска заняли ханство Канджут, примыкавшее к юго-восточному углу Памира. Прогнанные Ионовым китайские посты сразу же после ухода русских в Фергану вернулись обратно, а афганские из западной части Памира выдвинулись в самый его центр. Речь шла уже о достоинстве державы, и 18 апреля 1892 года Александр III повелел двинуть на Памир отряд, в который вошли сводный батальон от 3-й Туркестанской линейной бригады, половина 6-го Оренбургского казачьего полка, команда Туркестанского саперного полубатальона и 4 орудия Туркестанской конно-горной батареи. По настоянию дипломатов, войскам все же запретили выдвигаться южнее реки Мургаб, которая делит Памир на северную и южную половины (не путать с туркменским Мургабом!). Но во главе отряда стоял Ионов! Из инструкции Ванновского он запомнил главное: задачей экспедиции является "охранение наших интересов в Памирском крае"...
В июне 1892 года светло-синие погоны оренбургских казаков и линейцев и алые артиллеристов и саперов вновь расцветили пустынные долины Восточного Памира. Несмотря на запрет, Ионов с сотней оренбуржцев, ротой охотников и двумя пушками прошел за Мургаб, к озеру Яшилькуль: там, на урочище Сумэ-Таш, обосновался афганский пост... На рассвете 12 июля два казачьих взвода отрезали посту пути отхода, а третий с Ионовым приблизился к нему вплотную. Вышедшие навстречу двадцати русским 18 афганцев, отказались сложить оружие и покинуть нашу территорию.
Весьма красочно описывает этот пограничный инцидент Борис Тагеев: "...С обрыва было видно, как перебегали из одной юрты в другую афганцы, как на пути запоясывались они и закладывали патроны в ружья. И вот целая вереница красных мундиров во главе со своим начальником стала подниматься на яр и скоро построилась развернутым фронтом перед нами. Их лица горели негодованием и решимостью.
Капитан сделал честь полковнику Ионову, приложив руку к головному убору. Полковник ответил ему по-русски под козырек. Начались переговоры через переводчика.
- На каком основании вы выставили свой пост на нашей территории? - спросил полковник.
- Потому что земля эта наша, - возразил афганец и, скрестив на груди руки, принял вызывающую позу. - Мы владеем ею по договору с Англией с 1873 года, -- прибавил он.
- Нам нет дела до ваших договоров о наших владениях, - возразил полковник, - и я, исполняя возложенные на меня обязанности, прошу вас положить оружие и уйти отсюда прочь. Капитан вспыхнул.
- Я рабом не был и не буду, - сказал он, - а если вам угодно наше оружие, то перебейте нас и возьмите его - афганцы не сдаются, - заключил он свою речь.
- Так вы не оставите этого места и не отодвинетесь за границу Афганистана? - спросил полковник. - Я вас спрашиваю в последний раз.
- Я сказал все! - ответил афганец.
Видя, что путем переговоров ничего не поделать с афганцами и избегая кровопролития, полковник хотел неожиданно перехватать их, не дав им опомниться.
- Хватай их, братцы! - вполголоса передал он приказание казакам.
Но не тут-то было. Не успели наши сделать и шага вперед, как афганцы дали дружный залп, и двое из наших грохнулись на землю. Раздался глухой, раздирающий душу стон.
- Бей их! - крикнул полковник, и все ринулось вперед.
Полковник Ионов спокойно сидел на лошади, наблюдая за дерущимися; в пяти шагах от него стоял афганский капитан, который прехладнокровно стрелял из револьвера и вдруг, рванувшись вперед, подбежал к лошади полковника.
Блеснул огонек - и выстрел прогремел над самым ухом начальника отряда. Как-то инстинктивно полковник подался на шею лошади, и пуля прожужжала мимо. Капитана окружили казаки. Но афганец уже успел выхватить из ножен свою кривую саблю и, как тигр, бросился на них. Вот упал уже один казак под ударом кривого клинка капитанской шашки. Вот снова она, то поднимаясь, то опускаясь, наносит удары направо и налево.
&;nbsp; В нескольких шагах стоит хорунжий Каргин и смотрит на эту картину, пули свистят вокруг него, а он стоит, как будто не действительность, а какая-то фантастическая феерия разыгрывается перед ним.
- Хорунжий, да убейте же его, наконец! - раздается роковой приговор полковника, и вот, вместо того чтобы схватить свой револьвер или шашку, хорунжий, не отдавая себе отчета, хватает валяющуюся на земле винтовку раненого казака и прицеливается. Он даже не справляется, заряжено ли ружье, и спускает ударник. Выстрел теряется среди общей трескотни и шума, и только легкий дымок на мгновение скрывает от глаз фигуру капитана. Как-то странно вытянулся вдруг афганец, взмахнув одной рукой, другой схватился за чалму, на которой заалело кровавое пятно, и стремглав полетел с яра...
На одного ефрейтора наскочили двое афганцев, завязалась борьба. Ефрейтор неистово ругался, желая освободиться от наседавшего на него неприятеля, но в это время подоспел казак.
- Не плошай! - кричал он издали отбивавшемуся ефрейтору, и с этими словами шашка его опустилась на окутанную чалмою голову афганца.
Вот и другой уже на земле с проколотою грудью. Страшно хрипит он, издавая звуки, как бы прополаскивая себе горло собственною кровью, и, несмотря на это, силится подняться и зарядить ружье, но силы изменяют ему, кровь хлынула горлом, и он склонил свою голову.
Недалеко от места стычки, под большим камнем, доктор Добросмыслов перевязывает раненых, из которых один с совершенно перебитою голенью неистово стонет. -- Ничего, ничего, потерпи, голубчик, - успокаивает его доктор. - Уж мы тебе ножку твою вылечим. Давай корпии, - кричит он фельдшеру, который мечется с трясущеюся нижнею челюстью от одного к другому из раненых.
- Ой, больно, ваше высокоблагородие! - стонет раненый, пока доктор вынимает висящие снаружи осколки раздробленной кости.
Выстрелы все еще продолжаются, потому что засевшие в юртах афганцы все еще продолжают стрелять. Наконец раздался резкий звук трубы, игравшей отбой, и пальба мало-помалу утихла. Из юрт выползли раненые афганцы.
Тяжелое зрелище представлял собою весь скат и зеленая площадка берега Аличура. Везде валялись убитые или корчились раненые; последние, силясь подняться на руки, молили о помощи.
Подошел резерв, и все сгруппировались около места, где лишь несколько минут тому назад стояли перед нами полные жизни люди и где теперь валялись одни лишь обезображенные трупы. Тихо между солдатами, нет ни веселого говора, ни песен; у каждого на уме, что, быть может, и его постигнет такая же участь, как и этих афганцев.
- Саперы - вперед! - раздается команда. - Рой могилу.
Дружно принялись солдаты за работу, и через четверть часа яма была уже готова. Одного за другим стащили афганцев и положили в яму, а поверх всех был положен капитан Гулям-Хайдар-хан - пуля пробила ему голову, ударив в левый висок.
- Ишь ты, тоже сражался, - сказал один из солдат.
- Известно, сражался, а то как же? - заметил другой. - Тоже, ведь офицер!
Мерно падала земля с лопаток на тела убитых, покрывая их одного за другим своим холодным слоем и поглощая навеки павших героев... ".

После этой стычки афганские отряды поспешили очистить Памир, и Александр III мог с полным правом начертать на полях доклада о Сумэ-Таше: "Не мешает иногда и проучить их".

К тому времени Капитан А.Г.Скерский с 45 казаками проник на крайний юго-восток Памира, к урочищу Ак-Таш, где китайцы уже возводили укрепление. По требованию нашего офицера они тут же убрались на свою территорию, а укрепление русские срыли.
В сентябре 1892 года Ионов вернулся в Ферганскую долину, а на урочище Шаджан остался на зимовку Шаджанский отряд во главе с генерального штаба капитаном П.А.Кузнецовым. Здесь, в центре Восточного Памира, на высоте 3.658 метров над уровнем моря, военный инженер штабс-капитан А.Г.Серебренников построил земляной редут с двумя барбетами - насыпными площадками для пулеметов "Максим". Внутри редута поставили утепленные юрты, в которых разместились охотничьи команды 2-го, 4-го, 7-го, 16-го, 18-го и 20-го Туркестанских линейных батальонов, полусотня оренбуржцев 6-го полка и команда киргизских джигитов - всего 234 человека. Укрепление назвали Памирским постом. Сейчас здесь населенный пункт Мургаб.
Отряд остался наедине с Восточным Памиром - плоскими сухими долинами между грядами таких же безжизненных холмов. Ни деревца. Всюду камень, галька, песок и непрекращающийся, несущий тучи пыли ветер... Его непрерывный монотонный вой угнетающе действовал на психику, но еще тяжелее было переносить холод и недостаток кислорода - долины лежали на высоте 3000-4000 метров над уровнем моря, а перевалы возвышались до 5000 метров. Люди теряли в весе; у них начиналась цинга, анемия, а у некоторых и горная болезнь. Изнуряли и резкие суточные кол****ия температуры. Например, 18 февраля 1893 года в час дня на солнце было плюс 20 градусов, в тени - минус 6,5, а ночью - минус 35!
Но поставленные "над Индией" шаджанцы держались: у одних по обшлагу шла зеленая тесьма охотничьих команд, а на шароварах других были светло-синие казачьи лампасы. Вели разведку, строили вместо юрт полуземлянки, в бураны и 30-40-градусные морозы выходили на ночные учения - спасая людей от цинги, Поликарп Алексеевич Кузнецов не давал им расслабляться. Его же заботами в отряде был создан солдатский театр. Уже в 1894 году на посту завели и свой оркестр.
Сберегая солдата, капитан Кузнецов совершенно не думал о своем собственном здоровье и вконец его расстроил. Подстать начальнику был и отрядный врач Третьяков, страдая горной болезнью, он все же находил в себе силы обойти все помещения и держал под контролем здоровье каждого рядового. Так же заботился о солдате и старый туркестанец капитан В.Н.Зайцев, отряд которого в августе 1893 года сменил на Памирском посту отряд Кузнецова.
Китайцы продолжали нарушать границы Памира, однако теперь на их пути все чаще вставали лихие оренбургские казаки. В мае 1893 года у перевала Бердыш наш разъезд, - казак и два киргиза - наткнулся на целую "лянзу" в 60 всадников, но продолжал смело ехать вперед. Когда же из толпы китайцев раздался выстрел, оренбуржец, не раздумывая, в одиночку понесся на "лянзу" и обратил ее в паническое бегство! Не удостаивая своим вниманием прочих, казак догнал стрелявшего и взял его в плен. (!)
Сложнее было справиться с главой нашего МИД Н.К.Гирсом, твердившим, что занятие Памира повредит "дружеским отношениям" России с соседними странами. "От таких соображений, - справедливо писал генерал М.А.Терентьев, - конечно, легко перейти к проекту самых широких уступок ничего не стоящих земель соседям, ради сохранения "дружеских отношений"!" Но генерал-губернатор Вревский взял ответственность на себя, и в августе 1893 года наши посты встали на старой восточной границе кокандского Памира - у подножия Сарыкольского хребта. А на Западном Памире вновь появились афганцы.
Чтобы напомнить им о принадлежности этой земли России, в Рошан был отправлен с рекогносцировочной партией штабс-капитан С.П.Ванновский - сын военного министра. Пробиваясь диким ущельем реки Бартанг на запад, русские встретили афганский отряд в 6О человек, потребовавший от них повернуть назад. С Ванновским было всего 12 офицеров, казаков и охотников, но отойти значило подорвать престиж России, и штабс-капитан принял бой.
Винтовке Мосина - 115 лет, но именно тогда, 30 августа 1893 года, у кишлака Имц близ впадения Бартанга в Пяндж, сделала свои первые выстрелы по врагу трехлинейная винтовка Мосина, более полувека служившая России. Всего две такие винтовки было на Бартанге у охотников 2-го Туркестанского линейного батальона, но их меткость и невиданная еще дальнобойность сорвали все атаки красномундирных солдат эмира. К вечеру у афганцев было уже 18 убитых, и им пришлось пропустить Ванновского.
Однако в 1894 году Западный Памир снова стонал от афганских насилий. Чтобы не допустить резни населения, русские сосредоточили на Памирском посту три отряда под общим командованием Ионова - теперь уже генерал-майора. А 19 июля 1894 года офицеры генерального штаба повели в Шугнан две рекогносцировочные партии. Долиной реки Шахдары шел капитан А.Г.Скерский, а вдоль течения Гунта продвигался подполковник Н.Н.Юденич - будущий полководец Первой мировой и гроза красного Петрограда.
Понижавшиеся долины постепенно превратились в громадные ущелья; появились лесные заросли, сплошной зеленой стеной отделившие прижатую к утесу тропу от бурлящей Шахдары... 28 июля Юденич и Скерский встретили два афганских отряда по 150 человек, причем партия Скерского была вероломно обстреляна. Заняв оборону на урочище Вяздара - сначала с 40, а потом с 74 туркестанцами и оренбуржцами, капитан заявил афганцам, что не отступили на шаг... И вновь выручили замечательные трехлинейки - их залпами с дистанции 1,5 - 2 километра 5 и 7 августа были отражены все попытки врага атаковать нашу позицию.
Отказался отступить и Юденич. А узнав, что в Шугнан идет с отрядом Ионов, афганцы 19 августа сами ушли за Пяндж - на этот раз навсегда. Шугнанцы целовали нашим офицерам руки, становились перед своими избавителями на колени.
23 августа 1894 года Ионов, Юденич и Скерский соединились у кишлака Хорог. В пяти верстах к западу катил свои воды Пяндж - западная граница Памира. 1 сентября вверх и вниз по реке ушли первые разъезды оренбургских казаков.

Таким образом, в 1892-1895 гг. в пограничных стычках с афганцами войска Памирского отряда, возглавлявшиеся последовательно полковником Ионовым, подполковником Юденичем, капитанами Скерским и Серебряковым закрепили за Россией Памир, поставив окончательную точку в завоевании Средней Азии и становлении среднеазиатского участка российской границы.
"Два хороших боевых урока побудили англичан и на Памире прибегнуть к разграничительной комиссии, которая в 1896 году и установила существующую ныне пограничную линию. Памирской разграничительной комиссией и кончается второй период, в течение которого Англия всеми способами хотела приостановить наше наступление и положить ему предел, а Россия, дипломатически оправдываясь и обороняясь, шла неудержимо вперед, применяя вооруженную силу".
В 1895 году путем обмена нот между Россией и Великобританией было заключено соглашение о разделе владений на Памире к востоку от озера Зоркуль до границы с Китаем. Южная граница России проводилась в основном по параллели озера Зоркуль. Британское правительство обязалось оставить полосу между этой границей и хребтом Гиндукуша (так называемый Ваханский коридор) во власти афганского эмира, не присоединяя ее к Британской Индии и не возводя здесь укреплений. Подтверждались условия соглашения 1872-1873 годов о принадлежности правого берега Пянджа Бухарскому ханству, а левого - Афганистану. Зафиксированная в русско-английских соглашениях 1872-1873, 1885 и 1895 годах линия границы Российской империи и Бухарского ханства с Афганистаном не изменялась до 1917 года.
Весной 1896 года результаты делимитации и демаркации границы России с Афганистаном на Памире были ратифицированы в Великобритании и России. Новые российские владения в регионе - такие административно-территориальные образования, как Семиреченская область с ее Иссык-Кульским (позднее именуемым Пржевальским) уездом и Ферганская область с ее Ошским уездом в составе Туркестанского генерал-губернаторства (с 1867 по 1886 годах, затем Туркестанского края) - уже непосредственно граничили с Синьцзяном.
Более чем столетний опыт убеждал, что обладание киргизской степью, необходимое для спокойствия пограничных губерний и Сибири, недостижимо до полного усмирения и подчинения соседних ханств, в особенности коканского, в котором выходцы из степи и недовольные всегда находили поддержку, и которое само имело притязания на господство над всею степью. Весьма медленное и периодическое, но неизменное передвижение российских границ степи на юг и восток было поэтому, как теперь общепризнано, историческим результатом требований нашего положения в Азии. Река Чу не могла служить русским окончательной границей, как показывали не прекращавшиеся набеги за-чуйских кара-киргизов и самих коканцев в 1860 году. Разрушение Токмака и Пишпека в 1860 году повело лишь, в том же году, к нашествию значительных коканских полчищ, угрожавших уничтожением наших едва возникавших в Заилийском крае поселений, и к возобновлению затем коканского укрепления в Пишпеке.
2 ноября 1860 года между Россией и Китаем был подписан "дополнительный" к Тяньцзинскому Пекинский договор о русско-китайской границе. Заключением договоров правительство России стремилось закрепить освоенные территории и прохождение границы, создать наиболее благоприятные условия для своих купцов и промышленников. Что было крайне важно для экономического и политического развития этого региона. Не меньшее значение имело и усиление присутствия здесь русской армии и казачьих войск. Последние рассматривались правительством, прежде всего как созидательная сила в преобразовании края и "как охранитель государственных границ".
25 сентября 1864 года уполномоченные России и Китая по разграничению подписали Чугучакский протокол, в котором были установлены важнейшие географические ориентиры русско-китайской границы - вершины гор, реки и тому подобное от Западных Саян до соединения горных систем Тянь-Шаня и Куньлуня, откуда начинались кокандские владения.
На основании Чугучакского протокола 1864 года началось составление описаний границы, карт, установка пограничных знаков по отдельным участкам. Протоколом устанавливались пограничная служба и консульские отношения. Регламентировалась торговля на казахско-киргизской части границы. Эта работа была прервана в начале 1870-х годах в связи с событиями в пограничном с Россией Кашгаре. Здесь в 1862-1863 годах и в 1876-1877 годах происходили антикитайские восстания местных уйгур-мусульман, которые под руководством Якуб-бека свергли китайскую власть и провозгласили образование собственного мусульманского государства Йеттишаар. Выходец из Ферганы, Якуб-бек сразу признал себя вассалом турецкого султана, в Синьцзяне появились турецкие военные советники. Вообще, эта идея "независимого Туркестана" имела самое прямое отношение к доктрине пантюркизма. С того времени контакты между мусульманами Китая и Турции через Центральную Азию постоянно подпитывали сепаратизм в Синьцзяне, из Коканда в Синьцзян шел поток проповедников и ходжей. Большой вес приобрели при дворе Якуб-бека британские офицеры и дипломаты. Более того, Якуб-бек захватил несколько стратегических перевалов на Тянь-Шане и начал вести открытую борьбу за контроль над рынками Кокандского ханства. В этой ситуации пекинское правительство обратилось к России с просьбой о помощи, и Россия не отказала. В Кашгар (Илийский край с центром в Кульдже) были введены части регулярной армии и казаки, которые разгромили силы Якуб-бека. Правда, в целом русско-китайские отношения рубежа 70-80-х годах XIX века балансировали на грани войны. Несмотря на очевидную легкость занятия, а точнее сохранения за собой Кашгарской провинции, Россия вскоре передала ее Китаю согласно Петербургскому договору 1881 года. Хотя и после вывода войск Россию беспокоило положение в Кашгаре, поскольку, наряду с Памиром, этот район в 1880-х года был важным центром противоборства Британской и Российской империй за стратегическое доминирование в Центральной Азии. Для России во второй половине XIX в. Кашгария являлась и важной сферой экономических интересов.
Работы по подробному разграничению во исполнение Пекинского (1860) договора были продолжены, но теперь, в связи с ликвидацией Кокандского ханства, они охватывали район вплоть до Памира.
В горах Тянь-Шаня и Памира граница во многих случаях устанавливалась только по карте. Без работ на местности и постановки пограничных знаков. Кашгарский протокол от 25 ноября 1882 года определял участок границы России с Китаем от верховьев реки Нарынкол до перевала Бедель (около 200 верст), из-за труднопроходимых горных условий обозначенных одним пограничным знаком. Не имея точных сведений о бывших кокандских владениях на Восточном Памире, российская сторона согласилась в Новомаргеланском протоколе 22 мая 1884 года на формулировку, ограничивающую ее свободу действий на Памире. Согласно этому Протоколу, были установлены 28 пограничных знаков на месте установленной границы от перевала Бедель до пункта Иркештам, далее знаки отсутствовали.
В 1894 года российские и китайские дипломаты обменялись нотами, согласно которым Сарыкольский хребет признавался границей "впредь до окончательного соглашения по вопросу разграничения". При этом китайская сторона подчеркнула, что не отказывается от претензий на Восточный Памир, ссылаясь на Новомаргеланский протокол 1884 года. Этот участок границы - от перевала Узбель до пика Повало-Швейковского и перевала Беик (около 285 верст) - был единственным не закрепленным международными соглашениями участком сухопутной границы Российской империи с другим государством.
В 1885 году было проведено разграничение между Россией, Афганистаном и Китаем на Памире. Россия получила право содержать свои военные гарнизоны на Западном Памире (Горном Бадахшане). После покорения Россией Кокандского и Бухарского ханств охрана границ приобретенных земель туркестанского края с 1870 года осуществлялась в основном пехотными полками и казаками.
В 1867 году в Туркестанском генерал-губернаторстве была учреждена таможня как государственная структура, которая спустя год была упразднена, тем самым граница была открыта для беспошлинной торговли английскими товарами на среднеазиатском рынке. В 1881 году исполняющий делами Туркестанского генерал-губернатора генерал-лейтенант Колпаковский учредил "Положение о таможенном надзоре". В 1882 году таможенный надзор в Средней Азии был сформирован из таможенных постов, в том числе в Амударьинской отделе - 3 поста, в Зерафшанском округе - 5 постов, в Сырдарьинской области - 19 постов. В 1894 году все посты таможенного надзора организационно вошли в Закаспийский и Туркестанский таможенные округа. Одновременно в 1882-1886 года начался процесс организации пограничной стражи на участке бухаро-афганской границы.
В 1886 году для охраны бухаро-афганской границы был сформирован гарнизон в Керки. В тот период в России совершенствование охраны границы шло по нескольким направлениям. В первую очередь, совершенствовались пограничная стража, регулярные и казачьи войска, несшие службу в Средней Азии.
2 мая 1886 года таможенная часть Туркестанского генерал-губернаторства передается в ведение Министерства финансов, в управлении Туркестанского края вводится должность чиновника особых поручений по таможенным делам, на которого возложено руководство действиями местных таможенников по взиманию сборов, а также предупреждение и пресечение контрабанды, надзор за действиями погранстражи. Однако таможенный округ в Туркестане оказался больше любого из таможенных округов европейской части России. Поэтому 12 июня 1890 года был разделен на два округа: Туркестанский и Семипалатинский. В сентябре 1892 года в местечке Шаджан на Восточном Памире был сформирован первый пост. 15 октября 1893 года Александр III подписал Указ правительствующему Сенату, по которому из состава Департамента таможенных сборов был выделен Отдельный корпус пограничной стражи (ОКПС), оставленный в составе Министерства финансов. Создание ОКПС завершило переход от таможенной стражи к войскам, что приравнивало его к военному ведомству. Регулярные войска, главным образом, пехота и казаки продолжали охранять в Средней Азии границу Туркестанского края до 1894 года.
При проведении реорганизации погранстражи было учтено мнение генерал-лейтенанта Н.А.Усова о нецелесообразности установления пограничного надзора по всей линии границы от Красноводска до Памира на 3000 верстах, что потребовало бы больших средств на содержание стражи. Он считал, что товар из-за границы направляется в Бухару по старой Пешеварско-Кабульской дороге, ввиду отсутствия пограничного надзора. Для пограничного надзора Усов предложил в составе Закаспийского таможенного округа учредить 5 дистанций из 30 постов, в Туркестанском округе - 4 дистанции из 26 постов, с общим штатами: старших постов - 55, их помощников - 110, джигитов - 546.
В 1894 года Государственный совет, рассмотрев представление Минфина от 13 апреля 1894 года об обустройстве пограничного надзора в Средней Азии, решил учредить его в Закаспийской области и на правом берегу рек Пяндж и Амударья. 6 июня 1894 года Николай II утвердил это решение, подписав закон "Об обустройстве пограничного надзора в Средней Азии". 9 декабря 1896 года Николай II утвердил мнение Госсовета о преобразовании в течение трех лет, начиная с 1897 году, пограничного надзора в Средней Азии в две бригады. В этом же году была сформирована 31-я Амударьинская пограничная бригада со штатом 915 человек.
Штаб бригады располагался в Патта-Гиссаре (Новый Термез), на расстоянии 1,2 км от берега Аму-Дарьи. На участке в 11 гектаров, отведенном эмиром бухарским Саидом Абдулахадом под строительство штаба бригады, раскинулся целый военный городок. В нем был разбит большой парк, среди плодовых и декоративных деревьев вышагивали павлины, в искусственном пруде плавали лебеди. Здесь же была выстроена первая на участке Амударьинской бригады церковь. 30 офицерских домиков, бригадный лазарет, офицерское собрание, баня, а также большие казармы в двух километрах, отличались оригинальностью архитектуры. Все это было построено под руководством первого командира бригады полковника М.М. Костевича в течение четырех лет. Существовавшие до этого дистанции, протяженностью от 150 до 400 верст, были реорганизованы в отделы.
Амударьинская бригада делилась на четыре отдела: штаб 1-го отдела располагался в Чарджуе, 2-го - в Патта-Гиссаре, 3-го отдела - в Сарае (нынешнее месторасположение Пянджского пограничного отряда), 4-го - в Йоле). В них имелся 51 пост, в том числе - 15 обер-офицерских. Каждый обер-офицер командовал 3-4 унтер-офицерскими постами. Посты, находящиеся под командованием, составляли отряд. 3-4 отряда под командованием штаб-офицера составляли отдел. Посты располагались на расстоянии 10-15 км друг от друга. В 1900 году в Калай-Хумбе пост был снят ввиду труднодоступности района для подвоза продовольствия, фуража и вещевого имущества. При бригадах, как и прежде, до 1910 года несли службу джигиты из местного населения.
Бухаро-афганская граница проходила по песчаной пустыне, большим высотам Садар-Джагры к Тахта-Базару, на реке было много островов, где контрабандисты легко скрывали товары, а затем переправляли на российскую территорию. Посты пограничной стражи располагались в тех местах, где наиболее вероятны были акции совершения контрабандных сделок - около пристаней, на мелководье, на пересечениях главных дорог. Частично посты были снабжены шлюпками. Большую работу по закладке постов проводили инженеры, которые с учетом рельефа местности умело и рационально возводили фортификационные сооружения. В зависимости от места расположения постов сооружения воздвигались из сырцового кирпича или из камня, без деревянного пола. Дерево завозилось из Сибири, поэтому стоило дорого.
Пограничная дорога, проложенная русскими инженерами от Термеза до Шагона, а затем и до Калай-Хумба, представляла собой цепь труднопроходимых препятствий. В камышовых зарослях вдоль берега Пянджа пограничников подстерегали дикие животные - бенгальские тигры, барсы, камышовые рыси, кабаны. Опасность представляли змеи, скорпионы, фаланги, каракурты. Вследствие этого в целях безопасности на участках Сарайского и Йольского отделов создавались охотничьи команды по отстрелу хищников.
Служба и бытовые условия жизни пограничников Амударьинской бригады были крайне тяжелыми. Ощущалась оторванность от внешнего мира, отсутствие культурных учреждений, отчужденность коренного населения, эпидемиологическая обстановка. В летнее время удельный вес больных малярией доходил до 50%. Самыми благоприятными считались посты Йольского отдела. Сюда стремились попасть служить большинство офицеров и нижних чинов.
Как свидетельствует статистика, пограничники Амударьинской бригады проявляли образцы служебного рвения. В 1907 году в Туркестанском таможенном округе было задержано контрабанды на 12,5 тысячи рублей, тогда как в Батумском - на 2,4 тысячи, Бакинском - на 6,4 тысячи.
Высочайшим императорским приказом от 7 мая 1899 года в числе других пограничных округов был создан 7-й пограничный округ со штабом в г. Ташкенте, в состав которого вошли Закаспийская и Амударьинская пограничные бригады, первым начальником округа стал генерал-майор А. Куницкий. В состав 7-го пограничного округа вошла вся территория тогдашнего Туркестанского края, включая и участки границы Китая с территорией современного Киргизстана. В Закаспийской области и на правом берегу рек Пяндж и Амударья (бухаро-афганская граница) на смену войскового прикрытия границы пришел пограничный надзор Закаспийской со штатом 1390 солдат, подчиненная начальнику Закаспийского таможенного округа, и Амударьинской бригад ОКПС со штатом 915 солдат, подчиненная начальнику Туркестанского таможенного округа. Несмотря на принятые меры, бригады испытывали большие трудности, прежде всего из-за недостатка личного состава. В ходе организации службы помогали армейские части.
В последующие годы принимались меры по усилению среднеазиатской границы. В 1899 году в штаты бригад были добавлены ряд офицерских должностей, а также должности нижних чинов. С января 1896 года ежегодно ассигнуется 4130 рублей для выдачи пособий джигитам (до 70 рублей) и возмещение расходов на содержание лошадей и 4500 рублей - на выдачу наград "за усердную и полезную службу". На бухаро-афганском участке границы (766 верст) трудности в охране границы объяснялись не только малочисленностью постов по отношению к протяженности границы, но и отсутствием надежных плавсредств. В 1913 году охрану границы с Афганистаном усилили за счет перераспределения сил ОКПС. Был упразднен Репидский отряд 22-й Измаильской бригады и сформирован новый, Богоракский отряд Амударьинской бригады.
Главной обязанностью ОКПС являлось "отвращение тайного провоза товаров по сухопутной и морским границам европейской части России и Закавказья, по границам Великого княжества Финляндского и Закаспийской области, на правом берегу рек Пяндж и Аму-Дарьи".
Из Афганистана переправлялись не только контрабандисты, но и разбойничьи шайки, которые занимались грабежом местного населения, захватом заложников, уводили скот, оказывавших сопротивление убивали. Пограничники, своевременно оповещенные об этих акциях, решительно пресекали эти действия.
На корпус также был возложен карантинный надзор на границе, надзор в политическом и полицейском отношениях в интересах МВД. Таким образом, в первую очередь среди задач, стоявших перед ОКПС, выступала борьба с контрабандой. Причем ранее и даже после создания корпуса лица, задержанные в пограничной полосе, направлялись не в полицейский участок, а в таможенные учреждения, что свидетельствовало о превалировании экономических интересов над политическими. Появилась и новая задача - охрана пограничной черты, то есть границы, о чем в прежних документах даже не упоминалось. Данная задача по важности была поставлена на третье место, но через несколько лет она выдвинется в службе пограничников чуть ли не на первый план. В то же время, пограничникам не возбранялось пересечение границы при преследовании бандитских группировок, вооруженных контрабандистов "в случае крайней к тому необходимости".
С учетом специфических условий охраны границы, пограничникам, служившим в Средней Азии разрешалось даже за пределами 7-верстной от границы черты применять холодное и огнестрельное оружие в случаях, когда они подвергались нападению или встречали сопротивление со стороны вооруженных контрабандистов или других злоумышленников, и даже в тех случаях, когда контрабандисты или иные лица не были вооружены, но с их стороны обнаруживалось "хотя бы одно намерение причинить чинам стражи побои или иные насилия". Запрещались лишь стрельба в горах и селениях "во избежание несчастных случаев".
На участке Амударьинской бригады для облегчения торговых связей с Афганистаном был установлен особый режим. Купцов через посты пограничной стражи пропускали помимо таможенных учреждений, однако при соблюдении условия: никто не пропускается в Афганистан и обратно без паспортных видов или записок, заверенных чинами русской администрации.
Охрану границы подразделения ОКПС осуществляли посредством несения сторожевой и разведывательной службы. Сторожевая служба возлагалась на отряды и осуществлялась круглосуточно. Участок отряда назывался дистанцией. Глубина дистанции отряда составляла 7 верст на Европейской границе и до 21 версты на Азиатской границе. Среднесуточная нагрузка на человека по несению службы составляла 9 часов. Продолжительность единовременного несения службы в наряде не превышала 6 часов. Несмотря на высокую продолжительность службы нарядов, плотность охраны в Амударьинской бригаде составляла - 0,7, в Закаспийской - 0,6.
Проверку несения службы осуществляли разъезды. Более того, усиление контрабандного промысла и низкая эффективность действий по пресечению контрабанды заставили структуры пограничной охраны создать собственную разведывательную службу. Разведывательная служба организовывалась начальниками округов и велась в пограничной зоне в тесном контакте с представителями отдельного корпуса жандармов. Руководил разведкой командир бригады, а непосредственно ее вели командиры отделов, отрядов, старшие вахмистры и помощники начальников постов. Разведывательной службой должны были заниматься все командиры и начальствующие лица ОКПС. Основной упор в разведывательной службе делался на агентурную сеть.
Циркулярами отмечалось, что "безуспешность действий чинов в преследовании контрабанды объясняется между прочим неумением отличать правильные доносы от доносов, сделанных для отвода глаз... На приобретение хороших благонадежных доносителей труды и даже денежные средства никогда не пропадут даром и при достаточной энергии всегда вознаградятся с избытком".
Для материального стимулирования агентов правительство выделяло немалые денежные средства. Задачами разведывательной службы являлось дать сведения: о значении местности в контрабандном отношении; о направлении движения и характере контрабанды; о лицах, занимающихся контрабандным промыслом. На ведение агентурной работы в ОКПС правительство также выделяло большие средства. Так, расходы в 1912 году в 7-м округе составили 223 руб. 91 копейка. В то же время, к охране границы еще не привлекается достаточно широко местное население, которому, в силу пребывания в составе империи, пока высказывается определенное недоверие: "Хотя вольнонаемные джигиты неоднократно признавались весьма полезными и даже необходимыми, тем не менее, предоставление им самостоятельности не должно было допускаться, так как легко могли последовать серьезные недоразумения".
Характер товаров, доставляемых в Россию, зависел от участка границы. В Средней Азии завозились преимущественно наркотики. По происхождению эти наркотики были различны: задерживался опиум китайского, индийского, афганского и, особенно, персидского происхождения. Здесь же чаще происходили нарушения границы, причем нередко с применением оружия.
Тем не менее, даже к первой мировой войне этот участок был по-прежнему слабо защищен в войсковом отношении. В 1912 году командир ОКПС генералом от инфантерии Николай Аполлонович Пыхачев (занимал пост в период 1908 - 1917 годах) проинспектировал части 7-го пограничного округа, в ходе которого проверил состояния пограничного надзора, удовлетворение религиозных потребностей пограничников, делопроизводство, строевое и стрелковое дело, денежные отчеты. Инспекцией был сделан вывод: "Охрана границы во всем округе отличается до сего времени крайней слабостью, и вся деятельность постов проходит главным образом в самообслуживании. Руководства со стороны начальников делом охраны границы на местах нет".
С 1883 году на "Посту Памирском" (ныне Мургаб) располагался штаб Памирского пограничного отряда, позднее перенесенный в Хорог, который охранял и южные границы Киргизии. Памирский отряд имел целью, как отмечалось в документах: "охранение наших киргизских кочевников и вообще наших интересов в Памирском крае и обеспечение спокойствия и безопасности юго-восточных пределов Ферганской области".
Кстати, здесь в 1916 году на высоте 2600 метров над уровнем моря завершилось строительство русской православной церкви, длившееся пять лет. Освящение храма совпало с 25-летием создания Памирского погранотряда, что подчеркивало важность этого бастиона духа для воинов-порубежников на одном из самых сложных участков российской границы.
В состав Памирского отряда входили: батальон пехоты, 3 казачьи сотни и 4 орудия. Казаки составляли ядро подобных частей. Они размещались по постам на значительной территории, население которой фактически находилось в ведении начальника отряда, пользующегося правами начальника уезда и подчиненного по исполнению своих административных обязанностей военному губернатору Ферганской области. Осенью 1895 году в Рушане, в кишлаке Калаи-Вамар, в Шугнане, в кишлаке Хорог, а весной 1896 году, в кишлаке Зунг были организованы русские пограничные посты.
На территории соседней Киргизии в Суфи-Кургане, Ак-Босого, Сары-Таше и Бордобо имелись маленькие пограничные пикеты, главной задачей которых было поддержание связи с Хорогом. С этой целью на каждом пикете круглосуточно дежурил один казак с поседланным конем для передачи почты эстафетой.

После Ионова русскими войсками на Памире последовательно командовали капитаны Зайцов, Скерский, Сулоцкий, Эгерт, Кивекс, Снесарев (с июля 1902 года по июль 1903 года). Снесарев так описывал службу пограничников: "Деятельность чинов Памирского отряда по своему разнообразию и оригинальности является в такой мере интересной, что тяготы и лишения, неизбежные при суровой и бедной природе Памиров, в значительной степени облегчаются приподнятым настроением работников и сознанием плодотворности результатов трудов".
О характере деятельности Памирского отряда, об отношениях коренного населения с пограничниками позволяют судить письма Снесарева сестре: "Два дня назад возвратился... и застал значительное смятение: бухарцы в мое отсутствие начали грабить народ... Написал резкое письмо беку, выругал бухарского чиновника... Жду ответа от бека, народ успокоился... Словом, неделя или более выпала тревожная; особенно боялся, что придется по своему решению переходить границу с военными целями; страшно было не идти против 300 англичан (как я думал) с 50 человек своих, а начинать это дело по своему почину, без разрешения. ... кроме своих людей (до 300), у меня будет свыше 2 тысяч кара-киргизов и до 15 тысяч таджиков, хотя подвластных Бухаре, но весьма зависящих от меня. Кроме того, граница Памира теперь крайне тревожна: наступают из Индии мои друзья-англичане... Среди волнений и невроза моим утешением является отношение ко мне народа... Я чувствую, что если я вылечу отсюда, то именно за этот забитый, несчастный народ, за который я уже грызся с беком, ругал его чиновников и за который я буде стоять, чего бы это мне ни стоило".
Командир Шанджского поста штабс-капитан Кузнецов докладывал о несении службы в 1892-1893 годах: "Дабы, с одной стороны, быть готовыми каждую минуту выполнить назначение отряда, а с другой стороны, по возможности развлекаться и не скучать, с чинами отряда велись все те строевые занятия, которые предписано вести как в мирной обстановке, так рано и при военной. К числу последних, так сказать, вызванных обстановкой, нужно отнести: разведывательную и охранительную службу, дневные и ночные тревоги и маневрирования. В первое время, когда чины отряда еще не освоились с климатическими условиями Памира, приходилось давать весьма частые отдыхи, чтобы не утомить людей, и, несмотря на это, были довольно часто приступы горной болезни, а ночные тревоги способствовали развитию заболеваний дыхательных путей, главным образом, воспалению гортани... Попав в новый для них суровый климат, солдаты и офицеры сумели быстро приспособиться к этим условиям и с успехом выполняли поставленную задачу. А против тоски по Родине устраивались во дворе игры в мяч, городки, крокет, и.п., пение, танцы и игры на гармошках, а во время больших праздников - спектакли".
Шведский путешественник Свен Гедин, побывавший на Памире в 1894 году оставил описание Памирского поста: "На путешественника-иностранца Памирский пост производит самое отрадное впечатление. После долгого утомительного пути по необитаемым, диким горным областям попадаешь вдруг на этот маленький клочок великой России, где кружок милейших и гостеприимнейших офицеров принимает вас как земляка, как старого знакомого. В общем Памирский пост живо напоминает военное судно. Все люди отличались образцовой молодецкой выправкой, долгая холодная Памирская зима, которую гарнизон проводит в этой пустыне, почти в таких же условиях, как и полярные мореплаватели в замерзших во льду судах, нисколько не отражались на них - ни следа вялости, апатии, равнодушия".
Благодаря непосредственному участнику многих из описываемых событий Борису Тагееву, до нас дошло описание процесса строительства и укрепления Памирского поста: "Работа кипела дружно, и сердце радовалось при виде этих сотен людей, сооружающих на "крыше мира" уголок, в котором придется им провести суровую зиму и откуда русский флаг, как доказательство могущества России, будет виден всему свету. Изо дня в день кипела работа, и укрепление незаметно вырастало. К 25 августа фасы были готовы, ров очищен, устроены барбеты для пулеметов. По типу своему укрепление это представляло редут усиленной полевой профили, почти квадратной формы, с барбетами в двух передних углах для пулеметов и орудий. Впоследствии вместо улиток военным инженером Серебренниковым с помощью только небольшого гарнизона Памирского поста были сооружены полууглубленные землянки, каждая на полуроту, удобно приспособленные для помещения нижних чинов гарнизона и сложенные из сырцового кирпича с достаточным количеством света. Над землею они возвышаются немного менее двух аршин и благодаря великолепно устроенным печам и крыше вполне защищают живущих в них от холода и сырости, о чем вполне свидетельствует хорошее состояние здоровья чинов памирского гарнизона. Лазарет и кухня находятся в двух отдельных зданиях, поставленных над землею также из сырцового кирпича. Кроме этих зданий там же поставлен флигель (над землею), служащий жилищем для офицеров, имеющих в нем каждый по отдельной комнате, за исключением начальника отряда, которому отведено их две. Офицерская столовая, заменяющая собрание, дополняла комфорт памирского жилища. Склад вещей, пороховой погреб и метеорологическая будка находятся также в укреплении, а вне его построена только баня. Все здания и само укрепление капитально выстроены по проекту и под руководством военного инженера Серебренникова, имя которого останется памятным в истории присоединения Памира. Он при невероятно тяжелых условиях построил первое русское укрепление на "крыше мира", которое явилось на Памире истинным чудом". Шведский путешественник Свен-Гедин, долго работавший на Памире, неоднократно посещал наше укрепление и следующим образом отзывается о нем в своих корреспонденциях в "Туркестанских ведомостях". "Крепость, - говорит он, - выстроена удивительно хорошо и практично и делает честь офицерам, которым принадлежит инициатива в этом деле. Я уверен, что пришлось преодолеть громадные затруднения, чтобы достичь до этого великолепного конца, который свидетельствует, что значит энергия и предприимчивость..."
Начальник инженеров Туркестанского военного округа генерал-майор Клименко в августе 1894 года осматривал постройки памирского укрепления и нашел, что "все выполненные войсками работы по возведению укрепленного поста с зимними бараками и землянками вполне удовлетворительны и заслуживают величайшей похвалы, особенно за выполнение таких работ в самый короткий срок, с 23 июля по 31 октября 1893 года, при весьма ограниченном числе рабочих рук". В настоящее время около укрепления раскинулся небольшой базарчик, где продаются привезенные из Ферганы необходимые жизненные продукты. Здесь же в небольшой чайхане собирались местные киргизы и постовые джигиты поделиться новостями и, затягиваясь крепким кальяном, попивать горячий кок-чай, и солдатики частенько заходили к гостеприимному мама-джану, хозяину чайханы, у которого к их услугам имелось все в запасе: и гвозди для сапог, и туземный сахар-леденец и сушеные фрукты к чаю".
Генерал-майор М.Дж. Герард, руководивший в 1895 году Британской частью Пограничной Комиссии, проходя по Памиру, убедился, что русские укрепились в этом регионе вполне основательно. На Мургабском Памирском посту члены русской делегации и генерал Герард застали отряд, состоявший из 80 пехотинцев, 12 казаков (с двумя пулеметами) и 14 музыкантов. Основная часть этого отряда в дальнейшем сопровождала британского комиссара до Оша, причем русские солдаты, и особенно казаки, вызывали у него нескрываемое восхищение: "Жизнерадостность и незаменимость казаков в течение всего перехода были вне всяких похвал. Когда мы выступали по утрам, вахмистр затягивал какую-нибудь песню, которую весь отряд подхватывал хором, и хотя пение, возможно, и не обладало самым высшим качеством, но среди этой пустынной глуши оно имело какое-то необычное, сверхъестественное очарование, которое было весьма привлекательным. Стоило лишь спешиться, снять плащ или начать охотиться на каком-нибудь близлежащем озере, как кто-то из них всегда, без какого-либо призыва, оказывался рядом с вами для того, чтобы подержать вашего коня, принести шубу или ружье и вообще помочь; а каждой ночью вне зависимости от того, насколько жестокой была метель, они все выстраивались с непокрытыми головами перед своими юртами и пели вечернюю молитву. Их рационом, не считая хлеба и чая, был главным образом суп - великолепный наваристый горячий борщ, которым мы часто угощались сами, а они могли доливать его себе "a discretion". Немногие наказания, которые применялись на марше, обычно за упущения в уходе за лошадьми или в выправке, были в какой-то мере комичными. Казак в полной походной выкладке, с седлом, привязанным на спине, должен был стоять с саблей наголо в течение часа или более перед палаткой своего капитана".
Генерал-майор Герард отметил, что в те немногие годы, которые прошли со времени присоединения Памира к России, русские военные и строители значительно усовершенствовали существовавшие ранее караванные тропы и построили новые дороги в этой суровой горной стране, в частности, созданный под руководством полковника Б.Л. Громбчевского в 1893 году исключительно трудный участок дороги, обеспечивающий спуск с перевала Талдык посредством 34 серпантинов. Его также поразили вопросы организации управления российскими среднеазиатскими областями и отношения русских властей к местному населению. Власти, по сути дела, совершенно не вмешивались в традиционный образ жизни местного населения. Единственными ограничениями, наложенными русскими, были запрещение ношения оружия и вынесения приговора о смертной казни жителями среднеазиатских владений Российской империи. Истинное восхищение британского генерала вызвало великолепное состояние личного состава российских войск. В противовес Памирскому посту Афганистан выставил гарнизон, включающий около 500 всадников и 500 пехотинцев; деньги на содержание этих войск по требованию эмира Афганистана были выделены англичанами.
В 1898 году царское правительство утвердило временный пост в Ташкургане Сарыкольском, а в 1901 году этот пост с согласия китайской стороны был сделан постоянным. В одном из кашгарских писем прикомандированный к Генеральному консульству России в Кашгарии в качестве военного наблюдателя выпускник Академии Генерального штаба штабс-капитан Л.Г. Корнилов писал: "Хуже всего, если пост в Ташкургане уберут: это будет позорное отступление".
Начиная от Восточного Памира, российско-китайская граница практически на всем своем протяжении, в этот период времени охраняется не войсками ОКПС, а казачьими войсками, а кое-где армейскими подразделениями. Например, в Караколе была дислоцирована рота. В докладной записке Николаю II главноуправляющего землеустройством и земледелием князя Б.А. Васильчикова отмечалось, что "безлюдье" в восточных районах представляет опасность для русского государства: "Китай не дремлет и предпринимает целый ряд шагов для быстрого заселения пограничных с Россией пространств. Нельзя дремать и нам". Император напротив этих слов написал: "Вполне согласен". Снесарев в свою очередь писал: "Надо смирять Китай не языком дипломатов. А планомерной экономической системой, неустанной работой по укреплению и заселению окраины". Семиреченское войско стало искусственным барьером между китайскими землями и кочевниками Средней Азии, в неспокойном мире которой царской власти нужна была постоянная опора для стабилизации положения и охраны внешних рубежей. Крестьян для переселения в столь далекий край было трудно организовать из-за отсутствия железных дорог. Выход виделся в казачьей колонизации, основой которой должны были стать сибирцы, уже бывшие в этих краях, знающие язык и традиции коренного населения. Планы заселения казаками предусматривались и для территории Киргизии - в 1860 году предполагалось поселить в Пишпеке 50 семей, в Токмаке - 25, а линию казачьих поселений продлить до Иссык-Куля и Нарынского края.
В конце XIX века казачество представляло собой хорошо отлаженный организм, которым умело управляло царское правительство. Его мероприятия были направлены на то, чтобы ввести большее единообразие в казачьи войска и регулярные армейские части, продолжить стирание межсословных различий казачьего и остального населения страны.
Характерной особенностью казачьих войск в эти годы было продолжающееся реформирование, обусловленное спецификой каждого войска, новым вооружением, менявшейся тактикой борьбы и другими причинами. Решаемые войсками задачи налагали отпечаток на их организационные структуры, порядок комплектования, прохождения службы. На их деятельность оказывали влияние также административное устройство регионов, правительственная политика в данном районе. Положение в сопредельных государствах.
Как и прежде, порядок прохождения службы казаков определялся не только Законом о прохождении службы, но и императорскими указами, решениями Военного совета, специальными положениями, утвержденными императором. Они были направлены на четкое определение прав и обязанностей казаков.
К 1893 году были утверждены новые положения о Семиреченском казачьем войске. В 1910 году, в связи с упразднением Главного управления казачьих войск, руководство казачьими войсками перешло в Главный штаб. Численность Семиреченской казачьего войска в начале XIX века составляла 26 тысяч человек.
Военное и гражданское управление, несение службы войск было организовано на основаниях, общих для всех казачьих войск, но с учетом особенностей каждого из них. Семиреченское войско подчинялось туркестанскому генерал-губернатору как командующему войсками туркестанского военного округа. Непосредственное командование было вверено наказному атаману, звание которого было присвоено военному губернатору и командующему войсками Семиреченской области. В станицах казаки возглавлялись станичными атаманами, подчиненными наказному атаману.
Ежегодно в смете Военного министерства по Главному управлению казачьих войск были предусмотрены дополнительные средства для нужд казачьих войск. Как правило, они имели целевое назначение.
На территории Киргизии казачьи поселения появились к концу XIX века. Очевидец событий 1875-76 годах на Памиро-Алае рассказывал, что "народ повсеместно ликует, узнав о присоединении к России. По дороге жители кишлаков встречали российские войска радостно, везде достархан. Командование казачьих подразделений, шедших в авангарде российских войск к намеченным новым границам, было кровно заинтересовано в хороших отношениях с местными жителями". Казаки несли сторожевую службу на границе в пределах казачьих войск наряду с таможенной стражей. Главной задачей казачьих формирований была защита территории и населения приграничных районов от вторжений бандитских групп из-за рубежа. Казачьи полки выставлялись из расчета один на 150 верст. Каждый полк из числа своих 10 сотен пять выставлял непосредственно на охрану границы.
В становлении новых российских границ участвовали и киргизские добровольцы, заинтересованные в стабильном положение в крае, северные киргизские джигиты под командованием Шабдана Джантаева участвовали и в присоединении к российским владениям Южной Киргизии.
Весной 1876 году более 600 киргизских кибиток обосновались вблизи казачьего крепостного укрепления Гульча. В 1885 году на правом берегу реки Кызыл-Су возводится пограничное укрепление Иркештам, в котором, сменяясь, всегда находился взвод казаков. Это был обширный прямоугольник, обнесенный высокой стеной с бойницами и редутом в виде широкой башни, где располагались и казармы для казаков. Иркештам запирал ущелье, прикрывая расположенный ниже таможенный пост N.399, который успешно боролся с контрабандой. Казаки располагались также походными лагерями. В 1881-1882 годах в Гульче, а в Иркештаме - в 1889-1917 годах казаки вели метеорологические наблюдения.
Областное начальство пыталось на примере выселка Занарынского (Куланак), расположенного в глубине Тянь-Шаня - в 400 км от Пишпека распространять специфический опыт казачьих поселений. Это стратегически важное поселение перекрывало дорогу контрабандистам и заодно обеспечивало безопасность кочующим скотоводам. Казаки (здесь проживало около 100 семей) были надежны, выносливы, хорошо знали местные горы, язык и традиции киргизов. В то же время, отличаясь особой добросовестностью по несению пограничной службы, казаки порой упускали из виду свое хозяйство. Посетивший казачьи поселения наказной атаман М.А. Фольбаум был недоволен тем, что: "сельское хозяйство казаков, несмотря на все благоприятные условия для его процветания, повсюду в области на низком сравнительном уровне".
В Семиреченском войске существовал территориальный принцип формирования и пополнения казачьих частей: по признаку совместной службы родственников или близких соседей и станичников, что создавало товарищескую спайку в мирное и военное время и уверенность во взаимопомощи, а также служило контролем на местах по принципу семей патриархальности.
Свои задачи казачьи войска решали во взаимодействии с министерствами финансов, внутренних дел, военным ведомством и другими государственными структурами. Наиболее тесным было сотрудничество с гарнизонами пограничных и армейских частей, расположенными вдоль границы. Казачьи войска активно привлекались для исполнения обязанностей карантинной стражи, преследования вооруженных нарушителей и противодействовали прорыву банд. Несмотря на оговорки и уточнения, которыми сопровождались служебные инструкции различных ведомств, стремящихся отстоять свои интересы, во многих документах прямо подчеркивалось, что в 7-верстной пограничной полосе "право распоряжаться всеми действиями принадлежит пограничной страже".
Помимо централизованного войскового наряда на службу назначался наряд приказами по округам и станицам. На службу были "задействованы" все казаки вплоть до ополченцев. При этом значительная часть казаков несла службу вне войска в строевых частях, вдали от своих станиц. На границе, по наезженной тропе, через определенные промежутки времени, сменяя друг друга, проезжали конные казачьи разъезды. А в сумерках, в туман в особо опасных местах устраивали засады (2-3 казака). Многое в борьбе с контрабандистами зависело от смекалки и находчивости казаков. И он преуспели в этом важном деле, прекрасно ориентируясь на местности, отлично владея оружием, зная повадки и ухищрения нарушителей. Хорошим подспорьем в охране границы было высокогорье.
Наиболее действенными мерами против них были упреждающие действия казаков и хорошо поставленная разведывательная служба. Посылка разведывательных разъездов дала "возможность меньше отвлекать казаков от полевых работ и не вводить казну в излишние расходы". Каждый казачий разъезд представлял рапорт, отчет, а иногда и дневник о проведении разведки. Добротные сведения позволяли более рационально распорядиться имевшимися силами и средствами.
Режим границы в это время был достаточно либеральным, подданным России и Китая не было необходимости иметь какие-либо документы для прохода через кордоны и посты пограничной охраны. Долгое время отношения казаков с коренными жителями были прекрасными. Они строились на взаимовыгодном сотрудничестве. В то же время, со времени первого использования казаков в подавлении антиправительственных выступлений - сразу же после присоединения Киргизии к России, станичники не переставали выполнять и внутренние охранительные, а то и просто полицейские функции. Государство использовало казаков в качестве главной карательной силы.
С началом первой мировой войны казачьи станицы обезлюдели. Из 45 тысяч населения Семиреченского войска (обоего пола, включая детей и стариков) мужчины призывного возраста (3,5 тыс.) были призваны на фронт - в Персию и на Кавказский фронт, где составили три полка и несколько отдельных сотен. Несколько сотен, как и до войны, находились в Кульдже, Чугучаке и Кашгаре при российских консулах. В 1915 году было собрано в Семиречье и отправлено на фронт 7500 винтовок. Из Пржевальского и Пишпекского уездов было призвано на фронт 4700 человек. Фактически, как отмечал генерал-губернатор Туркестана, население, имеющее до 2000 русских, охранялось пятнадцатью нижними чинами. Об охране границы в полном объеме и речи быть не могло.
О состоянии пограничных отношений на тот момент на среднеазиатском участке российско-китайской границы можно судить по высказыванию Л.Г. Корнилова. Будущий белогвардейский генерал в начале прошлого века отмечал: "Пока еще наиболее солидной гарантией внутреннего спокойствия в Кашгарии и неприкосновенности ее границ является соседство могучей России и миролюбие ее, доказанное всей историей наших отношений с Китаем".
Заложенные Россией на Востоке в XIX веке основы охраны государственной границы в последующем сослужили добрую славу в обеспечении пограничной безопасности региона. Обращаясь к наследию А.Е. Снесарева, следует отметить, что "охранение Россией востока и юго-востока Европы ... является большой услугой на алтаре грядущих судеб Европы и мира".
К концу XX века абсолютно верным оказалось предвидение А.Е. Снесарева, указавшего на то, что именно "под южным солнцем Афганистана" зреют "события крупного масштаба", которые "в скором будущем отзовутся на берегах Невы и Темзы". Снесарев, признанный знаток Средней Азии, обращался к потомкам, как бы предугадывая снятие Россией своих часовых с центральноазиатских границ: "Наш взор слишком часто поворачивается на Запад, но я, как азиат, люблю его повернуть на восход солнца; оттуда идут роковые загадки и не менее роковые решения. И когда я смотрю на восток, то прежде всего думаю о киргизах, которых лично люблю и ценю, но которые не находят еще себе должной оценки у других; и думаю я в эти минуты: а что, если на нас вправду навалится желтая рать, будут ли тогда киргизы ее авангардом, как в годы налета Чингиса, или они составят наш первый оплот против грозного врага с Востока. Думать об этом, во всяком случае, нужно".

Актуальным является сегодня и еще одно высказывание Снесарева: "Экономические завоевания идут теперь впереди военных. Не та нация сильна, которая завалила всю страну штыками, а та, которая держит в своих руках сети экономических завоеваний!". Спустя век, подтверждая правоту Снесарева, другой российский генерал Андрей Николаев пишет: "Одной из приоритетных геополитических задач России является сохранение необходимой степени влияния на территориях, некогда входивших в состав Российской империи и Советского Союза. В сущности, в этой мысли нет ничего нового. Поддержание мирных добрососедских отношений и взаимовыгодных многосторонних контактов с пограничными государствами - важнейшая внешнеполитическая задача для любой мировой державы. Поэтому внешнеполитическая цель России в странах ближнего зарубежья - уйдя остаться. Если Россия хочет сохранить свое присутствие на этих территориях, она должна, прежде всего, опираться не на военную силу, а на культурные и экономические возможности".

[aleksandr 196101]

НА ЮЖНЫХ РУБЕЖАХ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ.

В 1892 году полковник М.Е.Ионов оставил на Памире первый пограничный отряд - Шаджанский, под командованием капитана П.А.Кузнецова. Юрты этого отряда стояли на месте, где сейчас расположен п.Мургаб, у восточного подножья горы «Пионерка». Но в 1893 году отряд ушел с этого места. На смену ему пришел Сменный Памирский отряд капитана В.Н.Зайцева. Остатки казарм этого отряда до сих пор стоят в кишлаке Кона Курган. На месте Мургаба еще ничего не было – первый таможенный пост и первый базар на Сарыколе были основаны Василием Николаевичем именно тут - возле Памирского поста, где сейчас расположен кишлак Кони Курган. Спустя несколько лет Памирский пост в кишлаке Кони Курган потерял своё значение и командование, решило построить новые казармы неподалеку от того места, где когда то стоял Шаджанский пограничный отряд. Так был основан Мургабский пограничный отряд вокруг которого в дальнейшем вырос самый высокогорный райцентр бывшего СССР - поселок Мургаб.
Историческая справка:
На центральной улице поселка Мургаб, расположенного в центре Памира, установлена мемориальная доска,ее установили на том самом месте, где в 1892-1893 годах стоял первый на Памире Шаджанский погранотряд Российской империи. 29 сентября 2013 года, в центре Мургаба установлена мемориальная табличка в память Шаджанского пограничного отряда. На этом месте сейчас стоит мемориальный комплекс погибшим в годы Великой Отечественной войны.
МУРГАБСКИЙ РАЙОН.
Мургаб — это самый крупный район Таджикистана территория которого составляет на 100 % горы и количество население совсем незначительным по отношение к другихм районам данной страны (15 тыс в. 2015 году).
На кыргызском языке район называется «Нуркап» в которой основном живут кыргызы (80%) и таджики (20%) занимающийся скотоводством а точнее яководством.
Территория Мургаба очень холодно зимою так как оно находится на высоте боле 3,7 км. над уровнем море. Общая площадь Мургаба составляет 38.1 тыс. кв. километров и его административным центром является «городок Мургаб». Мургаб разделяется на 6-джамоатов (селений) в том числе:
- Мургаб- с населением 7,5 тыс.;
- Аличур — с населением 2,5 тыс.;
- Кызыл-Рабат- с населением 1,9 тыс.;
- Ранг-Куль- с населением 1,4 тыс.;
- Куна-Курган (Бердибаев)- с населением 1,2 тыс.;
- Кара-Куль-с населением 0,9 тыс.;
Мургабский район граничит с севера Киргизией, с востока Китаем, с юга Афганистаном и с запада районами ГБАО в том числе: Вандж, Рушан, Шугнан, Рошткала и Ишкашим а также с РРП (Джиргатал и Тавилдара).
По территориальному подчинению Мургабский район входить в состав Горнобадахшанской Автономной Области Республики Таджикистан с 1924 года. На южной оконечности пос. Муграб находится вход в Мадианскую долину. Имеется туристическая база а также масса красивых рек и озёр в том числе «Сарез», «Карокорум».
Через Мургабский район проходит Памирский тракт. Памирский тракт продолжается на север — на посёлок Сары-Таш и дальше на Ош(Киргизия), а также на юго-запад — до столицы ГБАО, города Хорог (около 300 км от Мургаба растояние). Имеется также новая дорога, которая идёт от Мургаба на восток, через перевал Кулма (около 80 километров) и на территории Китая выходит на Каракорумское шоссе. В Мургабе имеется 625 км автодорог, в том числе 400 км. из них имеют республиканское значение.

Казармы нового отряда были построены военным инженером подполковником Николаем Никитичем Моисеевым под командованием начальника Памирского отряда Андрея Евгеньевича Снесарева. Именно этих людей можно смело назвать основателями Мургаба. 26 июля (ст. ст. 13 июля) 1903 г. - священник Вячеслав Соколов в присутствии начальников Памирского отряда А.Е. Снесарева и сменяющего его М.М. Арсеньева освятил здания нового Памирского поста. По сути, эта дата -26 июля 1903 года - является датой основания п. Мургаб. В исторической литературе поселок Мургаб встречается, пожалуй, впервые в отчетах барона Черкасова. 20 июня 1904 года он прибыл в Мургаб, где застал массу беженцев - шугнанцев, которые бежали на Восточный Памир от жестокого преследования эмирских властей. Получается, что в 1904 году на Памире уже существовал населенный пункт Мургаб возникший вокруг вновь построенного здесь пограничного поста.
2 июня 1891 года Российская империя начала проводить военную операцию, которую историки назовут в дальнейшем – «Памирские походы». Я не буду рассказывать о Памирских походах. Это отдельная тема. Наш разговор сегодня о том месте, на котором возник п. Мургаб.
Именно в 1891 году полковник М.Е.Ионов, дойдя до реки Мургаб, остановил свой отряд для краткосрочного отдыха на правом берегу реки Мургаб в очень удобном месте защищенном горой от западных ветров. Это место русские солдаты знали как «урочище Шаджан» или «могила Шаджан». Именно под такими именами оно встречается в военных документах того времени. Возле этого места находилась удобная переправа, которая позволила русским отрядам перейти реку Мургаб. Именно на месте этой переправы сегодня находится мост через реку.
Выбранное удачное место Михаил Ефремович запомнил. И именно здесь он приказал в 1893 году поставить на зимовку первый пограничный отряд Российской империи на Памире – Шаджанский. Отрядом командовал капитан Поликарп Кузнецов. Имя этого человека сейчас мало кому о чем говорит, но в своё время он был весьма известным путешественником и исследователем Туркестана. Родился он 25 февраля 1860 года в городе Тара Тобольской губернии. Сделав прекрасную военную карьеру и дослужившись до чина генерал-лейтенанта, Поликарп Алексеевич поддержал Корниловский мятеж и осенью 1917 года был отправлен в отставку.
Шаджанский отряд пробыл на Памире год – с 25 августа 1892 по 25 августа 1893 года. Шаджанцев на Памире заменил Сменный Памирский отряд капитана В.Н.Зайцева. Василий Николаевич со своим отрядом в 1893 году построили Памирский пост – сейчас это кишлак Коно- Курган недалеко от Мургаба. 22 июля 1893 года был заложен первый камень в строительство Памирского поста. Объясню, почему пост был построен посреди ровной долины, а не на том удобном месте, где стоял Шаджанский отряд. В 1893 году Китай, Британия и Афганистан пытались всячески вытеснить Россию с Памира и именно поставленный на этом месте пограничный пост контролировал все дороги на Сары-Коле – дорогу на Бартанг, дорогу в Вахан вдоль китайской границы и дорогу в Шугнан. И, главное, пост закрывал дорогу на Ош.
Василий Николаевич Зайцев очень многое сделал для местных жителей Сары Кола киргизов. Именно он открыл здесь первый базар и таможню. Именно он 7 апреля 1894 года в урочище Ак-Архар заложил первые посадки пшеницы, ячменя и огородных культур в центральном Памире. Сам он так писал об этом: «"Пробные посадки на огороде показали, что на высоте Поста возможно разводить: капусту, картофель, лук, редьку. Клевер поднялся на шесть вершков и может дать не более одного сбора. Редис и репа успели отцвести и дать семена." На урочище Ак-Архар "весь ячмень созрел и дал урожай при пробном умолоте сам-десять; репа, которую туземцы особенно любят, дала плоды средней величины; пшеница, рожь, кукуруза и бобы захвачены ранними заморозками и сжаты без зрелого колоса на солому. Ячмень оставлен у волостного Тукура на семена для посева на будущий год".
С 1895 года по 15 марта 1906 года В.Н.Зайцев служил начальником Ошского уезда Ферганской области. Местные жители очень хорошо к нему относились, и накануне Андижанского восстания именно В.Н.Зайцева местные жители предупредили о надвигающейся беде. Провожая В.Н.Зайцева в отставку местные жители подарили ему грамоту расписанную золотом в которой говорилось: «Вы знали всех мусульман, а дела уезда и города знали как никто. За все хорошее, сделанное для нас, мы высоко Вас ценим, будем помнить и никогда не забудем».
В.Н.Зайцев умер 2 мая 1931 года и похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище. Последние годы своей жизни он провел с дочерью Евгенией и её мужем – А.Е.Снесаревым, так же известным исследователем Памира.
Итак, в 1892 году полковник М.Ионов поставил на Памире Шаджанский отряд, в 1893 году недалеко от этого места был построен Памирский пост. А когда же возник поселок Мургаб? Раньше, очень многие считали. Что Мургаб основан на месте Памирского поста капитана В.Зайцева. Однако это не так.
Проведенные нами исследования показали что Памирский пост стоял на месте где сейчас расположен кишлак Коно-Курган. И вот мы подходим к главному. В 1902 году начальником Памирского отряда назначен капитан А.Снесарев. В это время уже был Памирский отряд, штаб которого находился в Хороге и было несколько пограничных постов этого отряда – Памирский, Лянгарский, Рушанский. Именно Андрей Евгеньевич Снесарев решил перевести Памирский пост на новое место, в новые казармы. И место для этого выбрали недалеко от реки, у подножия горы. Почти что там, где несколько лет назад стоял Шаджанский отряд.
Историческая справка:
С целью укрепления южных границ, в дальнейшем, начиная с 1893 г., началось строительство Лянгарских и Ишкашимских постов. Начальниками Памирского поста для постоянного наблюдения за передвижением китайских и афганских войск были выставлены постоянные и временные посты и пикеты. Туркестанское военное командование принимает решение о переносе штаб-квартиры Памирского поста в 1897 году в Хорог. В дальнейшем, учитывая важность стратегического значения Памира, на базе этого поста создается
Памирский пограничный отряд. В его составе были Мургабские, (Памирские) Ишкашимские, Лянгарские, Рушанские, Шугнанские и Хорогские посты пограничной стражи.
Русские посты и отряды для местного населения стали местом защиты от произвола чужеземцев, местом надежды и свободы. Местное население свои жалобы и просьбы адресовало и передавало только начальникам пограничных постов Памира. Руководители пограничных постов в силу своей компетенции либо решали на местах поставленные вопросы, либо сообщали о них в вышестоящие инстанции.
Своевременное оказание помощи местному населению в изгнании иноземных войск, установление прав России на Памире и, наконец, создание Памирского пограничного отряда и постов способствовали изменению в политико-административной и социально-экономической и культурной жизни коренного населения.
Политико-административное устройство Памира имело своеобразный характер. Он заключался в том, что страна только была передана Бухарскому эмирату, фактический контроль над ней сохранялся за начальником Памирского отряда, имеющим по отношению к местному населению право уездного начальника. Более того, до включения Шугнана Рушана и Вахана в состав России край был разделен на две части - восточный и западный. Начиная с 1905 года, было введено выборное начало в избрании местной администрации из числа местного населения. Только с приходом Временного правительства в России было упразднено военное управление начальника Памирского отряда, и его полномочия были переданы районному комиссару до установления Советской власти на Памире.
Проникновение капиталистических отношений на Памир с приходом погранотряда изменило и сельское хозяйство. Расширение посевных земель за счет ране неиспользуемых земель, сооружение ирригационных каналов, взращивание новых сельскохозяйственных культур способствовали улучшению положения местного населения.
Начальники Памирского пограничного отряда по силе своих возможностей уделяли большое внимание улучшению жизни населения Памира. Об этом свидетельствуют рапорты, отчеты и приказы начальников отряда.
Особое внимание уделялось развитию ремесленного и кустарного производства на Памире. В трудные времена, особенно в годы первой мировой войны, из-за отсутствия необходимых товаров начальник Памирского отряда организовал небольшие полукустарные промышленные предприятия, где работали местные люди.
Заинтересованность в развитии и расширении торговли и главное военно-стратегическое значение Памира требовало от русских пограничников разработки и улучшения путей сообщения на его территории. Были построены караванные пути, связывающие Ферганскую область с Памиром, были открыты постоянные пути сообщения внутреннего характера, соединяющие долины между собой. Открытие дорог имело большое социально-экономическое значение.
Что касается состояния культурной жизни памирского народа, то до прихода русских пограничников она оставалась на стадии низкого развития. Население было безграмотным. После создание Памирского пограничного отряда в культурной жизни местного населения произошли некоторые изменения. Русские пограничники, ощущая нужду в грамотных людях-писарях, переводчиках из числа местных жителей, открыли русско-туземную школу, которая была на Памире единственным учебным заведением вплоть до установления Советской власти. Она сыграла определенную роль в пополнении рядов грамотного населения Памира. Русский язык стал средством передачи русской культуры, что способствовало более тесному взаимопониманию и дальнейшей дружбе русского народа с населением Памира.
А.Е.Снесарев очень многое сделал для Памира. Им написано очень много публикаций и книг по исследованию этого края. Андрей Евгеньевич был великим русским путешественником и востоковедом. Он был в числе первых людей удостоенных в Советской России звания Герой Труда. А.Е.Снесарев умер 4 декабря 1937 года в Москве. Новые казармы строил подполковник Н.Н.Моисеев. Первым начальником поста на новом месте стал подполковник М.М.Арсентьев.
26 июля (ст.стиль – 13 июля) 1903 года новые казармы Памирского поста были торжественно открыты. Просторные кирпичные здания, крытые железом очень отличались от прежних глиняных казарм. На здании штаба была установлена табличка. Что на ней было написано я сейчас сказать не могу. Сверху была большая надпись – «Пост Памирский», а ниже шли фамилии офицеров которые способствовали строительству новых зданий. Точно знаю, что там было имя Императора Николая II и генерал-губернатора Куропаткина. Куда делась эта табличка? – очень интересный вопрос к мургабским краеведам.
11 сентября 1903 года памирские пограничники полностью переехали в новые казармы а здания в кишлаке Коно-Курган остались пустыми. Вокруг нового отряда практически сразу же возник посёлок. И здесь, наряду с киргизами, появилось много шугнанцев, которые убежали сюда, к русским солдатам от бухарского гнета
Первое упоминание о Мургабе, как о населенном пункте, относится уже к 20 июня 1904 году. Тогда барон Черкасов, описывая положение дел на Памире сообщил, что шугнанцы массово бегут с долины Пянджа от бухарцев в Мургаб.

УТВЕРЖДЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ В СРЕДНЕЙ АЗИИ.
Указом императора Александра III 15 октября 1893 г. из пограничной стражи департамента таможенных сборов Министерства финансов был создан Отдельный корпус пограничной стражи (ОКПС), в котором с 7 мая 1899 г. был сформирован 7-й округ с управлением в г. Ташкенте. Округ состоял из двух бригад. С 1 января 1917 г. ОКПС переименован в Отдельный пограничный корпус (ОПК), а округ - в пограничный округ. В эти годы 7-м округом командовали: генерал-лейтенант А.П. Куницкий (1899 – 1904); генерал-лейтенант К.И. Чехович (1904 – 1906); генерал- майор Г.К. Дмоховский (1906 – 1908); генерал-лейтенант В.А. Чаронт (1908 – 1918). После Октябрьской революции 1917 г. Отдельный пограничный корпус России, а вместе с ним и 7-й округ был расформированы. Так закончилась история предшественника Среднеазиатского пограничного округа.

В январе 1918 г. ОПК предложил для охраны границ страны создать 9 округов, в том числе и 7-й округ - из двух бригад для охраны Средней Азии. Несмотря на то, что проект реорганизации пограничной охраны был целесообразен, руководители Наркомата по военным делам высказались против такого предложения.
30 марта 1918 г. было создано Главное управление пограничной охраны (ГУПО), а 28 мая 1918 г. Декретом Совета Народных Комиссаров (СНК) учреждается пограничная охрана молодой советской республики.
В условиях резкого обострения военно-политической обстановки 18 июля 1919 г. постановлением Совета Рабоче-Крестьянской Обороны на время военных действий пограничные войска были переданы в полное ведение Наркомата по военным делам. В связи с разгромом основных сил белогвардейцев и интервентов СТО 24 ноября 1920 г. принял постановление, в котором указывалось: «охрана всех границ РСФСР возлагается на особый отдел ВЧК по охране границ».
Все части и отряды, находившиеся в ведении ВЧК, в том числе и охранявшие границу, сводились в особые войска — войска ВЧК, на которые наряду с другими задачами была возложена и охрана государственной границы. Для руководства войсками были созданы управления войск ВЧК границ, в том числе Туркестанской границы. В отдельных документах такой участок границы назывался пограничным округом.
Декретом ВЦИК от 6 февраля 1922 г. ВЧК была преобразована в Государственное политическое управление (ГПУ), на которое, наряду с другими задачами, возлагалась политическая охрана границ РСФСР. Исходя из сложившейся обстановки СТО 27 сентября 1922 г. принял постановление о передаче охраны сухопутной и морской границ РСФСР во всех отношениях в ведение ГПУ, для чего создать Отдельный пограничный корпус (ОПК) войск ГПУ .
По окончании гражданской войны 27 сентября 1922 г. Совет Труда и Обороны принял постановление о передаче охраны сухопутной и морской границы РСФСР во всех отношениях в ведение Государственного политического управления (ПГУ) и создании для этой цели Отдельного пограничного корпуса войск ПГУ.
7 октября 1922 г. Совет Труда и Обороны издал приказ № 464 войскам ГПУ о переформировании пограничных частей войск ГПУ. Эта дата является официальной датой рождения Среднеазиатского пограничного округа. На основании данного приказа образовались 7 пограничных округов: Петроградский, Западный, Украинский, Северо-Кавказский, Закавказский, Туркестанский (прим., в округе сформировано 2 батальона, 1 дивизион и 6 эскадронов), Сибирский, а также Управление пограничной охраны и войск ГПУ Дальнего Востока.
8 октября 1922 г. было утверждено «Положение об организации ОПК», в котором указывалось, что «пограничные отряды объединяются в высшие объединения, именуемые округами войск ГПУ».
На основании постановления СТО ГПУ 13 октября 1922 г. издает приказ № 425 «О сформировании отдельного пограничного корпуса войск ГПУ». Согласно этого приказа должно быть создано семь округов пограничной охраны, в том числе Туркестанской (Ташкент) округ .
27 октября 1922 г. сформирован Туркестанский округ пограничной охраны. Приказом ГПУ от 28 февраля 1923 г. были объявлены пограничные округа и их состав. В Туркестанский округ входили следующие части: 2 отдельных батальона, один отдельный кавалерийский дивизион, 6 отдельных кавалерийских эскадронов. Начальником округа был назначен В.В. Чернышев (сентябрь 1921 —февраль 1923 гг.) .
После образования СССР ГПУ НКВД РСФСР 2 ноября 1923 г. было реорганизовано в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ) и подчинено непосредственно СНК СССР. Наряду с другими вопросами ОГПУ ведало организацией охраны границ СССР .
По решению партии в 1924 г. в стране началась военная реформа, которая оказала непосредственное воздействие на становление пограничной охраны мирного времени. В пограничных округах за счет расформирования отделений пограннадзора КРО и пограничных отделений штаба войск полномочного представительства (ПП) ГПУ округа были созданы части пограничной охраны (ЧПО) ПП ГПУ округов. 28 июля 1923 г. созданы ЧПО ПП ГПУ Туркестанского округа.
Приказом ОГПУ № 122/44 от 25 февраля 1924 г. были в округах сформированы пограничные отряды, комендатуры, в состав которых вошли пограничные заставы. С 25 февраля 1924 г. Туркестанский округ был переименован в Среднеазиатский. С января 1924 г. по январь 1926 г. округом руководил И.С. Буфало .
С 1924 г. войска округа приняли под охрану участок границы от Каспийского моря до г. Нарына общей протяженностью свыше 5 тыс. км. Охрана осуществлялась на границе с тремя сопредельными государствами: Персией, Афганистаном и Китаем. По состоянию на 1 июля 1925 г. в составе округа было три пограничных отряда (46-й Ашхабадский, 45-й Мервский и 47-й Керкинский), три отдельные пограничные комендатуры (Ошская, Нарынская и Каракольская). Заставы имели штаты по 9–12 или 14–19 человек. Общая численность войск округа составляла 5 тыс. человек.
16 ноября 1929 г. была создана Таджикская ССР.
В конце 1920-х — начале 1930-х гг. войска пограничной охраны Средней Азии, как и прежде, принимали активное участие в борьбе против вооруженных басмаческих формирований. Пограничная охрана Средней Азии к концу 1920-х годов получила дополнительные силы. В 1928 г. был сформирован Сарайский пограничный отряд, во все отряды округа были введены кавалерийские маневренные группы численностью до 200 человек. 20 января 1931 г. в соответствии с приказом ОГПУ в Среднеазиатском округе созданы 66-й Хорогский и Памирский пограничные отряды, в марте этого же года — отдельная Самаркандская пограничная комендатура.

Пограничники все успешнее боролись с басмачами. Весной 1931 г. в Таджикистане были разгромлены отряды Ибрагим-бека, а он захвачен в плен. С разгромом этих отрядов основная борьба с басмачеством в Таджикистане была закончена.
В эти же годы совершенствуется организационно-штатная структура пограничных округов. Приказом УНКВД по Средней Азии от 28 октября 1934 г. была объявлена следующая структура управления округа: командование, оперативное отделение, политический отдел, отделение вооружения и подготовки, организационно-мобилизационное отделение, командное отделение (кадры), отделения: снабжения, финансовое, инженерно-строительное, квартирно-эксплуатационное . До 1934 г. численность управления округа составляла 120–130 человек .
Приказом НКВД СССР от 28 октября 1934 г. Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны (Ташкент) был переформирован в три округа: УПВО Таджикской ССР, Туркменской ССР (Ашхабад), Узбекской ССР (Ташкент) и инспекцию пограничной и внутренней охраны УНКВД Киргизской ССР (с 29 декабря 1936 г. - отдел пограничной и внутренней охраны) .
28 октября 1934 г. приказом НКВД СССР Среднеазиатский пограничный округ переформирован в пограничные округа Узбекской ССР, Туркменской ССР, Таджикской ССР, Киргизской ССР.Через три с половиной года после расформирования приказом НКВД СССР от 17 мая 1938 г. вновь формируется Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны, который объединил округа Узбекской и Таджикской ССР и отдел пограничной и внутренней охраны Киргизской ССР. Это было сделано для укрепления окружного звена управления. Управление округа размещалось в г. Ташкенте и на его формирование приказывалось «обратить личный состав управлений и отделов» указанных союзных республик. Прием частей должен был завершиться к 1 июля 1938 г. Округом с июня 1938 г. по апрель 1939 г. руководил полковник Я.Г. Котомин.
Совет Народных Комиссаров 2 февраля 1939 г. принял постановление о реорганизации управления пограничных и внутренних войск НКВД СССР. Приказом НКВД СССР от 8 марта 1939 г. был создан Среднеазиатский округ пограничных войск. А 7 сентября 1939 г. в округе формируется 26-я отдельная Мургабская пограничная комендатура . С апреля 1939 г. по октябрь 1942 г. округом командовал М.М. Рындзюнский.
С октября 1942 г. по июнь 1943 г. начальником войск округа был генерал — майор А.Я. Киселев. В целях улучшения руководства пограничными частями приказом НКВД СССР от 5 июня 1943 г. управление пограничных войск Среднеазиатского округа переименовано в управление пограничных войск Таджикского округа с передислоцированием управления в г. Сталинабад (Душанбе) В послевоенные годы началось сокращение пограничных войск и различные реорганизации. Приказом МВД СССР от 24 февраля 1954 г. Таджикский округ переформирован снова в Среднеазиатский пограничный округ
За успехи в выполнении служебно-оперативных задач и высокие показатели в боевой и политической подготовке Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1974 г. Среднеазиатский пограничный округ награжден орденом Красного Знамени.

УСТАНОВЛЕНИЕ ПОГРАНИЧНОЙ СТРАЖИ НА ПАМИРЕ.

Процесс утверждения власти большевиков в Средней Азии был не легок и неоднократно находился на гране поражения. Среди территорий региона, где противоречивость этого процесса была наиболее заметной, следует отметить Памир. Этот регион и период существования Российской империи отличался значительным своеобразием своего уклада и религии местного населения, являвшегося в отличие от суннитского большинства населения Средней Азии – исмаилитами, а также методами и подходами управления, применявшимися российской колониальной администрацией к нему.

Фактически же, в период господства на Памире Российской империи, эти территории так и не были полностью колонизированы, что было связано с природно - климатическими, социально - религиозными и геостратегическими условиями характерными для этого региона. О завершении же «колонизации» Памира можно говорить уже только после 1917 года, что было связано, прежде всего, с процессом «советизации» региона после утверждения здесь власти большевиков. Ниже мне хотелось бы попытаться проследить основные этапы этого процесса на основе, прежде всего ряда редких архивных материалов, а также некоторых публикаций и исследований.

На Памире о победе Февральской революции стало известно 21 марта, а населению сообщено лишь 3 апреля 1917 г. Во второй половине апреля был образован Общепамирский комитет Временного правительства. Председателем Комитета стал военный чиновник Белов, членами – представители местного населения Хайдаршо Муборакшоев, Саид - Джалолов и др. С мая 1917 г. на Памире стали образовываться волостные исполкомы Временного правительства. Среди принятых ими в этот период постановлений весьма интересным и характерным представляется решение Шугнанского волисполкома от 8 мая 1917 г.

С 1905 г., когда на Западном Памире был возвращен бухарским эмиром России, царское правительство сохраняло должность шугнанского бека только в целях дипломатической маскировки. В апреле 1917 г. умер представитель бухарского эмира, исполнявший обязанности шугнанского бека Мирза Касир Мирахур. Этот бухарский чиновник на Памире никакой власти не имел. После Февральской революции население Западного Памира решило официально произвести полное отделение Западного Памира от Бухарского эмирата, который юридически продолжал оставаться в составе последнего. 8 мая 1917 г. Шугнанский волисполком принял постановление о переходе Западного Памира к самоуправлению. В постановлении, в частности, говорилось: «Ввиду смерти шугнанского бека Мирза Кассира Мирахура, представителей от бухарского правительства за ненадобностью вследствие перехода на самоуправление больше не назначать».

Туркестанским комитетом было разработано «Временное положение об управлении Памирским районом», утвержденное Совещанием при Туркестанском Комитете 26 июня 1917 г, по которому за начальником Памирского отряда сохранялось только командование этим отрядом. Гражданское управление районом осуществлялось Памирским районным комиссариатом, состоявшим из районного комиссара и двух его помощников. Первым гражданским комиссаром Памирского района и председателем районного комитета 26 июня 1917 г. Совещанием при Туркестанском Комитете был утвержден И. И. Зарубин.

В этот же период возникли Общепамирский комитет солдат, председателем которого был рядовой Памирского отряда П. Воловик, и постовые комитеты солдат. Вопреки решению Шугнанского волисполкома, бухарский эмир назначил шугнанским беком вместо умершего Мирза Кассира Мирахура нового чиновника, который в конце мая 1917 г. прибыл в кишлак Вознауд. Но здесь этот чиновник был задержан Рушанским волисполкомом. Представители знати Западного Памира во главе с бывшим шахдаринским волостным управителем Азиз - ханом выступили против кандидатуры Зарубина на пост комиссара. Несмотря на это И. И. Зарубин все же был избран председателем Исполнительного комитета Временного правительства и гражданским комиссаром Памирского района.

Тогда Азиз - хан и его сторонники решили обратиться за помощью к бухарскому эмиру. 10 октября 1917 г. Азиз - хан, ишаны Саид - Мурсал (из Сучана), Саид - Махмуд (из Шахдары) и другие «от лица всего народа» отправили письмо эмиру, в котором просили, чтобы он «распространил тень своих ног... на головы всего народа». Дарвазскому же беку Тураб - Кули - беку они писали, чтобы тот «придя, овладел шугнанским народом», иначе, угрожали они, «войска афганские приведя, область Шугнанскую во владение их передадим». Однако письма Азиз - хана и ишанов были перехвачены и не дошли ни до эмира, ни до дарвазского бека. Действия Азиз - хана и его сторонников обсуждались Шуганским волисполкомом. 24 октября 1917 г, а 29 октября состоялось заседание комиссии, образованной на основе «Временного положения об управлении Памирским районом», в которой участвовали представители Шугнанского волисполкома, начальник Памирского отряда подполковник В. В. Фенин, представители отрядного комитета солдат и комиссар И. И. Зарубин. Заседание постановило выслать Азиз - хана в Сары-кол, под надзор начальника Ташкурганского поста.

Октябрьский переворот в корне изменил всю ситуацию, как в Туркестане, так и на Памире. 5 декабря 1917 г. было проведено объединенное заседание солдатского комитета Памирского отряда, Шугнанского волостного комитета и 2 представителей Памирского районного комитета. На нем было принято решение о ликвидации комиссариата Временного правительства и избрало новый комитет в составе местного жителя Хайдар - шо Мубаракшоева и фельдшера Памирского отряда Гуминского. Вынужденно подчинившись этому постановлению, И. И. Зарубин сдал дела комиссариата.

Приказом по Рабоче - Крестьянской Красной Армии от 30 августа 1918 г. Памирский отряд был подчинен непосредственно управляющему обороной Военного комиссариата Туркестанской АССР. Но начальник Памирского отряда подполковник Фенин отказался подчиняться приказам, исходящим от большевистского правительства Туркестана и полностью сохранил систему власти, установленную при Временном правительстве. В ноябре 1918 г. подполковник Фенин с некоторыми офицерами и солдатами Памирского отряда в числе 32 человека ушли в Индию, забрав всю отрядную кассу. После их ухода Общепамирский комитет Временного правительства распался. В конце 1918 г. вместо него был образован Памирский революционный комитет. Председателем был избран П. Воловик, а комиссаром А. А. Холмаков . Началась организация ревкомов на местах.

СНК Туркестанской АССР направил на Памир специальную Военно - политическую комиссию и добавочный отряд, прибывший в начале февраля 1919 г. в Хорог. Укрепление власти большевиков на Памире затруднялось тем, что отряды борцов с советской властью с середины 1918 г. прервали связь между Памиром и Туркестанской АССР. 23 июля 1919 г. А. А. Холмаков был убит. Когда же в сентябре 1919 г. белогвардейцы и отряды местных антибольшевистких повстанцев заняли Ош, сочувствовавшие им офицеры Памирского отряда, захватив пулеметы и большую сумму денег, бежали к Монстрову. На памирских постах осталось незначительное количество солдат и офицеров. Ими сначала командовал капитан Юнг, затем техник - строитель отряда Хильмаков.

25 сентября Красной армией был захвачен Ош. Монстров и Мадамин - бек со штабом и небольшим отрядом двинулись в Иркештам. А 24 октября 1919 г. недалеко от границы Восточного Памира, в местечке Гульчи Монстров и Мадамин - бек образовали «Временное правительство Туркестана». На Памир был отправлен вооруженный отряд во главе с полковником Тимофеевым, прибывший в Хорог в конце декабря 1919 г. С его приходом власть большевиков на Памире была свергнута. Белогвардейцы на юге Киргизии и в Ферганской области терпели неудачу за неудачей. 17 января 1920 г. сдался советским войскам генерал Монстров, а 21 февраля 1920 г. Куршермат и Холходжа вынуждены были отступить в горы. 27 мая 1920 г. в Алайскую долину выступил красный кавалерийский отряд. Узнав об этом, Тимофеев бежал в Индию. Туда же разрозненными группами бежал и его отряд. Так окончилось господство белогвардейцев на Памире.

В Хороге утвердились бухарцы, поддерживаемые некоторыми представителями знати и исмаилитского духовенства. Но в результате начавшегося восстания, 29 июня 1920 г. бухарцы были вынуждены уйти. Правительство Туркестанской АССР выслало для охраны государственной границы новый пограничный отряд во главе с Семыкиным, прибывшим в Хорог в начале декабря 1920 г. А в начале сентября 1921 г. на Восточный Памир прибыл новый отряд из 200 человек под командованием Т. М. Дьякова. В начале ноября этот отряд прибыл в Хорог. Вскоре после этого была образована Военно - политическая тройка (ВПТ) Памира, в которую вошли представитель населения Западного Памира Шотемор Ширин - шо, представитель Восточного Памира Хусеинбаев и представитель пограничного отряда Т . М. Дьяков (он же представитель Туркестанского ЦИК).

19 сентября 1921 г. ВПТ Памира приняла решение об организации двух районных ревкомов – Западно - Памирского и Восточно - Памирского. С сентября 1921 г. ВПТ приступила к организации революционных комитетов на местах. В отличие от других районов на Памире ревкомы не назначались, а выбирались населением. К концу ноября 1921 г. только на Западном Памире было образовано 18 кишлачных и два волостных ревкома – Рушанский и Шугнанский. В 1922 г. ревкомы были созданы по всему Памиру. С весны 1922 г. на Западном Памире (на Восточном Памире земледелием тогда не занимались) началось проведение в жизнь изданного вождем большевиков В. И. Лениным «Декрета о земле». На местах создавались земельно - водные комитеты, которые конфисковывали земли «баев» и ишанов и распределяли их меж безземельными и малоземельными жителями.

К концу апреля 1922 г., земельно - водная реформа была проведена почти во всех кишлаках Шугнанской и Рушанской волостей. В последующие годы земельно - водная реформа была проведена и в других районах Западного Памира. Но, 10 декабря 1922 г. ТуркЦИК потребовал дальнейшее проведение земельной реформы прекратить, так как, по его мнению, это «может вызвать недосев, что угрожает голодом при отсутствии связи с Ферганой». В мае 1922 г. на Западном Памире начались выборы в Советы. А 25 июня 1922 г. в Хороге открылся I съезд Советов Западного Памира.

До 1923 г. весь Памир входил в Туркестанскую АССР, будучи частью Ферганской области. В июле 1923 г. Президиум Туркестанского ЦИК постановил включить Памир в Туркестанскую республику на правах области с непосредственным подчинением правительству Туркестанской АССР. 15 августа «Памирский район» был переименован в «Памирскую область». В августе 1923 г. вместо ВПТ был образован Общепамирский Революционный Комитет, непосредственно подчиненный Туркестанскому ЦИК Советов. 30 июля 1924 г. постановлением Президиума ТуркЦИК Советов в составе Памирского ревкома были образованы секретариат, административный отдел, общий отдел с отделениями местного хозяйства и здравоохранения, отдел народного образования, ГПУ, финансовый отдел, земельно - водный отдел и учреждена должность инспектора юстиции.

С 1 по 5 апреля 1924 г. в Хороге проходил II съезд Советов Западного Памира. Съезд принял решение о создании трудовых артелей для общественной обработки земли, артелей по восстановлению старой и строительству новой ирригационной системы, о содействии Общепамирскому ревкому и организации союза Кошчи. После утверждения власти большевиков началось строительство школ и культурно - просветительных учреждений. Инициаторами в создании школ были советские пограничники. Еще в 1922 г. при Хорогском посту был создан интернат на 15 учащихся. Пограничники выделяли для воспитанников интерната 25% своего пайка.

В 1923 г. открылась первая школа на 50 учащихся. При школе существовал интернат, над которым шефствовал Памирский пограничный отряд. На общем собрании пограничников Хорогского поста была создана «тройка связи» со школой, помогавшая наладить ее работу. 30 июля 1924 г. ТуркЦИК принял решение открыть в 1924/25 учебном году на Памире три новые общеобразовательные школы и пять школ ликвидации безграмотности. Большое внимание уделялось охране здоровья местного населения, страдавшего раньше от таких болезней как трахома, туберкулез и др.

В 1924 г. Турк. ЦИК постановил организовать в Хороге участковую больницу на 10 коек с аптечным складом для всего Памира, по одному фельдшерскому амбулаторному пункту в Восточно - Памирской и Рушанской волостях. В значительной степени все эти мероприятия (строительство школ, больниц и т.д.) являлись продолжением инициатив прежнего дореволюционного Памирского отряда и были как бы углублением здесь российской (советской) власти. Это же можно сказать и вообще о характере власти большевиков здесь, считавших эти края важными в деле создания примера для всех народов «Советского Востока».
Пограничные войска Среднеазиатского пограничного округа приняли под охрану участок границы от Каспийского моря до г. Нарына общей протяженностью свыше 5 тыс. км. Охрана осуществлялась на границе с тремя сопредельными государствами: Персией, Афганистаном и Китаем. По состоянию на 1 июля 1925 г. в составе войск округа было три пограничных отряда (46-й Ашхабадский, 45-й Мервский и 47-й Керкинский), три отдельные пограничные комендатуры (Ошская, Нарынская и Каракольская). Заставы имели штат преимущественно 1-й и 2-й категории (по 9-12 и 14-19 человек соответственно). отряды насчитывали в своем составе: 46-й - 1234 человека, 45-й - 814, 47-й - 1641; отдельные комендатуры: Ошская - 342 человека, Нарынская - 137, Каракольская - 144. Общаячисленность войск округа составляла около 5 тыс. человек..
Пограничные войска в 1923-1928 гг. наряду с охраной государственной границы также принимали участие в борьбе с вооруженными формированиями басмачей непосредственно на границе и в приграничных районах. Причем основную ее тяжесть до 1928 г. из-за недостатка сил в пограничной охране Средней Азии несли прежде всего подразделения пограничников, непосредственно охранявшие границу - заставы, посты, пикеты. В мае 1927 г. пограничники Ошской комендатуры нанесли ряд ударов по прорвавшейся из Китая на территорию Киргизии басмаческой группировке Джаны-бека Казы, насчитывавшей около 500 человек. Потеряв в боевых столкновениях с пограничными подразделениями до 200 человек, предводитель группировки решил через перевал Суек уйти обратно в Китай. О замыслах басмачей стало известно начальнику заставы Ак-Бент из соседней Ташрабатской пограничной комендатуры Красногирю. Он принял смелое решение: до подхода резерва комендатуры силами своей заставы перекрыть перевал и не допустить ухода бандитов за границу. 18 мая группа пограничников (13 человек) с одним ручным пулеметом под командованием начальника заставы вышла в намеченный район и заняла выгодную оборону в ущелье. Двое суток пограничники вели бой с противником, в десять раз превосходившим их по силам, отразив 23 его атаки.
1931.01.30 Киргизская АССР. Из Ат-Башинского района бежало в Китай более 200 киргизов, организовавших впоследствии басмаческую банду в 40 чел.
1934.10.09 Москва. Докладная записка Управления пограничной и внутренней охраны НКВД по Средней Азии о состоянии борьбы с басмачеством: "В конце 1933 г. внутренний бандитизм в Средней Азии был разгромлен. Активная борьба с закордонным бандитизмом привела к тому, что в 1934 г., с одной стороны, прорывы закордонных бандшаек на нашу территрорию сократились по сравнению с 1933 г. на 50%. Если в 1933 г. прорвалось на нашу территорию 116 банд, то в 1934 г. - только 58, причем из числа прорвавшихся в этом году ликвидировано 15 бандитских шаек..."
До 1931 года советским начинаниям на Памире в значительной мере мешали и басмаческие, организованные империалистической разведкой банды и контрреволюционная агитация фанатически настроенных местного феодального кулачества, родовой знати, реакционного духовенства.
Но героическими усилиями пограничников и добровольных отрядов из местного бедняцкого населения последние басмаческие банды на Памире были навсегда ликвидированы в 1931 году. В том же году государственная граница была закрыта.
Кончилось басмачество. Пути на Памир стали безопасными, мирными и спокойными. От Оша до Хорога прошли первые автомобили... Началось строительство восточно-памирской автодороги. На Пяндже, на Гунте, на Шах - Даре дехкане готовились к вступлению в первые колхозы, открывалось все больше школ.
Согласно, приказа НКВД СССР №0041053-1939 от 7 сентября 1939 г. в Среднеазиатском пограничном округе сформирована 26-отдельная Мургабская пограничная комендатура. К началу ВОВ в Таджикистане дислоцировались два пограничных отряда НКВД. Таджикский (ныне равнинные участки Пянджского и Московского) и Памирский (ныне Хорогский и Ишкашимский), а также три отдельные пограничные комендатуры: Шуроабадская, Калай-Хумбская и Мургабская.В Душанбе дислоцировался 43 кавалерийский полк НКВД,который имел 4-х сабельный эскадронный состав и школа младшего комсостава.Все пограничные части организационно входили в Среднеазиатский пограничный округ,который в целях оперативности управления в 1943 году был разделен на Таджикский и Киргизкий округа.
Героические подвиги, совершенные пограничниками в борьбе с басмачеством в Средней Азии, вошли яркой страницей в историю советских пограничных
войск.
Строительство ПАМИРСКОГО ТРАКТА.

До 1932-года на Памире были известны только два перевала - Кызыл-Арт, через который в том году был проложен на Памир автомобильный тракт, заменивший прежнюю колесную дорогу, созданную в 1891 - 1892 годах русским памирским отрядом, и Терс-Агар - в западной части хребта, выводящий к урочищу Алтын-Мазар, откуда можно пробраться: вверх по реке Мук-су к языку ледника Федченко; двигаясь же вниз по реке - в Каратегин и далее в средний Таджикистан.
Памирский тракт Ош – Хорог был построен в 1933 году, силами 22 000 колхозников за 110 дней был сооружен Большой Памирский тракт, от Сталинабада до Хорога протяженностью в 567 километров.
По этой дороге из Сталинабада в Хорог легко и безопасно можно было доехать за 2 – 3 дня вместо месяца, как это было до строительства тракта. Памир - это кладезь переплетений и географических открытий, «Kpыша Мира», как принято называть этот горный край. Земля здесь на вес золота, поэтому выращенную пшеницу меряют не мешками, а тюбетейками. Высокогорные селения здесь настолько изолированы друг от друга, что в них говорят на разных языках.
Если начать свой путь на Памир на автомобиле по Памирскому тракту (одной из самых сложных в мире дорог) из весёлого и яркого города Ош, расположенного на юге Киргизии, в восточном направлении Ферганской долины, миновав невысокий перевал Чигирчик и долину реки Гульча, путешественники окажутся на перевале Талдык высотой 3650 м, на который ведёт длинный и утомительный для водителей серпантин. Спуск с него ведёт к посёлку Сарыташ в Алайской долине. Бесчисленные стада овец перемещаются этим путём в Алайскую долину весной, и обратно осенью. Сарыташ - это типичный киргизский посёлок высокогорья с домами простой неказистой архитектуры.
Если из Сарыташа продолжить путь по Памирскому тракту на юг, к перевалу через 3аалайский хребет с названием Кызыларт, которое в переводе с киргизского означает «красный перевел», то, поднявшись на него, окажетесь уже на Памире, или в Горном Бадахшане, трудящиеся которого в советское время приветствовали всех прибывших на перевал отлитой в металл надписью «Высота перевала - 4280 метров». С перевала дорога спускается в долину реки Маркансу, которая имеет сток в восточном направлении в Китай. Летом её русло в верховье полностью пересыхает. Растительность отсутствует. Через долину с древних времён шла караванная тропа. В долине Маркансу обнаружены остатки костров от стоянок, датирующихся VIII – IX в.в.
Сжигали в кострах арчу и иву, что говорит о том, что данные виды произрастали в то время в долине Маркансу, следовательно, и сама долина располагалась в то время значительно ниже. Соответственно, можно оценить и скорость роста высоты - около 5 - 7 см в год. Были здесь обнаружены и орудия труда первобытного человека. Если заглянуть в далёкое прошлое, то можно представить Памир, как лесистую область с реками и озёрами, где водилось множество зверей и птиц - настоящий земной рай, который, возможно, и стал колыбелью цивилизации.
Теперь долина Маркансу - самое суровое место на плоскогорье Восточного Памира. Даже в летнее время по ночам всегда заморозки. Во второй половине дня поднимается сильный ветер; возможны внезапные пыльные и снежные бури. По свидетельствам очевидцев, вдоль древней тропы в прежние времена валялись груды костей и мумифицированные трупы вьючных животных, оставшиеся от проходивших когда-то караванов. Через невысокий водораздел Памирский тракт выходит к озеру Каракуль, над которым вдали возвышается Заалайский хребет.
Историческая справка:
Участок Ош-Хорог длиной 728 км построен в 1931 - 1934 годах. Другой путь на Памир - из Душанбе, столицы Таджикистана. Западная часть Памирского тракта, начинающаяся в Душанбе, огибает западную оконечность хребта Петра I и ведёт на юг из долины реки Обихингоу через перевал Хабуработ высотой 3270 м в долину реки Пяндж. По ней проходит граница Таджикистана с Афганистаном. Западный Памир отличается от Восточного резкой расчленённостью рельефа с высокими хребтами и ледниками.
Вытекающие c ледников бурные реки имеют преимущественный сток в направлении с востока на запад в реку Пяндж, огибающую Памир с юга и запада. По Пянджу Памирский тракт доходит до Хорога, откуда имеются ответвления в бассейн реки Шахдара, а также далее по реке Пяндж в сторону курорта Гарм-Чашма и посёлка Ишкашим на Юго-Западном Памире.
О строительстве в 1940 году последнего участка Памирского тракта, связывающего г. Хорог с г. Душанбе (Сталинобадом), до сих пор рассказывают легенды. Работы велись в сложнейших условиях, среди высоких скал, отдельные её участки представляли собой непроходимые ранее каменные коридоры с отвесными стенами, на дне которых бушевали реки. Строительство было рассчитано на 5 лет. Но в результате небывалого энтузиазма всего таджикского народа Большой Памирский тракт имени Сталина длиной 567 км был построен всего за 3 месяца. Эта автомобильная трасса, всегда считавшаяся очень сложной, в настоящее время становится чрезвычайно опасной.
Размытая селями она начинает напоминать старые овринги. Чтобы проехать по ней, нужны не только крепкие нервы, но и большой опыт вождения в чрезвычайных ситуациях. Аварии на этой дороге происходят постоянно. В наши дни движение по ней крайне незначительно, но еще совсем недавно, каких-нибудь лет 10 - 12 назад, автомобили здесь двигались сплошной колонной.
Дорога Ош-Хорог протяжённостью 701 км была построена в два этапа. После колониального захвата и освоения Хивы, Бухары, Гиссаро-Алая и Северного Памира и их присоединения к Российской империи, в 1894 саперными частями русской армии через перевал Талдык была тайно построена военная стратегическая колесная дорога, соединяющая Ферганскую и Алайскую долины. Спустя 37 лет в 1931—1934 годах эта дорога была продолжена до города Хорог. Начало строительству трассы положило ходатайство правительства Таджикской ССР перед СНК СССР. Постановление “О строительстве дороги Ош-Хорог” протяженностью 728 км, было принято в июне 1931 года, а в 1933 году по этой дороге уже прошли первые 13 машин. В 1935 году строительство этого важнейшего для ГБАО Восточно-Памирского тракта было завершено. В Советском Союзе дороге придавалось большое значение в связи с развитием территорий горного Памира. По этой дороге доставлялись грузы социального (продовольствие, товары народного потребления, топливо и др.) и производственного назначения. На участке от Оша до Хорога дорога проходит через три главных горных перевала: Талдык (3615 м), Кызыл-Арт (4280 м) и Акбайтал (4655 м), который является одним из самых высокогорных, по которым проходят автомобильные дороги.
Основой автомобильного сообщения в советское время стал Памирский тракт, начинающийся от города Ош в Ферганской долине. Тракт с севера на юг пересекает Алайскую долину, проходит на юг по Памирскому нагорью вдоль реки Пяндж на север, а затем на запад к г. Душанбе. От тракта проложены дороги на юг и восток вдоль Пянджа, сравнительно небольшие участки по долинам рек Шахдара, Бартанг, Язгулем, Ванч, Оби-Хингоу.
От озера Каракуль автодорога идет к долинам рек Кокуйбель и Танымас. Но до сих пор широко используются лошади и ишаки, так как по многим тропам проехать, кроме как на ишаке, просто невозможно.
Позднее был построен участок дороги Душанбе-Хорог, который с точки зрения строительства и эксплуатации является более сложным в силу особенностей горного рельефа.
Открытие Западно-Памирского тракта имени Сталина состоялось в 1940 году.
Если следовать по Большому Памирскому тракту от г. Ош, то маршрут Памирского тракта может быть записан следующим образом:
г. Ош — пер. Чыйырчык (2402) — с. Гульча — долина р. Гульча — пер. Талдык (3615, перевал через Алайский хребет) + пер. 40 лет Киргизии (3541) — с. Сары-Таш(Алайская долина) — пер. Кызыларт (4250, перевал через Заалайский хребет, въезд на территорию Горного Бадахшана, пересечение границы между Киргизстаном иТаджикистаном) — долина р. Маркансу — пер. Уйбулак (4200) — озеро Каракуль — пер. Акбайтал (4655) — г. Мургаб — пер. Найзаташ (4314) — Аличурская долина — пер. Харгуш (4091) + пер. Тагаркаты (4168) — долина р. Сулу-Тагаркаты — пер. Кой-Тезек (4251) — долина р. Гунт — г. Хорог — долина реки Пяндж — с. Калаи-Хумб — пер. Хабуработ (3720) — долина р. Обихингоу — долина р. Вахш — г. Душанбе.
В настоящее время Памирский тракт входит в состав трассы М41.
Памир – горная система на юге Средней Азии, на территории Таджикистана (Горно-Бадахшанская автономная область), Китая, Афганистана и Индии. Памир находится на соединении отрогов других мощных горных систем Центральной Азии – Гиндукуша, Каракорума, Куньлуня и Тянь-Шаня. Памир занимает площадь около 60000 кв. км и представляет собой разветвленную сеть вечно заснеженных хребтов и обширных межгорных долин, образующих Памирское нагорье. Общепринятой этимологии названия Памир нет – название толкуют и «крыша мира», и «подножие смерти» (иран.), и «нога птицы», и «подножие Митры» (бога Солнца). Памир одна из высочайших горных систем мира, высшая точка Памира — расположенный на территории Китая пик Конгур (высота 7719 м).

ПАМИР и ВОВ 1941 – 1945 года.

К началу Великой Отечественной войны в Таджикистане дислоцировалось 2 пограничных отряда НКВД: Таджикский и Памирский, а также отдельные Шурабадская, Калай-Хумбская и Мургабская комендатуры, 7-я Окружная школа младшего начальствующего состава Пограничных войск НКВД.Для борьбы против вторжений вооруженных групп афганцев и с басмаческими элементами в Сталинабаде (ныне – Душанбе) сформировали 43-й пограничный полк и пограничный отряд; 15-ю и 26-ю отдельные комендатуры укомплектовали до штата. В состав Памирского отряда дополнительно вошли одна комендатура, три линейные заставы, была увеличена численность двух линейных застав. В целях улучшения руководства пограничными частями приказом НКВД СССР от 5 июня 1943 года управление пограничных войск Среднеазиатского округа было переименовано в управление пограничных войск Таджикского округа с передислокацией руководства в Сталинабад (Душанбе). В целях улучшения руководства пограничными частями Среднеазиатский округ в 1943 году был разделен на два: Таджикский и Киргизский. Численность Таджикского округа возросла до 1548 человек. В его составе было сформировано 6 разведпостов, 22 заставы, увеличен штат 88 линейных застав.

История ПВ КГБ СССР.
Приказом МВД СССР от 24 февраля 1954 года Таджикский округ снова переформируется в Среднеазиатский пограничный округ. 3 октября 1955 года Указом Президиума Верховного Совета СССР отличившиеся в бою при ликвидации вооруженной банды нарушителей на среднеазиатской границе в Таджикистане подполковник Ю.М. Найденко, майор В.М. Серебренников и старшина В.А. Полыгалов были награждены орденом Красной Звезды, а сержанты В.А. Кувалдин, Л.Г. Морозов, рядовые С.Л. Шарипов, Н.С. Боинин и Н.М. Шестаков – медалью «За отвагу.
В целях дальнейшего совершенствования руководства охраной государственной границы ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли по становление № 267-92 от 5 марта 1963 года «О реорганизации структуры пограничных войск». В соответствии с этим постановлением КГБ при Совете министров СССР 13 марта 1963 года издал приказ, согласно которому на базе Среднеазиатского и Туркменского округов был создан Среднеазиатский пограничный округ с местом дислокации управления в Ашхабаде. В Душанбе формируется оперативно-войсковой отдел, подчиненный Среднеазиатскому округу. За успехи в выполнении служебно-оперативных задач и высокие показатели в боевой и политической подготовке Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1974 года Среднеазиатский пограничный округ был награжден орденом Красного Знамени.

43-й КАВАЛЕРИЙСКИЙ.
Немалый вклад в дело охраны рубежей Родины и победы на фронте внесла расположенная в Сталинабаде (Душанбе) 7-я Окружная школа младшего начальствующего состава службы собак ПВ НКВД Среднеазиатского округа. Место ее дислокации - на территории таджикского сельхозтехникума южнее города. В сентябре 1942 года на базе этой школы был сформирован 43-й учебный кавалерийский полк Пограничных войск НКВД. Полк состоял из 4-х сабельных эскадронов, пулеметного эскадрона, артиллерийской батареи, эскадрона связи, транспортного эскадрона, саперного, комендантского взводов, взвода ПВО и оркестра. До марта 1945 г. полком командовал майор Павел Захарович Топорашев, который еще в 20-30-е годы принимал активное участие в борьбе с басмачеством, сражался с бандами Ибрагим-бека, Джанибек-Ходжи, Рахман-Додхо, Гайб-Пансата. Во время войны, как говорилось выше, на территории Афганистана активизировались и бандформирования, которые активно подстрекались на провокации немецкой агентурой. 43-й кавполк, как резерв округа принимал участие в боевых действиях по ликвидации бандгрупп на границе и в приграничных районах республики.
15 ноября 1942 года из состава полка на участке Калай-Хумбской пограничной комендатуры в Тавильдару для поимки и ликвидации бандгрупп от эскадронов было откомандировано по одному взводу в составе 46 человек в каждом. Личный состав со своими задачами справился, бандгруппы были ликвидированы.
С 7 мая по 5 августа 1943 г. в распоряжение начальника областного НКВД г. Куляба было откомандировано 62 кавалериста в составе 2-х кавалерийских взводов под командованием командира 3-го эскадрона старшего лейтенанта В. М. Голубева для поимки и ликвидации бандгрупп. И это ответственное задание было успешно выполнено.
Всего только за один 1943 год подразделения полка 13 раз выходили на выполнение боевых задач по охране и обороне таджикско-афганской границы. По окончании войны в октябре 1945 г. 43-й кавалерийский учебный полк НКВД был переформирован в 43-й отдельный кавалерийский дивизион ПВ НКВД.

В течение всей Великой Отечественной бойцы Таджикского пограничного округа несли службу в крайне сложных условиях, задерживали шпионов и диверсантов, громили бандитские шайки, смело вступали в боевые столкновения с вооруженными контрабандистами. С 1941 по 1945 гг. только в центральных районах Таджикистана им удалось выявить 40 законспирированных агентов немецкой разведки; в 1942 г. - 14 агентов; в 1943 - 7 агентов и 2 пособника фашистов; в 1944 - 4 агента и 12 лиц, служивших на командных должностях в гитлеровской армии, полиции и карательных подразделениях и позже нашедших убежище в Таджикистане, бежав из освобожденных Красной Армией областей.
Так, с 1941 по 1945 гг. на участке Памирского пограничного отряда произошло 70 боевых столкновений, задержано 50 шпионов и диверсантов, 178 нарушителей границы, большую часть которых составляли банды, прорывавшиеся из Афганистана.
Для укрепления охраны границы на юго-востоке в Киргизии по приказу НКВД от 5 июня 1943 года во Фрунзе сформировали Управление пограничных войск НКВД Киргизского округа. В его состав вошли отдельные пограничные комендатуры: Алай-Гульчинская, Пржевальская и Нарынская. Управление последней вскоре переформировали в управление отряда. Первым начальником войск Киргизского погранокруга стал генерал-майор АЛ. Прусский.
Из ИСТОРИИ ПВ КГБ СССР.
Управление пограничных войск НКВД СССР Среднеазиатского округа.
Реорганизация пограничных войск округа 22.06.41 г. - 26.04.42 г.
26.06.41 г. согласно мобилизационному плану сформирован 45-й резервный кавалерийский полк пограничных войск НКВД СССР (г. Сталинабад) и 190-й отдельный кавалерийский дивизион ПВ НКВД СССР (г. Ош).
Конец 1941 г. произведено частичное усиление 26-й Отдельной Мургабской комендатуры войск НКВД СССР.
Начало 1942 г. 45-й резервный кавалерийский полк пограничных войск НКВД СССР убыл в состав Грузинского округа, вместо него в г. Сталинобаде на базе 7-й Окружной школы младшего начальствующего состава служебного собаководства сформирован 43-й пограничный полк НКВД СССР, 15-ю и 26-ю отдельные пограничные комендатуры укомплектовали до штата.
Состав округа на 27.04.42 г.
Начальник полковник М.М. Рындзюндский

Штаб (г. Ташкент)
Отдельная рота связи пограничных войск НКВД СССР (г. Ташкент)
Окружная школа младшего начальствующего состава (ОШМНС) пограничных войск НКВД СССР
Отдельная автотранспортная рота пограничных войск НКВД СССР (г. Ош)
8-я отдельная авиационная эскадрилья пограничных войск НКВД СССР (г. Ташкент)
48-й Таджикский Ордена Ленина пограничный отряд НКВД СССР (Таджикская ССР, г. Пяндж)
66-й Памирский пограничный отряд НКВД СССР (Таджикская ССР, г. Хорог)
81-й Термезский пограничный отряд НКВД СССР (Узбекская ССР, г. Термез)
13-я Отдельная Шуроабадская пограничная комендатура войск НКВД СССР (Таджикская ССР, г. Шуроабад)
14-я Отдельная Алай-Гульчинская пограничная комендатура войск НКВД СССР (Киргизская АССР, нп. Гульча)
15-я Отдельная Калай-Хумбская пограничная комендатура войск НКВД СССР (Таджикская ССР, нп. Калай-Хумб)
16-я Отдельная Пржевальская пограничная комендатура войск НКВД СССР (Киргизская АССР, г. Пржевальск)
18-я Отдельная Тарабадская (Нарынская) пограничная комендатура войск НКВД СССР (Киргизская АССР, г. Нарын или Тарабад)
26-я Отдельная Мургабская пограничная комендатура войск НКВД СССР (Таджикская ССР, г. Мургаб)
190-й отдельный кавалерийский дивизион ПВ НКВД СССР (г. Ош)
43-й пограничный полк НКВД СССР (г. Сталинобад)

В состав Киргизского Пограничного Округа НКВД входили 26 Отдельная Мургабская ПК (на ее базе в 1974 году создан 35 Мургабский ПО,КВПО),14 Отдельная Алай - Гульчинская ПК (Ошская ПК (на ее базе в 1967 году создан 131 Ошский ПО),18 Отдельная Тарабатская (Нарынская) ПК (на ее базе создан 96 Нарынский ПО) и 16 Отдельная Пржевальская ПК (на ее базе создан 129 Пржевальский ПО.КВПО).
. В 1963 году на базе оперативно-войсковой группы организовали управление Восточного пограничного округа. За короткий срок, в течение двух лет, были сформированы управления отрядов в Оше, Нарыне, Пржевальске, Чундже, Уч-Арале, Курчуме, а в 1973 году - в Мургабе. С 1985 года стало функционировать управление Ишкашимского погранотряда (первый начальник отряда - В.Е. Проничев).
Историческая летопись Ошского пограничного отряда начинается еще со времен становления Советского Союза. 24 декабря 1924 г. в составе Туркестанской дивизии была образована Жалал-Абадская самостоятельная комендатура, которая в 1926 г. была переименована в Ошскую комендатуру. Позже, в 1936 г. Ошская комендатура была преобразована в 14 Алай-Гульчинскую пограничную комендатуру, а 15 июня 1967 г .комендатуры Мургаб и Гульча были объединены и на их базе создан Ошский пограничный отряд. 15 июня 1967 года Приказом Председателя КГБ при СМ СССР был создан 131 пограничный отряд в составе Краснознаменного Восточного пограничного округа.

В соответствии с приказом НКВД СССР от 29 июня 1941 года №00837 о формировании 15 стрелковых дивизий для РККА. Алай-Гульчинская, Ташрабатская и Пржевальская пограничные комендатуры направили для укомплектования формируемых соединений часть личного состава. Уже спустя месяц сформированные дивизии вели ожесточенные бои с немецко-фашистскими войсками. Всего за время войны из состава 14-й Алай-Гульчинской и 18-й Ташрабатской пограничных комендатур на фронт была направлена 1 тысяча 19 пограничников. Отправка людей на фронт, по сути, означала повышение служебной нагрузки на тех, кто продолжал охранять государственную границу, а обстановка на которой вызывала тревогу.

Обстановка в пограничных районах Таджикистана и Кыргызстана осложнялась и причинами внутреннего характера. С первых дней войны здесь начали оседать местные жители, стремившиеся уклониться от призыва в Красную Армию. Некоторая их часть переходила на нелегальное положение, объединялась в бандгруппы, вооружалась, нападала на склады, магазины, колхозы, совершала террористические акты.
Боясь ответственности за совершенные преступления, эти группы стремились прорваться через границу на территорию Афганистана и Западного Китая. В 1942-1943 годах на участке Алай-Гульчинской пограничной комендатуры пограничниками было задержано 507 нарушителей государственной границы.

Нападение Германии на Советский Союз резко изменило настроения афганской элиты. Афганские военные разработали план военной экспедиции на советскую территорию: предполагалось, что большинство частей Красной Армии из Средней Азии будет переброшено на западный фронт. В сентябре 1941-го началось развертывание в северных афганских провинциях опорных пунктов Абвера по переброске диверсионных групп на советскую территорию. В ноябре того же года руководство Афганистана отдало распоряжение о выдаче оружия части эмигрантских формирований в районе советско-афганской границы. Банды различной численности, в предвоенные годы периодически производившие бандитские налеты на Восточный Памир, с началом войны заметно активизировались.
Надо признать, что к 40-м годам недобитые представители басмаческого движения, какой бы то ни было серьезной социальной базы в республиках Советской Средней Азии, уже не имели (за исключением отдельных горных районов). Если в 20-е начало 30-х гг народ был сильно недоволен допущенными перегибами гражданской войны и коллективизации, что сильно настраивало его против советской власти, то к концу 30-х гг подавляющее большинство населения осознало и приняло все преимущества социалистического строя, а потому бредовые идеи лидеров эмиграции о возможности организации ими в Средней Азии "всенародного восстания", были направлены не столько на конкретные дела, сколько на выуживание у немцев и японцев денег, ради решения шкурных вопросов личного обогащения. Многие из них прекрасно понимали, что установление в советских республиках феодальных порядков, уже отживших свою историческую эпоху, возможно только через поголовное уничтожение советских людей, а осуществить это без помощи прямой немецкой оккупации было невозможно. В целом за весь период войны во внутренних районах Таджикистана сколь-нибудь серьезного политического бандитизма не было. Вместе с тем, отдельные дезертиры из Красной Армии и лица, уклонившиеся от призыва, создавали преступные группы, уходили в горы и терроризировали населения. В центральных районах Таджикистана за годы войны чекисты смогли выявить и 40 законспирированных агентов немецкой разведки; в 1942 году - 14 агентов; в 1943 - 7 агентов и 2 пособника фашистов; в 1944 году - 4 агента и 12 лиц, служивших на командных должностях в гитлеровской армии, полиции и карательных подразделениях. В годы Великой Отечественной Войны афганскую границу охранял и защищал весь народ. В первые месяцы войны значительная часть рядового и командного состава погранотрядов была отправлена на фронт, и на заставах зачастую оставалось лишь по 6-7 пограничников. У телефонов дежурили жены офицеров. Хотя с первых дней войны нарушения границы и участились, но благодаря надежной опоре на местных жителей приграничья, пограничники в целом удерживали ситуацию под контролем. Тем не менее, на границе деструктивные элементы настойчиво пытались проникнуть на советскую территорию. Активизировались шпионы и диверсанты, вновь появились на границе крупные банды, а вооруженные столкновения опять стали нормой охраны госграницы. При поддержке германской и японской агентуры вновь активизировались на восточном Памире вооруженные отряды киргизского племени хандырша, расселенного в Ваханском коридоре Афганистана. Налеты на советскую территорию афганских киргизов поражали своей дерзостью, жестокостью и имели систематический характер.
Из доклада Нач. Управления Погранвойск СССР генерал-майора Яценко от 30 октября 1941 года руководству страны: " При поддержке германской и японской агентуры активизировались на Восточном Памире вооруженные отряды киргизского племени хандырша , расселенного в Ваханском коридоре Афганистана. 16 октября 1941 года банда под предводительством Аильчибекова Игамберды прорвалась на территорию Мургабского района, угнано 68 голов колхозного крупно рогатого скота. В тот же день поисковая группа во главе с политруком Садовничим на участке первой заставы Мургабской комендатуры имела боесталкновение с бандой в 35 человек,уничтожено 8 бандитов,захвачено в плен 6 бандитов,в том числе брат главаря банды Ахметов Знабетдин. 18 октября 1941 года принятыми мерами эта банда была ликвидирована. В результате операции были уничтожены 64 бандита,в том числе и главарь банды Зиянутдин Ахмедов, видный басмаческий главарь Егамберды Аильчибеков, афганский резидент Сайфутдин Худайбердыев".
Из архивных данных НКВД по ГБАО, Таджикистан за 1941год по 26 отдельной Мургабской камендатуре :
“Так, в ночь с 8 на 9 сентября 1941 года в районе озера Булун-Куль Мургабского района (Памир), в кибитке местного жителя были убиты младший помощник начальника отделения 26-й отдельной пограничной комендатуры войск НКВД Урунбаев и красноармеец Дубовицкий. Убийство совершила группа киргизских эмигрантов в количестве 14 человек. Забрав у убитых оружие, обмундирование и документы, группа безнаказанно ушла в Афганистан. В ночь на 14 сентября 1941 года эта же группа перешла вновь на нашу территорию с целью увести в Афганистан своих родственников и скот. При отходе банда была обстреляна пограничным нарядом, трое бандитов убиты, а остальные ушли за кордон, угнав с собой 68 голов колхозного скота. Со стороны пограничников также были потери: один красноармеец убит и ранен сержант.
16 сентября 1941 года поисковая группа во главе с политруком Садовничим на участке первой заставы имела столкновение с бандой, численностью в 35 человек, пытавшейся прорваться на нашу территорию.
18 сентября 1941 года в 19 часов на участке Сосык-Куль огнём банды с афганской территории убит секретарь партийного бюро пограничной комендатуры Майбородский и ранен один красноармеец.
В течение дня – 19 сентября 1941 года в этом районе проходила перестрелка между бандой с афганской территории и советскими пограничниками. В боях только за этот день убито 5 красноармейцев и политрук Садовничий. Бандиты захватили 11 седел и полевую радиостанцию и скрылись на афганскую территорию.
Принятыми чекистами оперативными мерами 18 октября 1941 года эта банда была ликвидирована. В результате операции убито 64 бандита, в том числе главарь банды Зиянутдин Ахмедов, видный басмаческий главарь Егамберды Аильчибеков, крупный басмач– афганский резидент Тургунбай Худойбердыев и другие. Захвачено в плен 7 басмачей, в том числе видный организатор бандитских формирований на Памире -афганский резидент Сайфутдин Худойбердыев, он же Аскар-Козы. Изъято 12 единиц оружия, радиостанция, ранее захваченная у пограничников, 33 лошади и до 4-х тысяч голов скота.
Следствием было установлено, что организатором банды являлся Зиянутдин Ахмедов, бывший басмач, в 1932 году бежавший в Кашгар (Китай), а в 1934 году через Афганистан пробравшийся на территорию Советского Памира.
По показаниям задержанных басмачей банда намеревалась, увеличив в Афганистане свою численность за счёт эмигрантов из Советского Союза, вести организованную борьбу с Советской властью.
В Афганистане главари банды связались с видными организаторами бандитских формирований, которые обещали им свою помощь в борьбе против Советов”.
С 1941 по 1945 год на участке Памирского пограничного отряда произошло более 70 боестолкновений, задержано 50 шпионов и диверсантов.
Боясь ответственности за совершенные преступления, эти группы стремились прорваться через границу на территорию Афганистана и Западного Китая.
В 1942-1943 годах на участке Алай-Гульчинской пограничной комендатуры пограничниками было задержано 507 нарушителей государственной границы.
Исходя из роста напряженности в Памирском направлении, возможности вооруженного вторжения с территории Афганистана на юге Кыргызстана, осенью 1941-го был сформирован 190-й отдельный кавалерийский дивизион. Дивизион, укомплектованный из числа личного состава пограничных комендатур и за счет призыва на военную службу жителей Ошской области, без работы не остался.
Со 2 июня по 7 августа 1942 года подразделения 14-й Алай-Гульчинской пограничной комендатуры и сабельный взвод 190-го отдельного дивизиона из 35 сабель под командованием старшего лейтенанта Говорова провели операцию по ликвидации бандшайки в Чон-Алайском районе Ошской области численностью до 70 человек.
С 10 по 21 сентября 1942-го проводились войсковые мероприятия по уничтожению банды, действовавшей неподалеку от Гульчи. В ходе ее ликвидации уничтожено 64 бандита во главе с афганским резидентом.
9-18 января 1943 года сабельный взвод под командованием старшего лейтенанта Т.А.Ларькина проводил боевую операцию по ликвидации бандшайки численностью 38 человек. Красноармеец Тургун Халилов в ходе этой операции вынес с поля боя раненного товарища, оказал первую медицинскую помощь, вернулся на боевую позицию и продолжил ведение огня.
И в завершение в 1944-м обострилась обстановка на границе с Западным Китаем, приведшая к провокациям и боестолкновениям. Только благодаря действиям руководства СССР, советской дипломатии и разведки, бдительности и решительности пограничников широкомасштабная агрессия на южных рубежах страны была предотвращена.
Из истории ПВ КГБ СССР.

Управление пограничных войск НКВД СССР Казахского округа.

Реорганизация пограничных войск округа 22.06.41 г. - 26.04.42 г.
Состав округа на 27.04.42 г.

Начальник ?

Штаб (г. Алма-Ата)
Отдельная рота (отдельный взвод) связи пограничных войск НКВД СССР (г. Кзыл – Орда)
ОКПП (г. Алма-Ата)
Окружная школа младшего начальствующего состава (ОШМНС) пограничных войск НКВД СССР (г. Алма-Ата)
Окружной военный лазарет пограничных войск НКВД СССР (г. Алма-Ата)
3-я отдельная авиационная эскадрилья пограничных войск НКВД СССР (г. Алма-Ата)
Авиаремонтная мастерская (г. Алма-Ата)
11-й Краснознаменный ремонтно-кавалерийский полк пограничных войск НКВД СССР (г. Алма-Ата)
30-й Бахтынский Краснознаменный пограничный отряд НКВД СССР (г. Бахты)
49-й Джаркентский пограничный отряд войск НКВД СССР (г. Джаркент)
50-й Зайсанский пограничный отряд войск НКВД СССР (г. Зайсан)
10-я отдельная пограничная комендатура НКВД СССР (с. Урыль)
11-я отдельная пограничная комендатура НКВД СССР (г. Лепсинск)
12-я отдельная пограничная комендатура НКВД СССР (с. Сарыджасс).

В 1953 году Киргизский округ был упразднен,а Фрунзенский отряд и участок границы на территории республики был передан Казахскому пограничному округу.С 26 февраля 1954 года Казахский пограничный округ переименован в Восточный пограничный округ.В его составе было 6 пограничных отрядов, а вскоре в состав округа был передан 119-й отряд из Среднеазиатского пограничного округа. Протяженность зоны ответственности округа составила 3919.2 км .В июне 1957 года Восточный пограничный округ приступил к охране государственной границы проходящей на территории РСФР ,Казахстана, Киргизии, Таджикистана, на протяженности 4175,2 км. , т. е. всей советско - китайской границы на восточном направлении. Приказом КГБ при Совете Министров от 22 января 1960 года Восточный округ переформирован в Оперативную группу (ОГ) погранвойск КГБ при Совете Министров СССР. Приказом КГБ при Совете Министров от 13 марта 1963 года из ОГ в Алма-Ате вновь восстановлен Восточный Пограничный Округ.
Начальником войск округа был назначен Герой Советского Союза ,генерал- майор Матвей Кузьмич Меркулов, нач. политотдела – полковник Щур В.Т. , нач. штаба – полковник Колодяжный В.И.За десятилетие с 1960-х г.г. общая численность войск округа увеличилась почти в 8 раз и число отрядов возросло в 2,5 раза, застав в 3,5 раза. С 1963 года по 1970 год количество единиц различного вооружения в войсках возросло в 14 раз, самолетов и вертолетов в 8 раз, бронетанковой техники в 8 раз.

23 июля 1973 года сформирован 35 Мургабский пограничный отряд Восточного ПО (на базе комендатуры 131 Ошского пограничного отряда). В 1980-1985 г.г. подразделения отряда принимали участие в боевых действиях на территории Афганистана. С 1985 г. отряд подчинен Оперативно-войсковой группе Восточного ПО. В период с 1992 г. по 2004 г. отряд входил в состав Группы пограничных войск РФ в Республике Таджикистан. В 2004 году отряд передан в состав Комитета по охране госграницы РТ.

[aleksandr 196101]

На фото:1. Наказной атаман Семереченского казачества генерал-майор Ионов М.Е.,2.Личный состав первого Шаджанского пограничного отряда на Памире,3.Мемориальный комплекс погибшим в годы Великой Отечественной войны в к. Мургаб .

В мае 1893 г. выпускник Финляндского кадетского корпуса подпоручик Эдуард Кивикэса, в составе Русского экспедиционного отряда военного отряда генерала Михаила Ионова впервые попал на Памир, где принял участие в боевых действиях против афганцев, которые под натиском русских войск были изгнаны с Памира. Среди участников были Л.Г. Корнилов и Н.Н. Юденич, будущие вожди Белой армии. В мае 1896 года поручика Э.К. Кивикэса направили младшим офицером в сменный Памирский отряд, которым командовал капитан Эггерт. Его назначили начальником Шугнанского поста, штаб которого он расположил на берегу реки Гунт. 18 мая 1897 годового срока, по рекомендации капитана Эггерта, назначили начальником нового сменного Памирского отряда. Кивикэс еще в Ташкенте ставит вопрос о том, чтобы перенести штаб Памирского отряда в село Хорог, расположенное в 300 километрах западнее Шаджана. Бывшие начальники Памирского отряда В. Н. Зайцев и А. Г. Скерский выступили против этого предложения, назвав предложенное место капканом. «Кому кап*кан, а кому крепость», — отпарировал Кивикэс. Он считал крайне важным расположиться среди местного таджикского населения, иметь с ним дружеские отношения, и в то же время находиться вблизи границы с Афганистаном, держать под постоянным наблюдением не только собственную приграничную территорию, но и сопредельную. Тем самым Кивикэс фактически наметил контуры новой концепции защиты границы государства. Он доказал свою правоту, и штаб был перенесен весной 1899 г. в Хорог. На Восточном Памире Кивикэс не только сохранил, но и расширил военное укрепление. В том же году он провел перепись населения Памира и имущества жителей. Он считал это необходимым как в военном плане, так и с точки зрения будущих практических мер, направленных на социально-экономическое развитие края.
В 1899 г. бухарские власти при попустительстве России официально ввели для жителей Западного Памира всевозможные повинности, подати и тяжелые налоги. Кивикэс решительно встал на сторону местного населения, он бескомпромиссно защищал бадахшанцев и нередко вступал в конфликт с бухарскими властями. В 1907 г. Кивикэса наградили орденом Св. Владимира 4-й степени — «за отличия мирного времени, выходящие из круга обыкновенной служебной деятельности». Став начальником пограничного отряда, как отмечается в служебной характеристике, Кивикэс, «благодаря выдающейся работоспособности и энергии поставил отряд, разбросанный по постам на сотни верст, во всех отношениях на должную высоту».
«Не меньшую заботливость, чем к своим солдатам, проявляет подполковник Кивикэс к мирному населению. Благодаря своему рыцарскому бескорыстию, широкой материальной поддержке бедняков и доступностью для всех он снискал любовь и уважение всего населения. Командир Памирского отряда проводит арыки и орошает поля, увеличивая площадь посевов; выдает заимообразно зерно на посев полей, знакомит памирцев с разведением и пользованием картофелем, капустой, бураками и прочими непривычными в горах продуктами… оказывает большое влияние на распространение культуры среди населения. С 1904 по 1911 гг. Александр Владимирович Муханов являлся начальником Памирского отряда.
Установка и запуск в 1914 г. на реке Гунт первой в Средней Азии электростанции произошли под командованием начальника Памирского отряда подполковника Григория Андреевича Шпилько. Он же первым исследовал и дал название появившемуся после 8-балльного землетрясения в ночь с 5 на б февраля 1911 г. Сарезскому озеру. Отсутствие данных о завале и о той опасности для населения, которую может представлять прорыв озера, – побудил начальника Памирского отряда лично во главе небольшой экспедиции «из чинов отряда» посетить завал и озеро.
Начальник Памирского отряда полковник Иван Дионисьевич Ягелло много сил вложил в управление краем. Он оказывал помощь голодающим памирцам, следил за улучшением оросительной системы, расширением посевных площадей. Выделял дехканам инструмент, семена и ссуды, поддерживал местную школу одеждой, питанием, учебниками. Его приказом были запрещены подношения и подарки со стороны местного населения различным чинам русской администрации. Ягелло проявил себя как выдающийся ученый-востоковед. Им помимо научных работ подготовлен ряд словарей, пособий по изучению восточных языков.
Во второй половине апреля 1917 г. в Хороге был образован Общепамирский комитет Временного правительства. В августе 1917 г. Туркестанс¬кий комитет Временного правительства направил на Памир отряд под командованием полковника С. Фетина.
Октябрьскую революцию 1917 г., как и установленную на Памире через год – в ноябре 1918 г. Советскую власть, командование отряда не приняло. В конце ноября 1918 г. органы власти Временного правительства распались. Полковник С. Фетин отказался выполнять распоряжения управляющего обороной военного комиссариата Туркестана и вместе с 32 офицерами и солдатами, забрав денежные средства, имевшиеся в отрядной кассе, покинул Хорог и эмигрировал в Индию.
Временное командование Памирским отрядом принял на себя капитан Юнк. Отряду придавалось особое значение, поэтому СНК Туркестанской АССР выделил на финансирование Памирского отряда 116141 рубль 53 копейки.
Для укрепления позиций белогвардейцев на Памире генерал А.В. Муханов направил в Хорог отряд под командованием полковника Тимофеева. Осенью 1919 г. Советская власть на Памире была свергнута.
С 1904 по 1911 гг. Александр Владимирович Муханов являлся начальником Памирского отряда. После революции воевал против большевиков в составе местных повстанческих отрядов в Туркестане, затем перешел на сторону советской власти, служил помощником 2-й Туркестанской дивизии РККА. В период командования Памирским отрядом. осенью 1909 г. в Хороге через реку Гунт подполковник Муханов организовал строительство моста, облегчившего путь из Хорога до Рошт-Калы, Ишкашима и Лянгара. В 1910 г. были завершены работы по открытию колесного движения от Хорогского до Памирского поста.
Летом 1919 г. для охраны границы на Памире и Тянь-Шане в Ташкенте создается из добровольцев Памирский пограничный отряд, который в июле 1919 г. прибыл в Ош для дальнейшего следования на границу. Но ввиду ак¬тивных действий местных повстанцев в Ошском регионе, был остановлен для укрепления гарнизона города. В ходе наступления на Ош антибольшевистских, объединенных сил крестьянских отрядов Монстрова и вождя повстанческого движения Ферганы Мадаминбека большая часть Памирского отряда перешла на их сторону.
В апреле 1920 г. после неудачных боев с частями Красной Армии отряды Мадаминбека захватили Памирский пост в Мургабе и расстреляли всех русских офицеров и солдат, в том числе капитана Юнка.
Узнав о нападении повстанцев на Памирский пост, полковник Тимофеев принял решение с остатками отряда уходить в Индию.
В конце июня 1920 г. революционный отряд А. Наврузбекова захватил Хорогский пост. Начальником Хорогского поста и одновременно Памирского отряда был избран врач Памирского отряда Вичич, а спустя месяц бывший военнопленный венгр П. Пацнер.
Весной 1921 года решено было в первую очередь закрыть Ферганский участок границы с Китаем, чтобы изолировать басмачество этого района от прямой английской помощи из Синьцзяна (Кашгара) и из Афганистана и Индии через Памир. В районе городов Ош, Андижан, Джалал-Абад в те дни бесчинствовали крупные банды курбашей Юнусали, Казакбая, Ахматпалвана, Юлчи, Парни, Тюряджана и многих других.
Долго в секрете цель наших приготовлений нельзя было удержать, потому что выполнить намеченное без участия местного населения конечно же не представлялось возможным, а у главарей шаек в городах и селениях находились свои люди. Формирование 2-й бригады и Памирского отряда проходило в условиях изнурительной борьбы. Главной базой формирования Ферганской группы пограничных войск был избран небольшой в то время городок Ош .Наконец в начале августа первая советская Памирская экспедиция двинулась в путь….
Памирский отряд в 300 человек, разбившись на заставы, со всеми припасами на годичный срок должен был пробиться и остаться на Памире, чтобы прикрыть границу. Через Алайский и Заалайский хребты до самого Памира его с боями провели два кавалерийских полка полевых частей и усиленный отдельный батальон войск ВЧК в 860 штыков.
Отряд прошел через Гульчу, кишлак Суфи-Курган и далее к границе, оставив в ряде мест пограничные заставы, создав тем самым преграды на путях движения басмаческих шаек и лишив их возможности беспрепятственного ухода за кордон и прорыва оттуда. Эти мероприятия способствовали ликвидации басмачества.
В ожесточенных боях под Кызыл-Коргоном, перевалом Талдык и у Ольгина луга нашим отрядам удалось нанести басмачам столь значительный удар, что они оказались как бы парализованными и большого организованного сопротивления не смогли оказать. Поэтому дальнейший переход через Алайскую долину и Заалайский хребет был менее трудным.
По Памиру пограничный отряд двигался уже без сопровождения. 300 героев-чекистов впервые в истории встали на охрану государственной границы на самом сложном и важном участке в Средней Азии. Встали там, где им было приказано, и стояли стойко, насмерть.
Первая советская Памирская экспедиция сыграла немалую роль в дальнейших событиях и особенно в становлении Советской власти в этом крае.
Население края впервые весомо и зримо ощутило, что такое власть Советов. У людей стала спадать пелена с глаз, исчезла рабская покорность перед извечными угнетателями. Росли ряды наших друзей, они увидели Советскую власть, которая сумела пробиться в считавшиеся недоступными районы и сбить с них оковы. Это был главный политический результат экспедиции.
Не менее важен и ее военный итог. Памирский участок государственной границы впервые был занят и закрыт советской пограничной охраной. Это затрудняло прямые и косвенные связи басмачей с иностранными покровителями.
Укрепление Советской власти на Памире привело к расколу киргизского басмачества. Значительная часть киргизов, возглавляемая Кадырбеком Камчибековым и Джамшитом Карабековым, не только безоговорочно перешла на сторону Советской власти, но и вступила в вооруженную борьбу с басмаческими главарями — Муэтдинбеком и Джаныбеком. Это также сыграло немаловажную роль в развертывании последующих событий. Экспедиция в горы Тянь-Шаня под руководством известного в те годы в Фергане командира бригады товарища Кужело, чеха по национальности, дала замечательный результат. Объединив под своим командованием киргизские отряды Джамшита Карабекова и Кадырбека Камчибекова, комбриг Кужело зажал многочисленную банду курбаши Муэтдинбека в Кичик-Алае. Не имея выхода, пытаясь соединиться с долинными отрядами курбашей, Муэтдин-бек спустился с гор в район Науката и попал в подготовленный для него капкан. В жестоких боях он был окончательно разбит и с остатками шайки сдался. Другой крупный феодал, Джаныбек Казы, не стал дожидаться своей очереди и со своей бандой откочевал в Синьцзяи.
Так в 1923 году стало возможным окончательно закрыть и этот участок государственной границы. Все крупные банды в Ферганской долине были разгромлены.
Как и везде, огромную роль в борьбе с басмачеством в этом районе сыграли органы ВЧК. Особый отдел города Ош под руководством товарища Колосова развернул активную работу среди населения прилегающей части Ферганской долины и многих горных районов. В результате умелых, мужественных действий чекистов органы власти имели своевременное и ясное представление о составе басмаческих банд, их пособниках, связях и намерениях.
Еще несколько лет продолжалась борьба с закардонными бандами — осколками разгромленного басмачества и белогвардейщины. Но все меньше и меньше оставалось желающих подставлять свою голову под пули и клинки красных пограничников.
Одновременно с разгромом басмачей в Ферганской долине и на Алае крупные операции против вражеских банд проводились в Восточной Бухаре. Тысячные банды Ибрагимбека, муллы Абдукахара, Устанбека и других, неся большие потери под ударами наших полевых частей, тоже начали мельчать. Настало время закрыть государственную границу и по Амударье и Пянджу.
Командование войск ВЧК Туркреспублики, учитывая, что 2-я Отдельная пограничная бригада на Ферганском участке свою главную задачу выполнила, решило перебросить ее на афганскую границу. Весь состав 2-й Отдельной пограничной бригады, получив на усиление 1-й Оренбургский отдельный кавалерийский дивизион и 13-й Отдельный кавалерийский эскадрон, был переведен в город Термез.Пограничники не дошли до Памирского Поста 250 км.оставляя на местах царской пограничной стражи конные взвода для несения пограничной службы.
20 января 1931 г. в соответствии с приказом ОГПУ в Среднеазиатском округе созданы 66-й Хорогский и Памирский пограничные отряды .
Совет Народных Комиссаров 2 февраля 1939 г. принял постановление о реорганизации управления пограничных и внутренних войск НКВД СССР. Приказом НКВД СССР от 8 марта 1939 г. был создан Среднеазиатский округ пограничных войск. А 7 сентября 1939 г. в округе формируется 26-я отдельная Мургабская пограничная комендатура . С апреля 1939 г. по октябрь 1942 г. округом командовал М.М. Рындзюнский.

[aleksandr 196101]

29 сентября 2013 года в центре поселка Мургаб Республики Таджикистан состоялось открытие мемориальной доски на месте, где в 1892-1893 годах стоял первый на Памире пограничный отряд Российской империи – Шаджанский.
Это был уникальный пограничный отряд. Просуществовав всего год, он укрепил позиции России в Средней Азии, умерил аппетиты Британии, Китая и Афганистана относительно Памира, присоединенного к Ферганской области Российской империи. «В центре Памира находиться позднее августа невозможно» — так писали британцы в те годы. Русские солдаты опровергли и это.
Шаджанский пограничный отряд, кроме военных целей, нес на себе функции первой метеорологической станции Императорского Русского Географического общества на Памире, а командир отряда Поликарп Алексеевич Кузнецов известен как один из первых исследователей Дарваза.
Место стоянки Шаджанского погранотряда ранее вызывало споры, теперь же это установлено благодаря обнаруженным ульяновцем Н.Захарчевым архивным документам и фотографиям из архива семьи Снесаревых, которые были переданы Евгенией Андреевной Снесаревой в архив Института Востоковедения Академии наук (ИВАН) – ныне Институт Восточных рукописей РАН. Большую помощь в этом деле нам оказали внучка выдающегося русского геополитика и этнографа А.Е.Снесарева – Анна Андреевна, праправнучка легендарного генерала, «старого туркестанца» М.Е.Ионова – Н.Д.Кареева, писатель Б.Г.Белоголовый и ветеран погранвойск В.Сорокин. А на месте очень активно способствовали появлению этого памятного знака местные жители – руководитель Фонда им. Э.Кивикэса А.Бекмуроди, тележурналист Т.Гадомамадов, глава района М.А.Джожбаев, директор турфирмы «Pamir-Fortess Co» У.Абибов и сотрудник Таджикского национального парка Т.Акёлов.
Мемориальная доска была изготовлена членами Симбирской Губернской общины города Ульяновска, они же оплатили и дорогу в этот далекий край. С их стороны это была дань памяти земякам-симбирянам, служившим в этом отряде. Это первый памятный знак на Памире посвященный памяти русских солдат, основавшим погранстражу в этом далеком, суровом краю.

[aleksandr 196101]

На фото;1.Мемориальная доска на месте, где в 1892-1893 годах стоял первый на Памире пограничный отряд Российской империи – Шаджанский.
2.Штаб 26 Погранкамендатуры в Мургабе.
3. 35 Мургабский ПО.

Российские власти не хотели допустить, чтобы Памир был поделен между Великобританией и Китаем, и приняли решение немедленно взять его под свой контроль. Для этого летом 1891 г. в Маргелане был сформирован специальный отряд, состоявший из охотников (добровольцев) из 2-го, 7-го, 15-го, 16-го и 18-го Туркестанских линейных батальонов и 24 казаков из 6-го Оренбургского полка. Всего в отряде было 8 офицеров и 114 рядовых. Им командовал полковник Михаил Ионов. В состав отряда входили подполковник Бронислав Громбчевский и классный топограф Н. А. Бендерский, занимавшиеся научными исследованиями и картографированием.
В свою очередь, чтобы договориться с китайцами и следить за действиями русских на Памире, британское правительство послало на Памир экспедицию во главе с известным исследователем Центральной Азии гвардейским капитаном Фрэнсисом Янгхазбендом.
Отряд Ионова дошел до Базаи-гумбаза у северного подножья Гиндукуша, где между 14 и 17 августа 1891 г. произошла его встреча с экспедицией Янгхазбенда. Ещё ранее, у перевала Беик, отрядом Ионова был арестован британский лейтенант Девинсон, которого отправили его под конвоем в Маргелан. С Янгхазбенда же Ионов взял письменное обязательство покинуть Памир и более там не появляться, угрожая, что иначе он будет вынужден применить силу. Янгхазбенду пришлось подчиниться. После этого отряд Ионова двинулся в обратный путь, в город Ош. В связи этим инцидентом британский посол в Петербурге заявил протест и начались длительные российско-британские переговоры. В связи с угрозой установления российского контроля в Дардистане британское правительство решило при помощи военной силы занять ханства Хунзу и Нагар. Сафдар-Али-хан послал в Россию посольство с просьбой о помощи, но его просьба была отклонена, и в декабре 1891 г.Хунза и Нагар были заняты британскими войсками.
После ухода отряда Ионова китайцы и афганцы опять направили свои войска в долины рек Оксу и Аличур, что вынудило туркестанскую администрацию в 1892 г. опять отправить отряд Ионова на Памир. В его составе теперь было четыре пехотные роты добровольцев, три сотни казаков из 6-го Оренбургского полка, двухорудийный взвод Туркестанской конно-горной батареи и команда саперов.
2 июня 1892 г. отряд Ионова выступил из Маргелана и 17 июня прибыл к озеру Рангкуль. Там был китайский отряд, бежавший при приближении русских войск. 27 июня отряд Ионова встал биваком на берегу реки Оксу(Мургаб) около слияния её с рекой Акбайтал вблизи урочища Шаджан. Здесь Ионов получил сведения о нахождении афганского поста у впадения реки Аличур в озеро Яшилькуль и о готовящемся нападении китайской конницы на свой отряд в случае его продвижения к озеру. Ионов решил напасть на афганцев, а капитана Скерского выслал против китайцев. Скерский выбил китайцев из укрепления Ак-Таш в верховьях реки Оксу, а Ионов, после рукопашной схватки 12 июля, уничтожил афганский пост у Сума-Таша около озера Яшилькуль в долине реки Аличур.
После этого 25 июля Ионов отправился обратно на Оксу (Мургаб). Здесь, на месте прежнего бивака, он заложил укрепление и выслал капитана Скерского с полусотней казаков для разведки отдаленных районов Памира, где опять появились китайцы. 25 августа Ионов отправился в Фергану, оставив в новом укреплении Шаджанский отряд (160 человек пехоты и 40 казаков) капитана Кузнецова. Кузнецов установил с китайцами хорошие отношения. Весной 1893 г. его сменил новый отряд под командованием капитана Зайцева.
Весной 1893 г. афганцы начали появляться в Шигнане и Рошане, собирая с местного населения подать. В связи с этим в этот район был послан штабс-капитанС.Ванновский с двумя офицерами и десятью нижними чинами. В августе 1893 г отряд Ванновского у кишлака Емц наткнулся на афганский отряд Азанхана, который в 5 раз превосходил отряд Ванновского и не пропускал его в сторону Ванча. В результате произошел бой. В этом бою впервые были применены винтовки Мосина.[1]Афганцы отступили.
В 1892—1893 гг. британская экспедиция лорда Данмора и майор Роше прошла по пути отряда Ионова, и даже эксгумировала убитых и похороненных русским отрядом афганцев.
В 1894 г. на Памир были отправлены подкрепления под командой Ионова, уже в чине генерал-майора. Общие силы в его подчинении на тот момент состояли из 21 офицера, 411 нижних чинов и 119 казаков. В мае 1894 г. Ионов получил сведения о появлении афганских войск в Шигнане и Рошане и отправил туда отряд подполковника Н.Юденича — по реке Гунт и отряд капитана Скерского — по реке Шахдаре. Туда же был выслан казачий разъезд капитана Александровича.
Отряд Скерского (12 человек пехоты, 20 казаков, 2 орудия) 22 июля прибыл к границе Шигнана Там он был радостно встречен местным населением во главе с сыном правителя, который присоединился к отряду. Однако у крепости Рош-Кала 28 июля отряд Скерского был встречен огнем афганцев. 31 июля Скерский послал к крепости два отряда, и афганцы покинули Рош-Кала. Затем к ним подошло подкрепление, но и к отряду Скерского прибыла команда капитана Эттингена (60 пехотинцев, 12 казаков и пара пусковых станков с 32 осколочно-фугасными ракетами). После этого с 4 по 8 августа 1894 г. афганцы несколько раз пытались атаковать русских, но каждый раз попадали под их огонь и отступали. Наконец, 9 августа, афганцы скрытно ушли
27 февраля (11 марта) 1895 г. в Лондоне посол России и министр иностранных дел Великобритании обменялись нотами по вопросу раздела сфер влияния на Памире. Часть Памира отошла к Афганистану, часть — к Российской империи, а часть — к Бухарскому эмирату, подконтрольному России. Сферы влияния России и Великобритании разделил Ваханский коридор, отданный Афганистану. Российская экспансия в Средней Азии была завершена

[aleksandr 196101]

История - Точка возврата

Памир – грандиозный горный узел в центре Азии – "крыша мира", откуда радиальным топографическим узором расходятся не только могучие хребты Тянь-Шаня, Каракорума и Гиндукуша, но и многочисленные древние караванные пути-дороги. Формально Памир оказался в составе России еще в 1876 г. как часть территории ликвидированного Кокандского ханства. Но после присоединения основной его части – Ферганской долины – о Памире фактически целых пятнадцать лет не вспоминали, не установив здесь ни границ с соседними государствами, ни назначив администрации для населения. Однако с конца XIX в. Памир превратился в важнейший узел геополитических противоречий на юге Евразии. Здесь пришли в столкновение интересы четырех цивилизаций планеты: исламской; западной (атлантистской); конфуцианской (китайской) и славяно-православной. Причем интересы первой из них были представлены сразу двумя направлениями: исмаилитским (в лице бадахшанских таджиков) и суннитским (Бухарский эмират и Афганистан). Из числа действующих лиц геополитики в этом районе сразу можно вывести за скобки суннитское киргизское население Восточного Памира: 1.200 кочевников, проживавших здесь, не проявляло никакой политической воли. Суннитские силы ислама выступили на Памире в качестве союзников двух других цивилизаций: Афганистан, вторгшийся в 1883 г. в Шугнан, Рушан и Вахан – атлантистской Великобритании; Бухарское ханство, получившее в 1896 г. в обладание те же области Бадахшана – славяно-православной России. Самодостаточная, мощная конфуцианская цивилизация, представленная в то время Китаем династии Цин, занятого установлением утерянного на несколько десятилетий контроля над "западным краем" – Синьцзянем (историческая Кашгария, Восточный Туркестан, Малая Бухара), в конфликте за Памир участвовала вяло, оставив решение территориальных проблем на линии границы потомкам, – когда за спиной пять тысяч лет истории – можно не торопиться! И китайцы действительно решили свои "памирские" вопросы через сто пять лет, в 2000 году... Межцивилизационная борьба – понятие сложное и достойное кропотливой научной оценки, но в реальности конкретного времени и места все это вылилось в жестокие многолетние столкновения различных сил. Как и положено, в истории, "чубы затрещали", прежде всего, у простого народа: вошедшие в 1883 г. в "ничейный" (с точки зрения Великобритании) Горный Бадахшан афганцы установили над еретиками-исмаилитами оккупационный режим редкостной жестокости, невиданной, пожалуй, в Средней Азии со времен монголов. Исмаилитское население восстало под руководством своих духовных лидеров – пиров Шагнана Саида Наррухшо и Мирзо Ашрафа, а также пира Рушана Шахзода Хасана. Таджики-бадахшанцы обратились за помощью к России и Бухаре – безрезультатно: Петербургу мешали соображения отсутствия средств на сомнительные военные операции на "дикой окраине", а эмир бухарский смотрел на Петербург... В итоге собравшиеся с силами афганцы едва не истребили все население Шугнана и Рушана, тысячи семей вынуждены были бежать отсюда на Восточный Памир и в Ферганскую долину. Оставшееся население было обложено весьма своеобразной контрибуцией "живым товаром": около тысячи девочек было отправлено в Кабул в гаремы, сотни молодых шугнанок роздано афганским солдатам! На Восточном Памире заполнение геополитического вакуума также шло своим чередом: здесь появляются киргизские старейшины, назначенные из Синьцзяня, с киргизского населения собираются налоги в пользу цинского Китая. И, наконец, в дележе "ничейной" земли начинаются столкновения между афганскими и китайскими войсками, постройка теми и другими укреплений и постов. Трудно теперь сказать, что именно излечило от геополитической катаракты Петербург, но в 1891 г. взгляд российского политического руководства на далекий Памир, наконец, прояснился, деньги на войсковые операции найдены, и сюда был отправлен отряд из 120 солдат и казаков во главе с полковником М.Е. Ионовым. За 67 дней им было пройдено свыше 1900 км, населению подтверждена принадлежность этой территории России, а также выдворены с Памира английские разведчики Ф.Юнгхасбенд и А.Дэвисон. В следующем 1892 году решено было уже не ограничиваться рейдом, а учредить здесь постоянный пост. Небольшое подразделение под командованием штабс-капитана Кузнецова было оставлено на зимовку в местечке Шаджан. Именно с этого события и вел свою "родословную" Мургабский погранотряд российской погрангруппы, покинувший Восточный Памир в июле 2002 года. В 1892 г. китайские посты и афганские войска были выдворены с Восточного Памира и из Горного Бадахшана. В 1893 г. при впадении р. Акбайтал в р. Мургаб было построено укрепление "пост Памирский". С его появлением на Памире установилась постоянная административная русская власть, а также прекратились межплеменные распри и нападения на население из-за рубежа. Геополитические соображения Лондона и Петербурга отсудили Горный Бадахшан Бухарскому ханству в виде территориальной компенсации за переданный Афганистану левобережный Дарваз. Однако таджики-исмаилиты рассудили по-своему: "не желаем менять одних оккупантов (афганцев) на других (бухарцев)!" По своему отношению к еретикам-исмаилитам бухарский бек и его челядь мало отличались от чиновников из Кабула. После нескольких избиений бухарцев, постоянно прятавшихся от народного гнева на русских погранзаставах, эмир Бухары взмолился: возьмите "подарок" обратно и дайте взамен Горного Бадахшана чего-нибудь другое... хотя бы Самаркандскую область! Предвидя нервную реакцию Лондона на такой обмен, да и Самаркандская область в составе Туркестанского генерал-губернаторства была во много раз богаче Горного Бадахшана, Петербург не согласился, предложив оставить де-юре Шугнан, Рушан и Вахан в составе эмирата, но де-факто взял его под свое административное управление силами российских пограничников. Таким образом, примерно сто лет назад весь Памир и Горный Бадахшан оказались в составе России. Теперь – о днях сегодняшних. Не будем говорить о том, что покидать стратегическую точку в год славного юбилея – примета нехорошая: выдернут как раз тот "колышек", с которого началось геополитическое присутствие России на "крыше мира". Да и момент, и место для данного шага выбраны очень неудачно как для России, так и для главного ее союзника в Средней Азии – Таджикистана. Во-первых, если говорить о факте передачи Мургабского погранотряда строго в геополитических категориях, то картина получается неутешительная. На южном направлении российской геополитики Таджикистан играет важнейшую роль шарнира двух стратегических силовых осей (векторов): Москва-Тегеран-Душанбе-Кабул и Москва-Душанбе-Кабул-Дели. Как считает крупнейший представитель российского евразийского направления в геополитике А.Г. Дугин, "Таджикистан в процессе сближения русских и мусульман играет роль основной базы, причем его территория становится геополитической лабораторией, в которой сходятся два разнонаправленных импульса - исламский индоевропейского Юга и русский, идущий из Хартленда, с севера". В ряду этих геополитических функций в российской геополитике Памиру отводится особая роль. Во-вторых, для ядерной державы, претендующей на роль одного из главных геополитических игроков в регионе, неуместно любое понижение уровня своего военного присутствия. Здесь не мешает вспомнить, что с мая 2002 года вновь разгорелся тлеющий более полувека конфликт в Джамму и Кашмире; оба его участника в хорошей форме, а с 1998 г. начали поигрывать еще и "ядерными мышцами". Кроме того, достаточно посмотреть на карту Средней Азии – уже в глазах рябит от баз стран НАТО, и это страны, расположенные за тысячи километров отсюда! На это мудрые стратеги, принимающие решения по пограничным войскам и прочим вооруженным силам, обычно возражают словами главы МИДа России второй половины XIX в. – князя Александра Горчакова: " Россия просто сосредотачивается". В стране-де огромные экономические проблемы, нет средств, да и общественность об Азии уже почти забыла ("где она такая, Средняя Азия?!"). Но думаю, что от таких ссылок светлейший князь уже в гробу бы не раз перевернулся: сказаны эти слова в ответ на вопли европейских недоброжелателей России в связи с каждодневным ее усилением, а вовсе не в оправдание бегства из стратегических пунктов Евразии, якобы из-за недостатка средств. Что касается пресловутого недостатка на содержание стратегически важных участков геополитического периметра, то могу подсказать хотя бы один источник: до одного миллиарда долларов уходит незаконно каждый год из России в Грузию – "заткните" эту дыру, и хватит и на Памир, и еще на две базы в Камрани! В-третьих, уход с Восточного Памира опасен из-за продолжающегося конфликта в Афганистане, перешедшего в латентную, партизанскую фазу. Причем партизанские действия, как показали последние месяцы, направлены не только против международного (в основном – западного) контингента войск, а все более приобретают вид межэтнической потасовки между гражданами ИГА. Теперь добавим к этому то, что Таджикистан с передачей ему участка Мургабского погранотряда отвечает теперь не только за 502-километровый участок границы с КНР, но и за 150-километровый участок Ваханского коридора ИГА. Напомним, что создан был этот геополитический "аппендикс" в конце XIX в. Великобританией для отделения русских владений от Британской Индии. На Востоке пресловутый коридор упирается в территорию Китая и на всем протяжении 70-километрового участка перекрыт ледниками хребта Таг-Думбаш. Через него из Афганистана в Китай имеется всего только один, хорошо контролируемый перевал – Михман-джулы. В отличие от своей восточной оконечности северо-восточная сторона Ваханского коридора, входящая в состав Мургабского погранотряда, отделена от таджикской территории участком Ваханского хребта, легко доступного как по долине р. Оксу с озерами Биш-Утек и Чакмактын-куль, так и через перевал Джашан-шура. Все это необходимо учесть, вспомнив, что еще в 2001 году в рядах движения "Талибан" и организации "Аль-Каида", по разным оценкам, сражалось от 700 до 2.000 боевиков уйгурской Организации объединенного национального революционного фронта Восточного Туркестана (ОНРФВТ), а также таких сепаратистских уйгурских организаций, как " Искра Родины", "Лобнорские тигры","Яны Аят" и "Харакат". Замечено, что после завершения основной войсковой операции в Афганистане в октябре-декабре 2001 года боевики-неафганцы подались "по домам" – они и находились-то в рядах талибов не в качестве наемников, а для обучения, в целях дальнейших действий на своих национальных территориях! Этот фактор может создать проблему уже в июле-сентябре для таджикских пограничников, пребывающих пока в состоянии "вступления в должность". Кстати сказать, для транзита, но не в Синьцзянь, а в Ошскую область и далее в Узбекистан участок Ваханского хребта и Мургабский район Памира могут использовать и боевики Исламского движения Узбекистана, тем более выяснилось, что слухи о смерти лидера ИДУ Джумабоя Намангани "сильно преувеличены". Вот так обстоят наши дела на далеком Памире. Однако и с Памиром, как и с Камранью, "точка возврата" уже достигнута, но не пройдена...

[кремль]

Саша!ОГромное спасибо за материал уникальный,это ж какие труды все это разыскать и оформить !

[aleksandr 196101]

Интерес представляют материалы по Мургабскому району советских писателей в 50 годы 20 века.

Исторические факты:
Путешествия по Памиру.
Автор: Павел Лукницкий

Г Л А В А V
НА ВОСТОЧНОМ ПАМИРЕ
От Алая до озера Каракуль
Мургаб (Пост Памирский)
Долина реки Мургаб в июле заболочена, поэтому нас одолевают злые, неотступные комары. Речная терраса, на террасе — обнесенная стеной крепость с мачтой радиостанции — единственной в этом 1930 году на весь Восточный Памир. Ниже крепости — два больших, казарменного типа, здания: одно из них еще не достроено; в другом — амбулатория и квартиры начальствующего состава Поста.
Ниже этих зданий, на ровной площадке — кишлак, домиков двадцать, тесно сросшихся один с другим, покрытых, в сущности, одной общей крышей. Домики расположены буквой «П» и потому обводят образовавшуюся внутри площадь. Между некоторыми узкие проходы. Чайхана с подобием веранды, — крыша веранды сквозистая, из ветвей терескена, а место, где все сидят, — глинобитная площадка — покрыто разноцветными паласами. Стена обтянута красной, с цветами ситцевой материей.
Два магазина, точнее, склада: Госторга и Узбекторга. В домиках живут служащие: русские, человек десять, и остальные, два-три десятка, — таджики, киргизы, афганцы и кашгарцы. За домиками, на южной стороне, — вторая площадь, образуемая вторым рядом — разрушенных и нежилых домиков. Здесь мы становимся лагерем.
Кишлак — на обрывистом берегу Мургаба. На крышах, по углам, и на земле, перед кишлаком, — архарьи и киичьи рогатые головы. Перед кишлаком они свалены в кучи. Тут же сушатся шкуры. Высушенные сложены штабелями.
Чуть подальше, к югу, — примитивный мост через реку. Мургаб в этом году разлился необычайно. Широк, глубок, многоводен. Мост подобен острову: чтоб подъехать к мосту с правого берега, нужно сначала пройти по воде метров сто, а вода по брюхо лошади. Пройдя эти сто метров, окажешься на первом островке, но мост начинается со второго, до которого добраться почти невозможно, потому что между ним и первым островком — стремнина, лошади перебираются через нее вплавь.
Левый берег — широкая, заболоченная, кочковатая низменность, комариная страна, но зеленая, травянистая, пастбищная.
Долина Мургаба ограничена сухими сопками, возвышающимися метров на триста-пятьсот и изборожденными сверху донизу поработавшей здесь когда-то водой. Вот и все это скучное место, считающееся «столицей» Восточного Памира, его крупнейшим административным центром и, кстати, единственным, кроме двух-трех старых маленьких военных постов, населенным пунктом.
Сейчас на Посту Памирском нет людей, которые знали бы хоть что-либо из его истории, а между тем в истории его есть немало примечательного и любопытного.
Иногда бывает полезно и интересно увидеть что-либо хорошо знакомое глазами постороннего наблюдателя. Считаю уместным привести здесь запись из дневника одного иностранного путешественника XIX века:
«На правом берегу Мургаба, на высоте 3 600 м * возвышается укрепление Памирский пост, как грозный протест против совершившегося в последние годы наступления афганцев и китайцев в области Памира, принадлежавшие прежде к ханству Кокандскому.
Первое время после того, как ханство это было завоевано в 1875—76 г. русскими, на Памир, эту крайне редко населенную и труднодоступную местность, почти не было обращено внимания. Даже столь умный вообще Скобелев не подумал о ней. Но вот к ней стали настойчиво тянуться другие соседи, и энергическое вмешательство русских стало необходимым. Знаменитая экспедиция полковника Ионова была первым шагом, который имел серьезные последствия и во всяком случае способствовал к возбуждению вопроса о Памире, столь горячо обсуждавшегося в последние годы. Летом 1895 года, когда была созвана для определения границ англо-русская комиссия, вопрос этот и получил свое окончательное разрешение. Ко времени же посещения мною Памира ** дело подвинулось настолько, что на «Крыше мира» воздвиглось русское укрепление с постоянным гарнизоном.
Укрепление это, политическое значение и цель которого ясны, как день, было возведено летом и осенью (с 22 июня до 30 октября) 1893 года второй ротою четвертого туркестанского линейного батальона ***. Прямоугольные стены укрепления сложены из дерна и мешков, наполненных песком, и окружают просторный двор, где находится офицерский флигель, и землянки с бревенчатыми крышами, вмещающие казармы, кухню, лазарет, баню, мастерские и пр. В нескольких войлочных кибитках сохраняются продовольственные запасы и амуниция; на небольшой метеорологической станции три раза в день производятся наблюдения.

* точнее — 3 640 метров.
** 1894 год.
*** Пост был основан в августе 1892 года, но первую зиму гарнизон прожил в юртах. Строителем поста был русский военный инженер штабс-капитан Серебренников, автор первого подробного и весьма содержательного описания Юго-Западного Памира — «Очерка Шугнана», опубликованного в «Военном сборнике» за 1895 год. — П. Л.
В углу обращенной к северу продольной стены находятся барбеты с митральезами системы Максима Норденфельдта.
Обращенная к югу продольная стена идет по краю высокой конгломератовой террасы, с вершины которой укрепление и господствует над долиной Мургаба. Терраса была в свое время образована течением реки, которая теперь отошла от нее на довольно значительное расстояние. Между террасой и рекой остались болота и трясина, из которой пробиваются многочисленные прозрачные ключи.
Памирский пост — наглядное доказательство энергии офицеров, руководивших работою, и прекрасный памятник их трудов: возведение укрепления на такой значительной высоте и так далеко от всякой цивилизации не могло не быть сопряжено с величайшими трудностями. Весь древесный и прочий материал приходилось доставлять на вьючных лошадях из Оша. Осенью тут часто разражались свирепые бураны, обдававшие облаками снежной и песочной пыли, а офицеры и команда в это время должны были ютиться в киргизских кибитках, которые ветер нередко и опрокидывал.
С Кашгаром установились новые торговые сношения, и кашгарские купцы приезжают сюда со своими товарами, выменивают здесь киргизских овец, гонят их в Фергану, где они в большой цене, и с хорошими барышами возвращаются в Кашгар, через перевал Терек-Даван или Талдык.
На путешественника-чужестранца Памирский пост производит самое отрадное впечатление. После долгого, утомительного пути по необитаемым, диким горным областям попадаешь вдруг на этот маленький клочок великой России...
В общем Памирский пост живо напоминает военное судно. Стены — это борта, необозримая открытая Мургабская долина — море, крепостной двор — палуба, по которой мы часто гуляли и с которой в сильные бинокли обозревали отдаленнейшие границы нашего кругозора, тихого безжизненного кругозора, на котором лишь по вторникам появлялся одинокий всадник. Это джигит-курьер, привозящий желанную почту из России...
Все люди отличались образцовой молодецкой выправкой; долгая, холодная памирская зима, которую гарнизон проводит в этой пустыне, почти в таких же условиях, как и полярные мореплаватели на замерзших во льдах судах, нисколько не отражалась на них, — ни следа вялости, апатии, равнодушия. Теперь, когда снова начинало пригревать солнышко, растопляя снежные сугробы в горах и лед на реках и озерах, и в природе пробуждалась новая жизнь, в укреплении господствовало особенное оживление и веселье, пробуждался особый интерес к жизни и природе.
Каждый день давал повод к новым наблюдениям. На берегах Мургаба останавливались пролетом стаи диких уток и гусей, возвращавшихся из своего зимнего местопребывания — Индии — на летнее пребывание — в Сибирь. Для многих из них отдых здесь становился, однако, неожиданно долгим. Казаки закидывали также сети в реку, ходили на охоту за архарами и часто возвращались с богатой добычей.
Отношения между офицерами и командой наилучшие. Тридцать человек солдат за отбытием срока службы должны были вернуться в Ош, и трогательно было видеть, как при прощании офицеры, по русскому обычаю, трижды целовались с каждым из уходивших нижних чинов. С ружьями на плече, с ранцами за спиною солдаты бодро отправились пешком в 45-мильный путь* через плато Памира, в теплую желанную Фергану.
По воскресеньям устраивались разные игры и пляс. Музыка хромала; гармоника, два барабана, треугольник да пара тарелок — вот и весь оркестр; играли, однако, с огнем, и под эту музыку лихие казаки отплясывали знаменитого трепака так, что только пыль столбом стояла.
Когда воскресное солнце садилось, а с ним отходил на покой и западный ветер, правильно дувший в течение всего дня, вокруг запевалы составлялся кружок из семидесяти песенников, и из их здоровых глоток вылетали, звонко отдаваясь в разреженном, нешелохнувшемся воздухе, русские мелодии — заунывные народные и бойкие солдатские песни. Такой вечер состоялся в последнее воскресенье моего пребывания в укреплении. В воздухе стояла полная тишина, но было холодно, и солдаты укутались в башлыки. Звезды горели удивительно ярко; издали, во время пауз, доносился шум Мургаба. Солдаты пели с увлечением, точно под впечатлением нахлынувших на них воспоминаний о далекой родине. Мы с удовольствием прислушивались к их свежим голосам, раздавшимся под бесконечным сводом небесным!»
В наши дни Мургаб стал административным центром Мургабского района Горно-Бадахшанской автономной области и превратился в маленький культурный городок, расположенный в середине Восточно-Памирского автомобильного тракта. В М,ургабе издается газета, работают средняя школа, больница, кинопередвижка, есть хорошие магазины. Мургабский район охватывает всю территорию Восточного Памира — от государственной границы СССР, проходящей на востоке по реке Памир и по хребту Сарыкол, до хребта Академии наук, замыкающего бассейн ледника Федченко на западе; от границы с Киргизской ССР, проходящей по Заалайскому хребту на севере, до верховьев рек Шах-Дара, Гунт, Бартанг (Сарезское озеро) на юге и юго-западе, где начинаются Шугнанский и Рушанский районы Горно-Бадахшанской автономной области.

[aleksandr 196101]

Сообщение от aleksandr 196101

27 февраля (11 марта) 1895 г. в Лондоне посол России и министр иностранных дел Великобритании обменялись нотами по вопросу раздела сфер влияния на Памире. Часть Памира отошла к Афганистану, часть — к Российской империи, а часть — к Бухарскому эмирату, подконтрольному России. Сферы влияния России и Великобритании разделил Ваханский коридор, отданный Афганистану. Российская экспансия в Средней Азии была завершена

СОСТАВ членов англо-русской комиссии по разграничению Памира между Россией и Англией.

Члены Британской пограничной комиссии выступили из Индии 20 июня 1895 г. Комиссию возглавил генерал-майор М.Дж. Герард, в его команду входили офицеры-топографы - полковник Т.Х. Холдич, майор Р.А. Вахаб, офицер разведки капитан Е.Ф.Х. Мак Суиней (секретарь комиссии и комендант), хирург и натуралист капитан А.У. Алкок. Помимо них, для проведения топографических съемок к Комиссии были прикреплены пундиты Хан Сахиб Абдул Джафар, Асматулла Хан и Дан Синг с 29 носильщиками. Военный конвой Комиссии состоял из 10 офицеров-туземцев и сипаев, а вместе с солдатами и топографами они составляли отряд из 19 человек.
В Русской Комиссии, помимо руководителя (комиссара), которым был назначен генерал-майор Павло-Швейковский (Повало-Швейковский), входили: полковник П.К.Залесский - новый комендант Памирского поста, топограф Н.А.Бендерский, ближайшие помощники русского главного комиссара Панафидин и полковник Галкин, доктор Вильма и четыре офицера. В качестве сопроводителей при русской части Комиссии состояли сорок казаков, военный оркестр из 18 человек и масса туземных джигитов и караванных проводников.
У англичан было с собой до двухсот солдат индийской армии, индусов, афридиев и канджутцев.
От Индии в составе Комиссии участвовали Ресольдор Зарулло-хан и Сахиб Абдулгафар, от Афганистана - Гулям-Мухаммед-хан и Ашур-Мухаммед-хан.
См.История ГБАО. Т.1. (С древнейших времѐн до новейшего периода). – Душанбе. 2005. – С.363.

[aleksandr 196101]

Добровольное присоединение Памира к России.

Памир географически входит в состав Средней Азии, но присоединение его к России коренным образом отличалось от других территорий.
Во второй половине XIX века на юго-востоке Средней Азии продолжали существовать полу самостоятельные карликовые государственные образования: Шугнан, Рушан, Вахан, Ишкашим и др., которые располагались на высокогорной возвышенности, именуемой Памиром.
Сама Россия вплоть до 70-х гг. XIX века не предпринимала каких-либо усилий и не имела интереса к географическому, экономическому и политическому положению Памира.
Первыми правильно определили геостратегическое значение горного края англичане. Поэтому симптоматично, что именно английская пресса забила тревогу и подняла памирский вопрос на уровень политического решения в целях создания новой колонии.
Только после этого Россия стала предпринимать кардинальные шаги по снаряжению различных экспедиций на Памир. Результаты изысканий этих экспедиций определили главное: владение Памиром обеспечивало царской России геополитическое влияние в близлежащих к этому высокогорному краю государствах и значительные преимущества в торговой конкуренции с англичанами.
Важное значение имели для России и Англии залежи полезных ископаемых на Памире, которыми он славился испокон веков.
Не желая друг другу уступать в решении вопроса о владении Памиром, Россия и Англия в 1873 году подписали соглашение, по которому этот высокогорный край определили вне сфер влияния двух держав, то есть нейтральной зоной, формально подчинявшейся Бухаре и Коканду.
Однако осенью 1883 года по указанию и при прямой поддержке Англии афганский эмир Абдурахман предпринял вооруженное нападение на памирские бекства и овладел ими. Тем самым Англия грубо нарушила международное соглашение, подписанное с Россией в 1873 году.
Тирания Абдурахмана над жителями Западного Памира продолжалась с 1883 по 1895 г. В истории народов Памира это был один из самых тяжелых периодов экономических лишений, духовных унижений и невероятных зверств. На территории края регулярно проводились казни, выжигались целые кишлаки, сельскохозяйственные посевы вытравлялись, девушки отправлялись частью эмиру, частью – афганским воинам, мужчинам выкалывали глаза, детей бросали в костер. Это была настоящая инквизиция, только в памирском варианте. Причина этих зверств была довольно проста: памирцы исповедовали исмаилизм, в то время как афганцы – суннизм, хотя и те и другие были мусульманами. Но в глазах афганцев памирцы были еретиками, а последних, как известно, на протяжении всего рода человеческого беспощадно уничтожали.
Население Западного Памира трижды поднимало восстания против угнетателей. Однако все эти восстания были потоплены в крови.
Тысячи памирских семей эмигрировали в другие страны, в основном в Ферганскую область, где они и получили первое представление о России и о ее народе. На имя российского императора Александра III были посланы десятки писем с просьбой принять их в свое подданство.
С целью выяснения истинного политического положения дел в результате оккупации афганцами Западного Памира 2 июня 1891 года из Ферганы выступил отряд под командованием командира 2-го Туркестанского линейного батальона полковника М. Е. Ионова.
Не зная физико-географических особенностей Памира, отряд все же выполнил поставленную перед ним задачу, пройдя до озера Виктория и вернувшись осенью обратно в Фергану. Важнейшим итогом этого похода явилось то, что было положено начало притязанию России на Памир, а населению этого края было объявлено об их принадлежности России.
В начале 1892 года с рекогносцировочными целями на Памир был направлен отряд разведчиков под командованием Бржезицкого в составе 12 казаков и 20 джигитов.
Результаты работ этих двух отрядов были положены в основу особого совещания по памирскому вопросу, созванного 15–29 апреля 1892 года в Петербурге. На повестке дня совещания стояло три вопроса: 1. О посылке войск на Памир; 2. О разграничении Памира между правительствами Китая, Афганистана и Англии; 3. Об отправке на Памир англо-русской комиссии для топографического исследования северо-восточной окраины Афганистана.
Кроме рассмотрения этих вопросов совещание признало необходимым отправить на Памир отряд русских войск, поскольку замедление в принятии этой военной меры могло привести к печальным последствиям, нарушив безопасность и спокойствие Ферганской области и нанести большой ущерб всему русскому престижу в Средней Азии. Однако на совещании было также оговорено, что во избежание осложнений в отношениях с соседними государствами отряд не должен углубляться на территорию Памира, а должен остановиться в Алайской долине, не далее реки Мургаб, и отсюда охранять спокойствие Памира, не вступая и избегая вооруженных столкновений.
Вопросы русско-английских отношений на Памире были также обсуждены в мае 1892 года между тайным советником России в Лондоне Е. Е. Стаалем и министром иностранных дел Англии лордом Солсбери. На этих переговорах было достигнуто предварительное соглашение о том, что, если Россия не предпримет каких-либо действий на Памире, Англия не будет претендовать на этот край.
Выставление первых русских постов на Памире
С целью реализации достигнутых договоренностей 2 июня 1892 года из Ферганы отряд полковника М. Е. Ионова в составе 53 офицеров, 906 нижних чинов и 588 строевых, верховых и подъемных казачьих лошадей, направился на Памир.
Первое временное русское укрепление на Памире было заложено в местечке Шаджан при слиянии рек Ак-Су и Ак-Байтал с Мургабом. К концу августа солдаты отряда под руководством военного инженера А. Г. Серебренникова построили военное укрепление.

Шаджан – первый русский пограничный пост на Восточном Памире. 1892 г.

По распоряжению М. Е. Ионова на зимовку остались 160 человек пехоты из отобранных охотничьих команд и 40 казаков во главе с капитаном генерального штаба П. А. Кузнецовым . Перед ними была поставлена задача по охране Восточного Памира от афганско-маньчжурских войск и происков англичан.
Весной 1893 года на Западный Памир был отправлен рекогносцировочный отряд под командованием поручика Рукина, который должен был продемонстрировать войскам афганского эмира, что Россия не отказывается от своих прав на бекства, расположенные в долине реки Пяндж. В связи с этим Рукиным был организован хоть и временный, но первый на Западном Памире наблюдательный пост в Рушане, в крепости Калаи-Вомар. Такой же пост был установлен и в долине реки Бартанг, куда прибыл другой рекогносцировочный отряд под командованием штабс-капитана С. П. Ванновского .
С. П. Ванновскому, кроме того, также предписывалось пройти по маршруту от крепости Таш-Курган, расположенной на реке Бартанг, вверх по течению и произвести рекогносцировку путей из долины Бартанг в долину Язгулем, связав таким образом ранее неизвестные европейцам части Рушана и Дарваза. Преодолевая неимоверные трудности, небольшой отряд прошел по горному бездорожью и выполнил поставленную перед ним задачу.
А тем временем начальником Памирского поста был назначен капитан В. Н. Зайцев . Имея в своем распоряжении роту пехоты 4-го Туркестанского линейного батальона, до полусотни казаков, расчет двух пулеметов, взвод конно-горной батареи и под техническим руководством военного инженера А. Г. Серебренникова, в более удобном месте было воздвигнуто новое постоянное Памирское укрепление, получившее название Мургаб.

Одновременно в 1894 году, в противовес британской активности в регионе, началось строительство в глубокой тайне секретной военно-стратегической колесной дороги на Памире через перевал Талдык высотою 3615 м, соединившей Ферганскую и Алайскую долины. Дорога строилась под руководством подполковника Б. Л. Громбчевского и была предназначена для оперативной переброски войск и артиллерии на юг в случае угрозы вторжения британцев в регион. Таким образом, Россия предупредила возможное появление англичан в Алайской долине, откуда Британия могла двинуться далее на север и выйти на оперативный простор Ферганского края. С завершением строительства стратегической дороги в Алайскую долину Россия получала передовой плацдарм для дальнейшего распространения своего военно-политического влияния в Центральной Азии. Тем самым территория Восточного Памира, на которой располагался и постоянный русский пост, прочно вошла в состав Российской империи, избавив население от постоянных афганско-маньчжурских набегов и британских притязаний.

Однако население Западного Памира продолжало подвергаться насилию и постоянному грабежу со стороны афганцев. С целью предотвращения дальнейшей эскалации напряженности в этом районе летом 1894 года Россия направила на Памир специальный отряд под командованием генерал-майора М. Е. Ионова.
Передислокация большого количества афганских войск на Западный Памир заставила М. Е. Ионова разделить свой отряд на две рекогносцировочные группы, которые должны были обособленно спуститься по рекам Гунт и Шахдара до их впадения в Пяндж. Продвижению этих групп по неизведанным местам помогало местное население.
25 июня 1894 года военный отряд под командованием капитана А. Г. Скерского выдвинулся из Джавшангоза и начал спускаться вниз по Шахдаре. Недалеко от селения Барваза отряд встретили афганские войска, вчетверо превосходившие русских по численности. Это заставило А. Г. Скерского действовать осторожно и отступить к урочищу Верздара. Между тем лазутчики-таджики постоянно информировали русских, что к афганцам прибывает подкрепление.
Афганские войска, зная о малочисленности русского отряда, вели себя вызывающе, но атаковать русских не решались.
В начале августа афганские войска начали медленно отступать вниз по реке и заняли оборону в крепости Рошт-Кала. 19 августа к Рошт-Кале начал подходить отряд генерала М. Е. Ионова. Узнав об этом, афганские войска начали поспешно отступать по реке к Хорогу, а затем через Пяндж перебрались на афганскую сторону.
В конце августа генерал М. Е. Ионов подошел к Хорогу, где встретился с отрядом подполковника Н. Н. Юденича , который с Восточного Памира по реке Гунт подошел к Хорогу. До 15 сентября генерал М. Е. Ионов провел две дополнительные рекогносцировки. Первую – до крепости Калаи Вомар в Рушане, вторую – вверх по реке Пяндж до местечка Кухи Лала. В результате со всех этих территорий афганские войска под натиском русских войск вынуждены были уйти в Афганистан.


Однако после ухода русских войск в который раз афганские войска вновь перешли на территорию Западного Памира, чтобы насиловать, грабить, убивать. В сторону Восточного Памира потянулись вереницы измученных людей, которые у русских искали защиту и покровительство.
Для прекращения беспорядков, чинимых афганцами на Западном Памире, генералом М. Е. Ионовым было принято решение об отправке в Хорог, Рушан и Вахан офицерских разъездов. Узнав об этом, афганцы начали покидать Западный Памир.

В течение четырех лет, с 1892 по 1895 г., в экспедициях М. Е. Ионова участвовал журналист Б. Л. Тагеев , который вел не только дневниковые записи, но к тому же увлекался и фотографией, войдя в историю как нештатный фотокорреспондент полковника М. Е. Ионова. Первые рассказы и фотографии Б. Л. Тагеева о военных походах на Памир были опубликованы в популярном российском журнале «Нива» и затем вошли в книгу, изданную в Санкт-Петербурге в 1900 году, под названием «Русские над Индией». В 1902 году в Варшаве вышло более полное издание этой книги под названием «Памирские походы. 1892–1895». Благодаря Б. Л. Тагееву сегодня с документальной точностью можно воспроизвести процесс присоединения Восточного и Западного Памира к России, жизнь и быт русских солдат и местных жителей, природный мир края.

Для урегулирования всех спорных вопросов на Памире в феврале 1895 года между Россией и Англией состоялось совещание по делимитации и демаркации границы и разделению сфер влияния обеих держав в горном крае.
От российской стороны комиссаром по установлению границ был назначен генерал-майор, губернатор Ферганской области А. Н. Повало-Швейковский . В состав русской комиссии также вошли – представитель Министерства иностранных дел А. М. Панафидин, полковник Генерального штаба Т. М. Галкин, полковник Е. А. Залесский, начальник Памирского поста капитан А. Г. Скерский и топограф И. Я. Бендерский. Английскую сторону представляли генерал Джерар, полковник Гольдиш, доктор Алькон, капитан Максвайней, топограф майор Усхэб и мистер Маккэртней. В связи с тем, что при демаркации границы затрагивались и интересы соседних государств, то Индию представляли Ресольдор и Сахиб Абдул Гафар – чиновники правительства, Афганистан – Гулям Мухаммадхан и Ашур Мухаммадхан.
Комиссию сопровождал конвой, состоявший из русского эскорта (40 казаков, военный оркестр, местные джигиты и караванные проводники) и английского батальона (до 200 сипаев индийской армии).
В ноте российского посла в Лондоне Е. Е. Стааля к статс-секретарю по иностранным делам Великобритании графу Кимберлю от 27 февраля 1895 года была изложена сущность соглашения. В нем, в частности, говорилось, что сферы влияния России и Англии на восток от озера Виктория будут разделены пограничной линией, которая, начинаясь от точки на этом озере близ его восточной оконечности, пойдет по гребню горной цепи, тянущейся несколько южнее параллели этого озера до перевалов Бендерского и Орта-Бель. Оттуда пограничная линия пойдет по указанной горной цепи, пока этот горный хребет находится южнее параллели озера Виктория. Достигнув этой параллели, граница пройдет по откосу хребта в направлении Кызыл-Рабата, лежащему на реке Аксу, и отсюда на восток – к китайской границе.
В соглашении также отмечалось, что границей Афганистана к югу и западу от озера Виктория служит река Пяндж, и в соответствии с этим афганский эмир должен освободить все территории, занятые им на правом берегу Пянджа, а эмир Бухарский – территорию Дарваза, расположенную к югу от Амударьи. Правительства России и Англии согласились употребить свое влияние на обоих эмиров.

К середине лета 1895 года были полностью закончены работы смешанной комиссии по русско-афганскому разграничению на Памире, и 29 августа того же года подписан заключительный протокол. Тем самым была окончательно установлена пограничная линия между владениями России в Бухаре и Англии в Афганистане. Отдельными пунктами в этом документе отмечалось, что каждое из этих двух государств имеет право содержать свои войска в означенной разграниченной зоне.
Вхождение Памира в состав Российской империи носило добровольный характер, соответствовало чаяниям народов горного края. В то же время сам процесс делимитации и демаркации территории был осуществлен вопреки интересам населения, поскольку в его основу был положен не этнический, а географический принцип. Жившая на левобережье Пянджа, по которому прошла граница, часть единого в этническом отношении памирского населения, оказалась за рубежом.
Совершенствование охраны границы на Памире.

В 1896–1897 гг. начальником Памирского поста являлся капитан В. В. Эггерт . После него начальником поста назначается штабс-капитан Э. К. Кивекэс (1897–1899, 1901–1902, 1905–1908 гг.), при котором штаб-квартира поста была перенесена на Западный Памир, в Хорог. Здесь была построена крепость, в которой размещались канцелярия, офицерское собрание, казармы, столовая, баня, жилые дома для офицеров. С этого времени Хорог становится столицей Памира.
В 1902 году начальником Памирского поста становится капитан А. Е. Снесарев . За два года пребывания на Памире он выпустил в свет четыре книги, посвященные этому горному краю, его истории, растительному и животному миру. Кроме того, здесь же он подготовил к печати два своих основных труда, которые вскоре стали классическими, – «Военная география России» и «Огневая тактика». Благодаря этим своим трудам А. Е. Снесарев вошел в историю как крупный военный теоретик.

В начале 1905 года бухарский эмир Саид Алимхан отозвал шугнанского бека в Бухару и откомандировал в западные районы Памира нового чиновника, который во всем должен был подчиняться начальнику Памирского отряда. Это было вызвано тем, что 15 ноября 1904 года Туркестанский генерал-губернатор Н. Н. Тевяшёв дал указание военному губернатору Ферганской области разработать предложения о введении в Шугнане, Рушане и Вахане временного русского правления, а Памирский пост был реорганизован в отряд.

К этому времени начальником Памирского отряда был вновь назначен, но уже в чине подполковника, Э. К. Кивекэс, который и получил разработанную специальной комиссией и утвержденную Туркестанским генерал-губернатором «Временную инструкцию начальника Памирского отряда».
Согласно инструкции, начальник отряда пользовался правами уездного начальника и по субординации подчинялся военному губернатору Ферганской области. Управляя Памиром, начальник отряда имел право давать указания и распоряжения бухарскому чиновнику по вопросам административного управления. В то же время начальник отряда должен был иметь в виду, что, во-первых, существующий, основанный на обычаях, порядок управления населением должен быть сохранен без изменения и, во-вторых, местный суд устраивается и производится применительно к местным обычаям. Начальнику отряда предоставлялось право отменять и видоизменять приговоры, соображаясь с обычаями населения, справедливостью и интересами русской власти. Население получило возможность косвенно избирать всех сельских начальствующих лиц – мингбашей, казиев, аксакалов, которые в конечном итоге утверждались командованием Памирского отряда. Отходники получили право свободного выезда на заработки в центральные районы Туркестанского генерал-губернаторства.
В 1905 году с участием русских пограничников на Памире было проведено административное деление, согласно которому южная часть Ошского уезда и прилегающие области Юго-Восточного Бухарского эмирата, от афганской границы на юге и западе по реке Язгулем на севере, были выделены из общетуркестанского управления в особый административный округ, находящийся в ведении начальника Памирского отряда. Для удобства управления Памирский округ был разделен на четыре района: район восточных постов, состоявший из Памирской и Орошорской волостей; Хорогский – из Рушанской и Шугнанской волостей; Лянгарский – из Ваханской волости и Ишкашимский. Главами районов были назначены офицеры Памирского отряда, которые в отношениях к местному населению имели права и обязанности участковых приставов. Их ближайшими помощниками являлись волостные управители, мингбаши, которым, в свою очередь, подчинялись сельские старшины, или аксакалы, со своими помощниками – арбабами и судьями – казиями.
Все эти должности формально считались выборными. На самом деле лица, претендующие на эти должности, зачастую утверждались или смещались должностными лицами командования Памирского отряда. При этом управление участками производилось единолично при помощи местной администрации.
В июне 1906 года под руководством полковника Генерального штаба Российской империи, будущего маршала Финляндии барона Карла Густава Эмиля Маннергейма [40], была организована Азиатская экспедиция через Алайскую долину по маршруту Ош (через Иркештам) – Кашгар, Маралбаши – Уч-Турфан, Аксу – Кульджа. Экспедиция имела рекогносцировочный характер по заданию Генерального штаба русской императорской армии. Был собран богатейший материал о дислокации в предгорьях Памира китайских войск.

Офицеры и солдаты Памирского отряда кроме охраны и обороны рубежей Российской империи проводили большую плодотворную работу по социально-экономическому и культурному развитию края. Так, осенью 1909 года в Хороге через реку Гунт солдатами, под общим руководством начальника отряда подполковника А. В. Муханова , был построен совершенный по тем временам мост, который существенно облегчил путь из Хорога до Рошт-Калы, Ишкашима и Лянгара.
Еще раньше, в 1907 году, в Хороге для обслуживания местного населения от Памирского отряда был специально открыт приемный покой на четыре койки. Благодаря помощи русских врачей тысячи памирцев были спасены от различных эпидемий.
В 1909 году в Хороге, в специально отстроенном помещении, была открыта русско-туземная начальная школа, в которой обучались дети жителей Западного Памира. В школе изучались русский язык, персидский язык, география, история государства Российского, гигиена. В первый год своего существования в школу было принято 10 детей. Однако уже через год число детей возросло до 25. Финансирование школы в первые два года было обеспечено добровольными пожертвованиями офицеров и солдат Хорогского поста. В 1911 году школа была принята в ведение Министерства народного просвещения Российской империи.

В 1910 году были закончены работы по открытию колесного движения от поста Памирский до поста Хорогский общей протяженностью 320 км.
К 1912 году Памирский отряд организационно состоял из 6 постов, несших службу по охране границы: Хорогский, располагавшийся в кишлаке Хорог; Памирский – в урочище Шаджан; Ишкашимский – в кишлаке Нют; Лянгарский – при впадении реки Памир в Вахан-Дарью; Ранг-Кульский – у восточной окраины Ранг-Кульской котловины; Кызыл-Рабатский – в урочище Кызыл-Рабат. Личный состав отряда состоял из 7 офицеров, 1 врача и 170 нижних чинов (98 стрелков, 64 казаков и 8 нестроевых).
Пограничные посты располагались в тех местах, где наиболее вероятны были акции совершения контрабандных сделок, и на пересечениях главных дорог. В то время из Афганистана переправлялись не только контрабандисты, но и разбойничьи шайки, которые занимались грабежом местного населения, захватом заложников, уводили скот, а кто оказывал сопротивление, того убивали. Пограничники, своевременно оповещенные об этих акциях, решительно пресекали эти действия.
В 1912 году начальником Памирского района и Памирского отряда был назначен подполковник Г. А. Шпилько . При его непосредственном участии из России в Хорог было доставлено необходимое оборудование для установки и запуска на реке Гунт первой в Центральной Азии малой гидроэлектростанции. С 1 июля 1913 года керосиновое освещение Хорогского поста было заменено электрическим – двумя дуговыми фонарями и 88 лампочками. От мини-ГЭС на р. Гунт заработала также и мельница производительностью 15 пудов муки в час.

Академик Н. И. Вавилов , побывавший на Памире в 1916 году, писал: «Офицерский состав Памирского поста на редкость предприимчив и энергичен. В Хорогском посту использована энергия Гунта для электрического освещения. В офицерском собрании есть пианино, которое с величайшим трудом, почти на руках, доставили из Оша (728 км. – Авт.). Есть здесь и библиотека, и под самым Памиром можно пробыть несколько дней в европейской обстановке» .

В историю пограничной охраны Г. А. Шпилько вошел также тем, что первым исследовал образовавшееся новое озеро Сарезское после разрушительного землетрясения, произошедшего в ночь с 5 на 6 февраля 1911 года. Именно он назвал озеро Сарезским. По итогам работы экспедиции, членами которой являлись солдаты Памирского отряда и местные жители, был составлен научный отчет, хранящийся в Центральном государственном военно-историческом архиве в Москве.

Ввиду своего географического и стратегического положения, Памирский район, клином вдающийся в афганские и китайские владения, вплотную подходя к Северной Индии, и отделенный природными условиями от остальной территории Туркестанского генерал-губернаторства, выделен был в особый военно-административный округ, управляемый на основании «Инструкции начальнику Памирского отряда», утвержденной 31 января 1914 года командующим войсками Туркестанского военного округа А. В. Самсоновым . Согласно данной инструкции, вся военная, гражданская, административная, судебная власть и охрана границы сосредотачивалась в руках начальника Памирского отряда. Его помощниками в осуществлении этой власти являлись офицеры отряда. Начальник и офицеры отряда назначались на должность на два года каждый.

Кроме того, штат Памирского отряда был увеличен за счет команды из 13 пулеметчиков, рассредоточенных по двум постам: Хорогском и Лянгарском. Численность военнослужащих на этих постах увеличена: на Хорогском – 3 офицера, 46 (вместо 38) пехотинцев, 20 казаков; на Лянгарском – 1 офицер, 23 (вместо 12) пехотинца, 6 казаков. Ослаблен Памирский пост – 2 офицера, 29 (вместо 35 пехотинцев), 17 (вместо 18) казаков. Ишкашимский, Рангкульский и Кызылрабатский посты оставлены в прежнем составе. Впервые к отряду прикомандировывались саперы. Начальнику отряда вменялось в обязанность поддерживать связь с Ташкурганским постом, на котором находилось 16 казаков 6-го Оренбургского казачьего полка, расположенного между Памирским и Кызылрабатским постами, и «в исключительных случаях» оказывать необходимую поддержку. Начальник отряда по военной части подчинялся непосредственно начальнику штаба Туркестанского военного округа, а по управлению Памирским районом пользовался правами начальника уезда и подчинялся военному губернатору Ферганской области .
В октябре 1914 года начальником Памирского отряда назначается полковник И. Д. Ягелло . Он принял командование в тяжелые годы Первой мировой войны, когда наступили трудные времена с тыловым обеспечением отряда. Доставка боеприпасов, продовольствия, фуража прекратилась, и Памирский отряд перешел на самообеспечение. Военнослужащими в Хороге были открыты мелкие кустарные предприятия – кожевенное, сапожное, ткацкое, кузнечно-слесарное и столярно-плотничье, организовано производство плетенной мебели, мыла, спичек, черного пороха.
21 марта 1917 года полковником И. Д. Ягелло было получено сообщение о победе Февральской революции в России. 3 апреля он официально сообщил об этом всему населению края.
Во второй половине апреля 1917 года в Хороге был образован Общепамирский комитет Временного правительства, председателем которого был избран поручик А. Белов. В комитет также вошли представители местной власти.
26 июня 1917 года Туркестанский комитет Временного правительства одобрил «Временное положение об управлении Памирским районом». В соответствии с ним все гражданское население Памира и административные функции начальника Памирского отряда переходили к комиссару Памирского района, главной задачей которого являлась организация перевыборов местной администрации и создание повсеместно новых органов – «народных комитетов» . Комиссаром Памирского района был назначен И. И. Зарубин , прибывший в Хорог 25 июля 1917 года. За начальником Памирского отряда, которым к моменту приезда И. И. Зарубина был уже полковник В. В. Фенин , сохранялись лишь обязанности непосредственного управления отрядом . В должности комиссара Памирского района И. И. Зарубин пробыл до февраля 1918 года.


Начальники Памирского (в 1892–1893 гг. – Шаджанского) отряда (поста):
1892–1893 гг. – капитан П. А. Кузнецов;
1893–1894 гг. – капитан В. Н. Зайцев;
1894–1895 гг. – капитан А. Г. Скерский;
1895–1896 гг. – капитан Н. А. Сулоцкий;
1896–1897 гг. – капитан В. В. Эггерт;
1897–1899 гг. – штабс-капитан К.-Э. К. Кивекэс;
1899–1900 гг. – капитан Н. С. Аносов;
1900–1901 гг. – подполковник М. С. Бадрицкий;
1901–1902 гг. – капитан К.-Э. К. Кивекэс;
1902–1903 гг. – капитан А. Е. Снесарев;
1903–1905 гг. – подполковник М. М. Арсеньев;
1905–1908 гг. – подполковник К.-Э. К. Кивекэс;
1908–1911 гг. – подполковник А. В. Муханов;
1911–1912 гг. – полковник А. В. Муханов;
1912–1913 гг. – капитан Г. А. Шпилько;
1913–1914 гг. – подполковник Г. А. Шпилько:
1914–1917 гг. – полковник И. Д. Ягелло;
1917–1918 гг. – полковник В. В. Фенин.

[aleksandr 196101]

Первые шаги по организации охраны границ СССР

После победы Великой российской революции большевики, наряду с другими политическими и экономическими задачами, приступили к организации охраны государственной границы. 3 ноября 1917 года Военно-революционный комитет принял постановление о временном закрытии границы, в соответствии с которым была разработана инструкция о порядке проезда через границу и усиления контроля за вывозимыми из страны грузами. 30 марта 1918 года на базе ОКПС было сформировано Главное управление пограничной охраны (ГУПО) при Народном комиссариате финансов РСФСР. Первым начальником ГУПО был назначен бывший командир ОКПС Г. Г. Мокасей-Шибинский.
28 мая 1918 г. Совет народных комиссаров (СНК) принял декрет об учреждении пограничной охраны РСФСР в соответствии с которым перед пограничниками ставились задачи по усилению охраны государственной границы.
В сентябре 1918 года при ГУПО был образован Военный совет пограничной охраны в составе военного руководителя – бывшего генерал-майора А. Л. Певнева, и двух комиссаров – П. Ф. Федотова и В. Д. Фролова. Начальником погранохраны был назначен бывший полковник ОКПС С. Г. Шамшев.
В результате проведенных организационных изменений структура пограничной охраны стала выглядеть следующим образом: ГУПО – Военный совет пограничной охраны – три погранокруга, в каждый из них входило от 4 до 6 районов, в районе – от 3 до 5 подрайонов, в подрайоне – от 3 до 4 дистанций, от которых выставлялись заставы.
Ко второй половине 1918 года, когда по всей стране уже полыхала Гражданская война, пограничники приступили к охране участка границы РСФСР на европейской части территории. Их боевая служба проходила в жестокой борьбе с бандами, шпионами, контрабандистами.
19 августа 1918 года СНК РСФСР принял декрет о передаче войсковых формирований различных ведомств, в том числе и погранохраны, в ведение Народного комиссариата по военным делам [64]. В результате пограничные округа были переформированы в дивизии, районы – в полки, подрайоны – в батальоны, а дистанции – в роты.
По мере завершения Гражданской войны и освобождения страны от белогвардейцев и интервентов восстанавливались границы РСФСР. В связи с этим 19 марта 1920 года Совет рабоче-крестьянской обороны принял постановление об экстренных мерах по усилению охраны границ республики . Но так как у ГУПО не хватало сил и средств для охраны границы, им в помощь были выделены части и соединения Красной армии.
Однако у них не было необходимого опыта борьбы с диверсантами, шпионами, контрабандистами. Учитывая это, Совет труда и обороны (СТО) своим постановлением от 24 ноября 1920 года всю ответственность за охрану границы возложил на Особый отдел Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК). 19 января 1921 г. постановлением СТО были созданы специальные войска ВЧК, на которые возлагались функции не только охраны границы, но и обеспечения безопасности страны .
В 1922 году декретом Всероссийского Центрального исполнительного комитета ВЧК была преобразована в Государственное политическое управление (ГПУ) под руководством Ф. Э. Дзержинского , на которое, наряду с другими задачами, возлагалась политическая охрана границ республики. Исходя из сложившейся обстановки, Совет труда и обороны в том же году принял постановление о передаче охраны сухопутной и морской границ РСФСР в ведение ГПУ, для чего создавался Отдельный пограничный корпус (ОПК) войск ГПУ. В его составе создавались семь округов пограничной охраны, в том числе Туркестанской с центром в Ташкенте.
После образования СССР ГПУ НКВД РСФСР 2 ноября 1923 года было реорганизовано в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ) и подчинено непосредственно СНК СССР. Наряду с другими вопросами ОГПУ ведало организацией охраны границ СССР.

В 1924 году завершилось создание организационной структуры погранохраны. По решению Советского правительства пограничные органы и войска были объединены в единый аппарат пограничной охраны ОГПУ. Вводилась новая организационная структура пограничных войск: округ – отряд – комендатура – застава. Основная роль в войсковой охране границы отводилась пограничной заставе.
Таким образом, была создана организационная структура советских пограничных войск и начали формироваться соединения и части на всем протяжении государственной границы СССР.

Становление советской охраны границы в Средней Азии

После установления Советской власти в ноябре 1917 года в Туркестане граница охранялась таможенной пограничной стражей в составе двух бригад, вооруженных горными орудиями и пулеметами. Этих сил было достаточно, чтобы сдерживать, а в необходимых случаях силой оружия отражать прорывавшиеся из-за границы крупные вооруженные банды контрабандистов. Однако со временем этих сил и средств уже было недостаточно для охраны границ. Поэтому 14 апреля 1920 года командующий Туркестанским фронтом М. В. Фрунзе приказом № 171 определил для охраны государственной границы Туркестанского края с соседними государствами сформировать отдельную Туркестанскую дивизию пограничной охраны в составе управления дивизии, 3 бригад и отдельного 7-го пограничного стрелкового полка с кавалерийским дивизионом трехэскадронного состава . Однако в связи с развернувшимися действиями крупных басмаческих группировок в Средней Азии формирование пограничной дивизии было приостановлено, а ее части возвращены в действующую армию.
Тем не менее охрана государственной границы не выходила из поля зрения советских властей. Из управлений пограничной дивизии, бригад и полка были сформированы Главное управление границ Туркестана и районные управления охраны границ. Они организовывали пограничную службу, а войска придавались им из действующих частей Красной армии.
С установлением Советской власти на территории всей Средней Азии начали активно действовать басмаческие отряды. Основной целью их деятельности являлось свержение Советской власти на территории Туркестана. Так, 21 марта 1920 года эмир Бухары Саид Алимхан, чувствуя приближение краха своего монархического режима, направил письмо одному из главарей локайских басмачей Ибрагимбеку, чтобы последний приступил к формированию басмаческих отрядов в Центральном и Южном Таджикистане.
После победы революции в Бухаре 2 марта 1920 года эмир со своей свитой, бросив семью, бежал в Душанбе. Но и здесь, не сумев выдержать удары частей Красной армии, он долго не продержался. 5 марта 1921 года Саид Алимхан перешел границу в районе переправы Чубек и навсегда покинул свою родину. Все последующие годы он прожил в Афганистане, организовывая контрреволюционные вылазки басмачей. Эмир Афганистана Амануллахан [71] не поддерживал Саида Алимхана с его амбициозными планами возвращения трона в Бухаре, так как еще в апреле 1919 года установил добрососедские отношения с Советской властью. 13 сентября 1920 года между РСФСР и Афганистаном был парафирован предварительный договор о дружбе между Россией и Афганистаном. 28 февраля 1921 года, вопреки противодействию Англии, в Москве был подписан советско-афганский договор, согласно которому договаривающиеся стороны обязывались не вступать с третьими державами в военные или политические союзы, которые бы шли во вред обеим государствам .
Заключение советско-афганского договора создало благоприятные условия для охраны государственной границы. Однако практически оздоровление обстановки на границе наступило гораздо позже, так как в военно-политическую жизнь Афганистана были втянуты различные реакционные силы, в том числе и английские, которые мечтали о возврате утерянных позиций. Эти факторы в своей борьбе использовал бухарский эмир в своей антисоветской деятельности. Именно с этого времени и начинается планомерно организованное движение под названием «басмачество» в Восточной Бухаре. В этом движении были представлены различные слои общества – крупные, средние и мелкие землевладельцы, представители духовенства и в небольшом количестве безземельные дехкане [73].
Басмаческие отряды, как правило, хорошо экипированные, стали систематически, переходя границу, нападать на советские военные гарнизоны. Но, потерпев поражение, уходили в горы или за границу, откуда вновь совершали нападения. Часть из них уничтожалась, но, имея в начале своего зарождения широкую социальную базу для пополнения, басмачи прорывались в тыл с целью установления своей власти на местах.
После образования 30 декабря 1922 года Союза Советских Социалистических Республик, в который вошла вся территория Средней Азии, началась организация охраны границ на всем ее протяжении. В 1923 году приказом ГПУ на территории СССР были объявлены восемь округов, в том числе Туркестанский, в котором была образована также Амударьинская пограничная речная флотилия .
В начале 1924 года Туркестанский округ был переименован в Среднеазиатский. Войска округа приняли под охрану участок границы с тремя сопредельными государствами – Персией, Афганистаном и Китаем, от Каспийского моря до г. Нарына общей протяженностью свыше 5 тысяч км. В 1925 году в составе округа было три пограничных отряда – 45-й Мервский, 46-й Ашхабадский и 47-й Керкинский, три отдельные пограничные комендатуры – Ошская, Нарынская и Каракольская. Общая численность войск округа составляла 5 тысяч человек. Главными задачами, поставленными перед войсками округа, было решительное пресечение нарушений границы вооруженными басмаческими формированиями, недопущение их перехода на территорию республик Средней Азии или ухода за кордон, а также защита населения приграничных территорий от грабежей и бесчинств. Выполнять эти задачи приходилось в условиях значительного численного превосходства противника.
Приказом НКВД СССР от 28 октября 1934 года Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны был переформирован в три округа: Таджикский, Туркменский, Узбекский и инспекцию пограничной и внутренней охраны НКВД Киргизской ССР.
17 мая 1938 года приказом НКВД СССР вновь формируется Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны, с 8 марта 1939 года – Среднеазиатский округ пограничных войск .

[aleksandr 196101]

Пограничники ПАМИРА на фронтах ВОВ в 1941-1945 г.


Первыми на себя удар в Великой Отечественной войне приняли пограничники западных округов СССР. В тяжелых сражениях большинство из них погибло или пропало без вести. Именно в первые дни войны пограничные войска понесли самые тяжелые потери, ведя ожесточенные бои с превосходящими силами противника.
Фашистские войска, полностью отмобилизованные и обладавшие большим боевым опытом, быстро продвигались вперед. Красная армия, ведя оборонительные бои, отступала, неся значительные потери в силах и средствах. Вследствие этого Германия на долгое время получила стратегическое превосходство.
Славную страницу в историю Великой Отечественной войны вписали и воины-пограничники, служившие в Таджикистане. О начале войны они узнали по радио. «Был солнечный воскресный день, – вспоминал ветеран 7-й Окружной школы младшего начальствующего состава младший лейтенант в отставке М. Ф. Маркушев, – люди отдыхали, веселились дети. Я был отпущен в городской отпуск и находился в Душанбинском парке культуры и отдыха. Вдруг прибегает посыльный из части и говорит: „Товарищ Маркушев! Вам приказано немедленно прибыть в часть. Началась война с немцами“»
К началу войны в Таджикистане дислоцировались Таджикский (ныне Пянджский) и Памирский (ныне Хорогский) пограничные отряды, отдельные Шуроабадская, Калай-Хумбская и Мургабская комендатуры, 7-я Окружная школа младшего начальствующего состава ПВ НКВД (в сентябре 1942 года на ее базе был создан 43-й кавалерийский полк ПВ НКВД). Все перечисленные части организационно входили в Среднеазиатский пограничный округ. В целях оптимизации руководства пограничными войсками в 1943 году Среднеазиатский пограничный округ приказом НКВД СССР от 05.06.1943 г. был разделен на Таджикский и Киргизский пограничные округа. Штатная численность Таджикского округа была увеличена на 1548 человек, и в его составе дополнительно было сформировано 6 разведывательных постов, 22 линейные заставы, увеличен штат 88 линейных застав – с 31 до 42 человек.
В первый месяц войны НКВД СССР принял решение о формировании из состава пограничных войск 15 стрелковых дивизий, которые должны быть направлены для организации обороны на московское стратегическое направление. Для пополнения 243-й дивизии из Таджикского пограничного отряда было откомандировано 359 пограничников, из Шуроабадской пограничной комендатуры – 281, из Памирского пограничного отряда – 112 человек. Воины в зеленых фуражках составили основной костяк 243-й стрелковой дивизии. В ходе контрнаступления советских войск под Москвой они первыми ворвались в город Калинин, водрузив над ним Красное знамя.
8 октября 1941 года из Таджикского погранотряда было откомандировано для выполнения особо важного задания в Москву 202 бойца, из них 12 сержантов и 190 рядовых. С 23 августа по 4 декабря 1942 года из этого же погранотряда было откомандировано на доукомплектование 45-го кавалерийского полка 155 человек.
15 сентября 1942 года согласно приказу начальника ПВ НКВД СССР на базе 7-й Окружной школы младшего начальствующего состава с дислоцированием в Душанбе на территории Таджикского сельскохозяйственного техникума, что в 10 километрах южнее города, был сформирован 43-й кавалерийский полк ПВ НКВД СССР. В состав полка вошли четыре сабельных эскадрона, пулеметный эскадрон, артиллерийская батарея, эскадрон связи, транспортный эскадрон, саперный, комендантский и музыкальный взводы, взвод ПВО.
Среди военнослужащих вновь сформированного кавалерийского полка было немало тех, кто имел боевой опыт и прошел «горячие точки» на государственной границе. Командиром полка был назначен начальник 7-й Окружной школы майор П. З. Топорашев . 18 сентября 1942 года в 43-й полк поступило пополнение молодых призывников в количестве 744 человек, которые после окончания учебного пункта были направлены в войска для дальнейшего прохождения службы. Всего за годы войны на базе 43-го кавалерийского полка было подготовлено более 5000 военнослужащих различных специальностей.
В полку проходили подготовку и воины, которые уже «понюхали» пороху. Так, в 1943 году из Москвы прибыло 150 человек, служивших ранее в Отдельной мотострелковой бригаде особого назначения (ОМСБОН). Данное соединение являлось уникальным в Красной армии, т. к. оно формировалось из спортсменов, членов сборной команды СССР по различным видам спорта. Ниже звания «Мастер спорта» туда никого не зачисляли. Это был первый советский спецназ. Офицеры и солдаты ОМСБОН забрасывались в тыл противника и проводили мероприятия разведывательно-диверсионного характера. Они храбро сражались при обороне Москвы, Кавказа, на других участках различных фронтов. Среди прибывших были командир отделения сержант Е. А. Ануфриев, который за образцовое выполнение задания в тылу немецко-фашистских войск был награжден орденом Красного Знамени, пулеметчик рядовой А. Е. Тавилько за уничтожение 3 танков противника в районе города Моздок был награжден медалью «За отвагу», сержант З. Н. Добычин за выполнение задания командования в тылу противника награжден орденом Красной Звезды и др.
В конце 1942 года началось комплектование 70-й армии резерва Ставки Верховного командования. В ее составе были сформированы три стрелковые дивизии – 102-я, 106-я и 162-я (третьего формирования) – из пограничников Дальнего Востока, Забайкалья и Средней Азии соответственно. Командирами 162-й Среднеазиатской дивизии в годы войны являлись полковник С. М. Тарасов (15.11.1942-24.11.1942), генерал-майор С. Я. Сенчилло (25.11.1942-20.10.1943), полковник С. И. Черняк (22.10.1943-20.01.1944), полковник Л. В. Гринвальд-Мухо (21.01.1944-08.07.1944), полковник А. О. Муратов (09.07.1944-09.05.1945).
На формирование 162-й Среднеазиатской стрелковой дивизии из Памирского пограничного отряда было направлено 450, из 43-го кавалерийского полка – 330 солдат и офицеров. Эти военнослужащие составили основу 224-го стрелкового Памирского полка 162-й дивизии.
В начале 1943 г. Среднеазиатская дивизия выехала на Урал. В условиях, приближенных к боевым, пограничники учились воевать, овладевали новым оружием. Конники становились минометчиками и артиллеристами, стрелки – бронебойщиками и пулеметчиками. Первое боевое крещение воины дивизии получили на Дмитровском – Орловском направлении. По бездорожью они совершили трехсоткилометровый марш, с ходу вступили в бой и показали в нем хорошую выучку, сплоченность и высокую дисциплину.
После продолжительных весенних боев дивизия укрепилась на Курском выступе. Два месяца пограничники упорно готовились к предстоящим боям, укрепляли оборону. В июле 1943 года немцы начали свое генеральное наступление. Гитлеровское командование намеревалось концентрическими ударами с севера и юга окружить советские войска.
Но первые же дни боев показали всю несостоятельность плана немцев. Враг явно переоценил свои силы и недооценил мощь Красной армии. Немецкие танковые дивизии натолкнулись на непреодолимую стену советских войск. На шестой день наступления немцы выдохлись. Гитлеровские полчища в упорных боях были обескровлены, а затем сильным ударом опрокинуты. Началось мощное наступление Красной армии, которая выиграла величайшую в истории битву.
Неувядаемой славой в битве на Курской дуге покрыли себя 18 воинов-пограничников 224-го стрелкового Памирского полка 162-й дивизии. Прикрывая правый фланг батальона, наступавшего на деревню Самодуровка, 18 бойцов во главе с командиром взвода лейтенантом А. Д. Романовским расположились на небольшой сопке. На их позиции ринулось в атаку более десятка танков и свыше 200 фашистов. Разгорелся неравный бой. Дружным огнем пограничники отбили атаку, но противник не унимался, атакуя снова и снова. Бой не ослабевал ни на минуту, то и дело переходя в рукопашную схватку. Пограничники в этом бою погибли все, но врага не пропустили через свой рубеж.
Обескровив врага, разгромив его отборные части, полки Среднеазиатской дивизии вместе с войсками фронта двинулись в наступление. За умелые боевые действия дивизия несколько раз была отмечена в приказах Верховного Главнокомандования. Неоднократно Москва от имени Родины салютовала славным воинам-пограничникам.
162-я Среднеазиатская стрелковая дивизия с боями прошла от Курска через всю Белоруссию и Польшу, форсировала Десну и Днепр, штурмовала Штеттин и Гдыню, перешагнула границу Германии и закончила свой поход в немецком городе Ростоке. За успешные боевые действия дивизия была награждена орденом Суворова II степени и орденом Красного Знамени. За освобождение города Новгород-Северский дивизия получила почетное наименование Новгород-Северская.
Звания Героя Советского Союза были удостоены командир дивизии полковник С. И. Черняк , рядовой пулеметчик М. М. Куюков , командир роты старший лейтенант В. М. Юдин , полным кавалером ордена Славы стал младший сержант пулеметчик Г. П. Грабовляк . Именно о воинах 70-й армии, куда входила и 162-я стрелковая дивизия, советский полководец Маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза Г. К. Жуков сказал: «Я всегда был спокоен за те участки фронта, где оборонялись или наступали пограничники» .
Отличилась 70-я армия при разгроме фашистских войск в Германии. В Берлинской операции 224-й стрелковый Памирский полк, которым командовал подполковник А. Л. Бодаков , действовал на направлении главного удара 2-го Белорусского фронта. Предстояло форсировать Одер, на западном берегу которого враг создал сильную оборону. Под ураганным артиллерийским огнем пограничники преодолели речной рубеж в районе Грейфенхагена, разгромили два вражеских батальона и захватили плацдарм на западном берегу.
В последующие два дня бои за плацдарм приняли тяжелый характер. Гитлеровцы бросили против полка А. Л. Бодакова пять батальонов с танками. Бои шли с переменным успехом. Командир полка, будучи раненным в голову, продолжал руководить подразделениями, отказавшись от эвакуации в госпиталь.
Расширяя плацдарм, Памирский полк овладел прибрежными высотами, господствующими в данном районе, и обеспечил переправу танковых частей армии. В трехдневных боях пограничники разгромили пять батальонов противника и захватили много вооружения. В этих боях также отличился командир батальона Памирского стрелкового полка капитан П. Я. Почукалин , которому было присвоено звание Героя Советского Союза.
В 1942 году в действующую армию был направлен начальник заставы Шуроабадской комендатуры из Таджикистана Ф. Ф. Чепурин , где был назначен сначала начальником артвооружения 278-го стрелкового полка, затем командовал ротой, а с 1944 года – батальоном. Участвовал в обороне Керченского залива, форсировании Днестра, в проведении Яссо-Кишиневской операции, в освобождении Польши. 24 апреля 1945 года командир батальона 990-го стрелкового полка 230-й стрелковой дивизии 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта капитан Ф. Ф. Чепурин отличился в боях за Берлин, когда его батальон форсировал реку Шпрее в районе Трептов-парка и устремился к центру гитлеровского логова. Умело используя приданную батальону бронетехнику, Ф. Ф. Чепурин вывел своих бойцов к одному из главных мостов через Ландвер-канал и овладел им, уничтожив при этом большую группировку гитлеровцев. За смелые и решительные действия по овладению Берлином и проявленные при этом мужество и героизм Ф. Ф. Чепурину указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1945 года было присвоено звание Героя Советского Союза.
В 1925–1927 гг. на Памире служил командиром роты пограничного отряда Иван Васильевич Панфилов. В годы Великой Отечественной войны генерал-майор И. В. Панфилов командовал 316-й стрелковой дивизией. Навечно в историю вошел подвиг 28 панфиловцев, защищавших Москву. В одном из боев погиб и командир дивизии И. В. Панфилов, посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза.
Нельзя не сказать и о И. И. Масленникове, бывшем начальнике маневренной группы 48-го Сараевского пограничного отряда, который в годы войны проявил свой полководческий талант. Будучи заместителем Главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке, принимал непосредственное участие в разработке плана операции по разгрому Японии, за что был удостоен звания Героя Советского Союза.
Пограничники, служившие в Таджикистане и прошедшие боевую подготовку, направлялись не только на фронт, но и для комплектования отдельных пограничных полков, главной задачей которых была охрана коммуникаций наших войск в прифронтовой зоне, а также борьба с разведывательно-диверсионными группами противника. В 1944 году на формирование пограничного полка войск НКВД города Смоленска из Таджикистана было откомандировано 107 человек. А когда в марте 1944 года советские воины вышли на государственную границу СССР и стали вновь устанавливать пограничные столбы, из Таджикистана на формирование 22-го пограничного отряда на западный участок границы прибыло 380 пограничников, которые приступили к воссозданию всей необходимой инфраструктуры.

[aleksandr 196101]

Уникальный полигон на Памире.

В горах Памира на высоте 4,5 тысячи метров над уровнем моря расположен Международный научно-исследовательский центр по изучению космических лучей «Памир-Чакалтая». Аналогичный полигон, где круглый год можно проводить подобные исследования, на нашей планете, кроме Таджикистана, есть только в Боливии, на горе Чакалтая. Отсюда название центра на Памире. «Фергана» рассказывает о том, как началось исследование космических лучей в памирских горах, и что как сейчас работает центр «Памир-Чакалтая».
Памир — живая природная лаборатория, которая уже почти два столетия притягивает ученых из разных стран мира. Активное освоение Памира началось в ХХ веке молодой советской властью. Туда рвались геологи, физики, биологи. У писателя-фантаста Александра Беляева в романе «Звезда КЭЦ», написанном в 1936 году, именно с памирских гор на эту звезду летают люди, которые изучают космос. В 1940-е годы на Памире была заложена основа для проведения ядерных исследований — создана уникальная станция наблюдения за космическими лучами сверхвысоких энергий в Чечекты, что в Мургабском районе Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) Таджикистана. Затем эти исследования были продолжены в местечке Ак-Архар.

Ядерно-космическая гонка.

В те годы СССР и США соревновались в создании атомной бомбы. В 1942 году, когда в стране шла война, группа физиков прибыла в Чечекты для проведения ядерных исследований. В Чечекты был построен небольшой домик Академии наук (АН). Под схемой этого домика стояла подпись самого Иосифа Сталина, который лично утвердил схему и план строительства. В 1944 году его за одну зиму возвели военнопленные японцы.
С 1942-го и до конца 1960-х годов ученые работали там каждый год. Туда приезжали академики Дмитрий Скобельцын, нобелевские лауреаты Виталий Гинзбург и Игорь Тамм, Владимир Векслер — создатель знаменитого синхрофазотрона, академик Георгий Зацепин — автор так называемой идеи широких атмосферных ливней (под ливнями имеются в виду падающие космические лучи. – Прим. «Ферганы»), создавший теорию, которой до сих пор занимаются не только в России, но и в США, Японии, Бразилии и Боливии.
В Чечекты физики занимались атомными исследованиями и изучением космических лучей сверхвысокой энергии. Советский Союз сильно продвинулся в этом направлении, но в 1960-е годы, когда проблема создания атомной бомбы и атомных электростанций была решена, правительство СССР свернуло программу исследования космических лучей. Станцию в Чечекты отдали биологам. Однако мировая наука не стоит на месте, и американцы стали обходить СССР по многим отраслям. После полета Гагарина они интенсивно осваивали космос, первыми оказались на Луне, работали над исследованиями космических лучей.
Хорог-Душанбе: более чем опасный и изнурительный проезд.Советское правительство решило все наверстать и обогнать космическую программу США. Ученые-физики вернулись на Памир в 1971 году, но уже на Ак-Архар, с основной задачей — исследовать космические лучи. Для Ак-Архара в Перу был закуплен свинец — там самое крупное месторождение этого металла хорошего качества. Его привезли в Челябинск.
Был построен специальный завод точной механики, и там отполировали свинцовые плиты так, чтобы на них не было никаких шероховатостей, так как только абсолютно гладкая поверхность может дать правильную картину исследований. Две тысячи тонн свинца по железной дороге были отправлены из Челябинска в Ош, и из Оша в течение трех лет машинами возили этот свинец в Мургаб, на Ак-Архар, - рассказал «Фергане» директор Центра инновационного развития науки и новых технологий АН Таджикистана, академик Мамадшо Илолов.
После распада СССР и начала гражданской войны в Таджикистане исследовательские работы в горах Памира были заморожены. В 1990-е годы 400 тонн свинцовых плит были разграблены и вывезены из республики. Уникальный полигон Ак-Архар простаивал бесхозным полтора десятилетия.
«У нас есть не только стратегическое сырье, но и стратегические объекты, доставшиеся нам от бывшего СССР. Причем уникальные по своим возможностям. Например, объект на Памире — станция «Памир-Чакалтая». Больше таких нет нигде. Мы их не распродали. Ведем переговоры либо заключили соглашения с Россией и используем обоюдно в интересах наших стран», - сказал президент Эмомали Рахмон в интервью «Независимой газете» в феврале 2001 года.

Восточный Памир на пороге экологической катастрофы.

Несколько лет таджикские и российские ученые вели переговоры по вопросу возобновления деятельности полигона Ак-Архар. Наконец, 29 августа 2008 года, во время визита тогдашнего президента России Дмитрия Медведева в Душанбе было подписано Соглашение об учреждении и деятельности международного научно-исследовательского центра «Памир-Чакалтая». После долгого перерыва, в 2009 году научный полигон станции восстановили, но в марте 2010 года лавина разрушила ангар, в котором находилась уникальная научная установка.
Летом сотрудники центра демонтировали чудом сохранившуюся установку. И так как Ак-Архар лавиноопасен, было решено перенести станцию на полигон Колуч-куль.Круче, чем адронный коллайдер - Таких высокогорных станций в мире две: одна — в Мургабе, другая — в Боливии. У них фактически одна функция. В Боливии смотрят Южное полушарие, а на Памире смотрят Северное полушарие. Эти станции — зеркала, которые отражают космические лучи сверхвысоких энергий. Теория большого взрыва является точкой отсчета, откуда начинается происхождение Вселенной, происхождение Земли и жизни. Прошло 14 миллиардов лет с тех пор, и мы сейчас на этих станциях имеем шанс зафиксировать во времени эти лучи, которые 14 млрд лет тому назад получили ускорение. Сейчас у нас есть возможность наблюдать на этих площадках отголоски того события.

Академия наук Таджикистана: Дангаре более 4 тыс. лет.

Земля входит в Солнечную систему, которая является маленьким уголком нашей галактики среди миллиардов других галактик. Вселенная бесконечна — у нее нет ни начала, ни конца. И вот из этих межгалактических пространств поступают сигналы в виде космических лучей. Их исследуют и во времени, и в пространстве. Мы знаем, что на границе Швейцарии и Франции есть большой адронный коллайдер. Его предназначение — выяснение свойств элементарных частиц, которые находятся внутри ядра. Физики на коллайдере получают нужные им свойства этих частиц при огромных ускорениях. Огромная энергия на огромной скорости направляется на пучок частиц, и при взрыве элементарная частица себя проявляет. В статическом положении они эти свойства не показывают.
То есть надо было построить огромный ускоритель, чтобы увидеть эти свойства. А на высокогорных площадках Ак-Архар в Таджикистане и Чакалтая в Боливии эти свойства можно получить без миллиардных вложений, поскольку космические лучи там падают на землю почти со скоростью света.
Еще в 1980-е годы в ходе эксперимента на Памире было обнаружено, что элементарные частицы могут вести себя иначе. В сентябре 2010 года на БАКе обнаружили новый уникальный эффект: среди сотен частиц которые рождаются при столкновении протонов, зарегистрировали пары, движения которых связаны друг с другом. Это было представлено как сенсация, оправдывающая вложение средств в создание коллайдера. Однако фактически на БАКе подтвердили данные, полученные в середине 1980-х годов на Ак-Архаре в СССР. Ученые еще тогда наблюдали, что частицы располагаются в одной плоскости, - поясняет Мамадшо Илолов.
Советские ученые пришли к пониманию, что на Ак-Архаре можно установить рентгеноэмульсионные камеры, состоящие из свинцовых плит и серебряных пленок, которые очень чувствительны. Луч пробивает свинцовые плиты и проходит через них, а пленка фиксирует это на микроскопическом и даже на наноуровне. Чтобы проявить эти фотопленки, нужны особые технологии и дорогостоящее оборудование, которого в Таджикистане нет. Такое оборудование имеется в Москве. Там пленки изучают, и на некоторые вопросы ученые находят ответы.

«Суперлуние» в фокусе телескопа таджикской обсерватории Санглох.

«Памирская лаборатория космических лучей — это уникальная и незаменимая база для физиков всего мира, и ее потеря нанесет большой ущерб международной науке и дружбе. Ее разрушение можно сильно подорвать авторитет и положение Таджикистана в мире. Это лаборатория стерла все политические и национальные границы, и ее следует сохранить как памятник просвещенности таджикского народа», - сказал в свое время пакистанский физик, лауреат Нобелевской премии по физике Абдус Салам о памирском исследовательском полигоне.В последние годы ученые России и Таджикистана возобновили ежегодные экспедиции на станции Ак-Архар и Колуч-куль. Проводимые в ходе них исследования приводят к новым открытиям и гипотезам. Но каждая такая экспедиция требует немалых средств, поэтому ежегодно ее проведение оказывается под вопросом. Будет ли совершена совместная экспедиция в этом году — тоже пока неизвестно. Но очевидно, что имея редчайшую, созданную самой природой лабораторию, было бы неразумно ею не пользоваться.

[aleksandr 196101]

Сообщение от aleksandr 196101

Пограничная стража на ПАМИРЕ.
Знакомство России с Памиром состоялось еще в 1876 году, когда была покорена Ферганская долина и отряд генерал-майора М.Д.Скобелева поднялся на Алайский хребет. Ясным июньским днем с перевала Арчат Белый генерал и его сподвижники увидели на юге ярко-зеленые луга Алтайской долины, а за ними - "непрерывную стену снега", которая "тянется на пространстве более ста верст, играя на солнце, как хрусталь, гранями отдельных вершин". Это сиял вечными снегами Заалайский хребет, за которым лежала горная страна Памир. Нам не трудны снежны горы, и Алайский крутой скат.
Уральские казаки смело взобрались на Памирское нагорье и дошли до перевала Акбайтал, что вознесся на 4.655 метров над уровнем моря! Уже тогда мы были вправе занять и весь Памир до его южной границы - снежного хребта Гиндукуш: все это были владения Кокандского ханства, присоединенного теперь к России. Однако от Акбайтала скобелевцы вернулись: слишком много забот было у нас и по эту сторону Алая. Кроме того, Россия не хотела раздражать своего старого врага Англию: ведь мы приближались к "жемчужине британской короны" - Индии! Со своей стороны, Петербург полагался на англо-русские соглашения 1872 - 1873 годов, по которым Памир признавался сферой влияния России.
Однако в 1883 году британцы нарушили этот договор и побудили своего вассала - афганского эмира занять западно-памирские ханства Рошан и Шугнан. Родственные таджикам обитатели этих областей испытали все ужасы восточного завоевания с вырезанием целых кишлаков, тотальным грабежом, угоном женщин и детей в Кабул.
В итоге капитан Б.Л.Громбчевский, посетивший в 1889 году рошанское селение Сарез, был "приятно удивлен" "симпатию населения к русским". "Жители, - сообщал он, - называли себя не иначе, как подданными Белого Царя".
В восточную часть Памира, где кочевали летом русскоподданные киргизы, после 1884 года вторглись китайцы. В 1889-м их посты стояли уже в самом центре нагорья, и у англичан созрел план раздела Памира между Китаем и Афганистаном. Тем самым они чужими руками преградили бы русским путь к Гиндукушу и далее в Индию. Кроме известий об этом плане, нас не могли не встревожить частые рекогонсцировки Памира британскими офицерами и начатая в 1890 году прокладка шоссе Сринагар - Гильгит, которое выводило англичан на ближайшие подступы к Памиру с юга. Становилось ясно, что в войне с Россией - а она могла вспыхнуть в любой момент - Англия и ее союзники не преминут воспользоваться памирским плацдармом. В 1885 году через Рошан уже шло афганское серебро для ферганских мятежников...
Медлить больше было нельзя. В мае 1891 года туркестанский генерал-губернатор барон А.Б.Вревский приказал командиру 2-го Туркестанского линейного батальона полковнику М.Е.Ионову произвести рекогносцировку Памира и "восстановить права России" на эту область. Отряд Ионова состоял из 122 человек, которых выделили войска Ферганской области - охотничьи команды 2-го, 7-го, 15-го, 16-го и 18-го Туркестанских линейных батальонов и 6-й Оренбургский казачий полк. Охотничьи команды были предшественниками нынешних разведрот и спецназов; в них отбирали самых сметливых, расторопных и отважных солдат. За плечами же самого Михаила Ефремовича Ионова были 25 лет боев и походов в Средней Азии. А эта школа учила никогда не теряться, действовать решительно и по обстановке...
10 июля 1891 года по перевалу Кызыл-Арт отряд поднялся на Памир. Старый туркестанец верно понял свою задачу. Не имея ни санкции МИДа, ни прямого приказа Вревского, игнорируя китайские посты и разъезды, он расставлял на своем пути пограничные знаки - камни с надписью: "Полковник Ионов. 1891".
Обойдя всю восточную часть южной окраины Памира, Ионов с 30 казаками, охотниками и офицерами 26 июля перевалил через Гиндукуш и спустился в Индию! За ханством Ясин, куда он попал, лежали уже владения английского вассала - магараджи Джамму и Кашмира...
Пройдя по Индии около ста верст, полковник повернул на север и через перевалы Даркот и Барогиль вновь вышел на южную границу Памира, к афганскому форту Сарход. Завидев 20 оренбургских казаков, едущих со стороны Индии, гарнизон Сархода "быстро поразмыкался по балкам", и оказавшемуся в одиночестве коменданту оставалось лишь просить Ионова не разглядывать его "секретный объект". Разглядывать не стали...
Удивлен был и следивший за Ионовым английский капитан Янгхазбэнд, на которого наткнулись у мазара Базай-Гумбез. Имея приказ о выдворении британца за пределы России, полковник заявил, что может применить силу, но предпочтет поверить честному слову гвардейского драгуна королевы Виктории... Слово было подкреплено распиской, в которой Янгхазбэнд обязывался на другой же день покинуть нашу территорию и впредь не пересекать указанной ему Ионовым государственной границы. А вот другой викторианец - лейтенант Девисон, обнаруженный на обратном пути у реки Аличур, - доверия Ионову не внушил. Конвоировать соглядатая в обтрепанном штатском до границы было некогда, и Дэвисона забрали с собой. Китайскому же пикету, при котором отирался англичанин, приказали немедленно убираться из России, что и было исполнено...
"Самовольно" перейдя Гиндукуш, Ионов доказал возможность похода в Британскую Индию по кратчайшему пути - через Памир. Конечно, этот путь не был самым удобным; главный удар следовало наносить от Кушки и Термеза через Афганистан. Тем не менее, ценность Памира в глазах русских военных сразу же возросла, и главный штаб с военным министром П.С.Ванновским высказался за скорейшее занятие нагорья нашими войсками. Однако МИД, боясь рассердить Англию и уповая на всесилие "дипломатических методов", добился фактического отказа от этой акции. "Вскоре это министерство нашло неудобным посылать даже астронома и топографа!" Поставленные Ионовым пограничные знаки поспешили объявить геодезическими...
Историческая справка :
Демаркация западного участка северной границы Афганистана была закончена русско-английским соглашением, подписанным 10 (22) июля 1887 г. в Петербурге. Но восточный участок северной границы Афганистана был по-прежнему не определен. Тут Афганистан граничил с Памиром, который окружавшие его племена именовали «крышей Мира». Разумеется, граница была условной, и никто никогда не занимался ее демаркацией.
Высокогорный район Памира с его суровым климатом сам по себе никогда не интересовал завоевателей. В долинах Памира проживало около 2,5 тысячи таджиков и около 18 тысяч кара-киргизов. И те, и другие были мусульманами, но таджики относились к шиитам, а киргизы — к суннитам.
К концу XIX века Памир приобретает важное стратегическое значение, поскольку через его перевалы можно было попасть в Кашгарию, Афганистан и Индию.
Впервые русские генералы поднимают вопрос о присоединении Памира в 1876 г. в связи с окончательным покорением Кокандского ханства, в число владений которого формально входил и Памир. Однако в связи с началом русско-турецкой войны решение этой проблемы было отложено.
С начала 80-х годов XIX века англичане под видом научных экспедиций стали посылать на Памир своих эмиссаров и разведчиков. В свою очередь, Военное ведомство в 1888 г. отправило туда свою экспедицию под командованием капитана Громбчевского. Примеру англичан последовали и китайцы, выставив свои посты в долинах озер Рангкуль и Яшилькуль. Но вскоре туда прибыли войска афганского эмира, оттеснившие китайцев к Рангкулю. В 1890 г. в Кашгар из Индии прибыла английская миссия, официально для учреждения в этом городе консульства, а неофициально для переговоров с китайскими властями о разделе Памира.
Русское правительство не могло допустить, чтобы этот стратегический район был поделен между Англией и Китаем, и приняло решение немедленно занять Памир. Для этого в Маргилане был сформирован специальный отряд, состоявший из охотников (добровольцев) из 2, 7, 15, 16 и 18-го Туркменских линейных батальонов и 24-х казаков из 6-го Оренбургского полка. Всего в отряде было 8 офицеров и 114 рядовых под командованием полковника Ионова.
Ионову было приказано прекратить «хозяйничанье» китайцев и афганцев на Памире, указать на его принадлежность России, по возможности избегать столкновений и производить геодезические съемки. Преодолев с огромными трудностями перевал Тенгиз-Бай (в Алайском хребте), отряд двинулся правым берегом реки Кызыл-Суу и перешел ее вброд напротив урочища Бордаба. Отсюда 10 июля 1890 г. отряд выступил через перевал Кызыл-Арт и 12 июля был на реке Музкол. Здесь отряд разделился: казаки с полковником Ионовым пошли на перевал Уз-Бель и озеро Рангкуль, а пехота с вьюками пошла на перевал Акбайтал. Затем пехота по реке Акбайтал вышла в долину реки Оксу, а оттуда в долину реки Аличур, где и остановилась, охотясь и производя рекогносцировки, пока Ионов с казаками объезжал районы, принадлежавшие к Гиндукушу
От озера Рангкуль Ионов отправился по реке Оксу к Ак-Ташу, затем 21 июля через перевал Беик вышел в долину реки Карачукура, поднялся по реке на перевал Вахджир и к 25 июля достиг Базаи-Гумбеза. У перевала Беик русские арестовали английского лейтенанта Девинсона и отправили его под конвоем в Маргелан. А у Базаи-Гумбеза был арестован английский капитан Юнгхесбенд, с него Ионов взял письменное обязательство покинуть Памир и более здесь не появляться.
После этого Ионов с казаками через перевал, названный его именем, перешел на южную сторону Гиндукуша и через перевал Болро-гиль вернулся обратно в долину Вахандарьи к селению Сархад. Отсюда Ионов направился в долину реки Памир и 11 августа, выйдя через перевал Хзаргош в долину реки Аличур, соединился с пехотой у озера Яшилькуль, откуда и двинулся в обратный путь, в город Ош.
Отряд во время своего движения убедился, что население колеблется относительно своего подданства, и поэтому действовал тут как на территории, бесспорно принадлежащей России — расставлял пограничные знаки, утверждал беков и т.д. Но после ухода русского отряда китайцы и афганцы опять начали хозяйничать в долинах рек Оксу и Аличур, что вынудило туркестанскую администрацию опять отправить в 1892 г. на Памир отряд под началом полковника Ионова.
Отряд был значительно увеличен. В его составе имелись 4 пехотные роты добровольцев, 3 сотни казаков из 6-го Оренбургского полка, двухорудийный взвод Туркестанской конно-горной батареи и команда саперов.
2 июня 1892 г. отряд Ионова выступил из Маргилана и 17 июня прибыл к озеру Рангкуль, где находился китайский отряд, бежавший при приближении русских войск. 27 июня отряд встал биваком на берегу реки Мургаб (Оксу) около слияния ее с рекой Акбайтал вблизи урочища Шаджан. Здесь Ионов получил сведения о нахождении афганского поста у впадения реки Аличур в озеро Яшилькуль и о готовящемся нападении китайской конницы на русский отряд в случае его движения к озеру.
Ионов решил действовать, он сам выступил против афганцев, а капитана Скерского выслал против китайцев. Скерский выбил китайцев из укрепления Ак-Таш в верховьях реки Оксу, а Ионов, после рукопашной схватки 12 июля, уничтожил афганский пост у Сума-Таша около озера Яшилькуль в долине реки Аличур.
25 июля Ионов двинулся в обратный путь на Мургаб (Оксу). Здесь, на месте прежнего бивака, он заложил укрепление и выслал капитана Скерского с полусотней казаков для рекогносцировки отдаленных районов Памира, где снова появились китайцы.
25 августа Ионов отправился обратно в Фергану, оставив в новом укреплении Шаджанский отряд (160 человек пехоты и 40 казаков) капитана Кузнецова. Кузнецов успокоил китайцев относительно неприкосновенности их территории и наладил с ними дружеские отношения.
Зима 1892/93 г. прошла спокойно. Весной 1893 г. афганцы начали стягивать войска к границам Бухары и производить рекогносцировки в Шигнане и Рушане, собирая с местного населения незаконную подать. Для прекращения произвола афганцев в этот район был послан штабс-капитан Ванновский с двумя офицерами и десятью нижними чинами. Афганцы бежали при появлении команды Ванновского.
В начале 1894 г. на Памир были отправлены подкрепления под командой уже знакомого нам полковника Ионова. В мае 1894 г. Ионов получил сведения о появлении вооруженных афганцев в Шигнане и Рушане и немедленно отправил туда два отряда: подполковника Юденича — по реке Гунт и капитана Скерского — по реке Шахдаре, до впадения обеих рек в Пяндж. В ту же сторону был выслан казачий разъезд капитана Александровича.
Шахдаринский отряд (12 человек пехоты, 20 казаков, 2 орудия) 22 июля прибыл к границе Шигнана, где был радостно встречен местным населением во главе с сыном правителя, присоединившимся к отряду. Однако, подойдя к крепости Рош-Кала 28 июля, отряд был встречен огнем. 31 июля Скерский направил к крепости два отряда, и афганцы покинули Рош-Кала и отошли на 12 верст от бивака русских.
К афганцам подошло подкрепление, но и к отряду Скерского подошла команда капитана Эттингена, у которого было 60 пехотинцев, 12 казаков и пара пусковых станков с 32 осколочно-фугасными ракетами.
С 4 по 8 августа 1894 г. афганцы несколько раз пытались атаковать русских, но каждый раз, попадая под огонь, они отступали. 9 августа афганцы скрытно ушли и через десять дней уже были в пределах владений своего эмира.
Наряду со смелыми действиями русских пехотинцев и казаков следует отметить и блестящую работу расчетов горных орудий и ракетных команд. Чего стоит только переход конно-горной батареи через перевал Акбайтал на высоте 4593 м над уровнем моря. Сейчас далеко не каждый альпинист может похвастаться покорением таких высот, а тут простые солдаты без всякого снаряжения тащили на себе и коней, и пушки.
К концу 1894 г. Памир был окончательно очищен от китайцев и афганцев. Успешные операции русских войск заставили британское правительство вступить в переговоры с Россией.
27 февраля (11 марта) 1895 г. в Лондоне посол России Георг фон Стааль и министр иностранных дел Великобритании лорд Кимберли обменялись нотами по вопросу ограничения подвластных им территорий в Средней Азии. В историю дипломатии этот обмен нотами вошел как «Третье русско-английское соглашение по Средней Азии». (Первое состоялось в 1872—1873 гг., а второе в 1885—1887 гг.).
Условиями «третьего» соглашения были:
1. Соглашение определяло восточный (бухарский) участок северной границы Афганистана.
2. Сферы влияния России и Англии на восток от озера Зоркуль разделялись пограничной чертой, которая шла от точки на восточной оконечности озера Зоркуль по гребню горной цепи до перевала Орта-Бель, а оттуда далее на восток, примерно чуть южнее параллели озера Зоркуль, затем пограничная черта поворачивала к пункту Кызыл-Рабат, лежащему на реке Оксу, а оттуда далее на восток до смыкания с китайской границей.
3. Река Пяндж становилась пограничной рекой между Афганистаном и Бухарой, между сферой английских и российских интересов. С этой целью Афганистану отошли бухарские владения к югу от Аму-дарьи, на левом берегу реки Пяндж (округ Дарваз), а к Бухаре присоединились таджикские округа Рушан и Шигнан, а также часть Вахана, лежащая на правом берегу Пянджа.
4. Остальная часть Вахана, лежавшая выше впадения реки Памир в реку Пяндж, так называемый Вахандарья, остался за Афганистаном. Тем самым Россия отделилась узкой полоской афганских владений от Гиндукуша, сохранявшегося безусловно в сфере владений Великобритании.
5. Эта полоска между Гиндукушем и русско-афганской границей, хотя и входила в сферу влияния английских интересов, не была присоединена к владениям Британии, а осталась афганской и на ней не разрешалось возводить ни военных постов, ни укреплений.
6. Установленная соглашением пограничная черта должна быть демаркирована Смешанной русско-английской комиссией погранично-технического характера с участием представителя эмира Афганистана.
7. Обе стороны обязались не вмешиваться в политические дела сферы другой стороны: то есть Россия — к югу от разграничительной линии, а Англия — к северу от разграничительной линии.
Демаркация границы на местности была проведена в июле 1895 г. Пограничный столб № 1 установили на восточном берегу озера Зоркуль.
Таким образом, часть Памира отошла к Афганистану, часть — к России, а часть — к Бухарскому эмирату. Однако власть бухарского эмира в своей части владений была фиктивной. Фактически и русский, и бухарский Памир находились в ведении начальника памирского отряда, пользовавшегося по отношению к населению правами начальника уезда и подчиненного по исполнению своих административных обязанностей военному губернатору Ферганской области.
Русский отряд на Памире состоял до 1917 г. из нескольких сотен пехотинцев и нескольких десятков казаков, взятых из состава частей Туркестанского военного округа. Из-за суровых климатических условий личный состав отряда ежегодно менялся. Первоначально штаб-квартирой отряда служил Памирский пост на реке Мургаб, а затем — урочище Хорог, расположенное при впадении реки Гунта в Пяндж.
Таким образом, в 1895 г. была окончательно установлена южная граница России, которая позже стала границей СССР и просуществовала до 1991 г.

Между тем в ноябре 1891 года английские войска заняли ханство Канджут, примыкавшее к юго-восточному углу Памира. Прогнанные Ионовым китайские посты сразу же после ухода русских в Фергану вернулись обратно, а афганские из западной части Памира выдвинулись в самый его центр. Речь шла уже о достоинстве державы, и 18 апреля 1892 года Александр III повелел двинуть на Памир отряд, в который вошли сводный батальон от 3-й Туркестанской линейной бригады, половина 6-го Оренбургского казачьего полка, команда Туркестанского саперного полубатальона и 4 орудия Туркестанской конно-горной батареи. По настоянию дипломатов, войскам все же запретили выдвигаться южнее реки Мургаб, которая делит Памир на северную и южную половины (не путать с туркменским Мургабом!). Но во главе отряда стоял Ионов! Из инструкции Ванновского он запомнил главное: задачей экспедиции является "охранение наших интересов в Памирском крае"...
В июне 1892 года светло-синие погоны оренбургских казаков и линейцев и алые артиллеристов и саперов вновь расцветили пустынные долины Восточного Памира. Несмотря на запрет, Ионов с сотней оренбуржцев, ротой охотников и двумя пушками прошел за Мургаб, к озеру Яшилькуль: там, на урочище Сумэ-Таш, обосновался афганский пост... На рассвете 12 июля два казачьих взвода отрезали посту пути отхода, а третий с Ионовым приблизился к нему вплотную. Вышедшие навстречу двадцати русским 18 афганцев, отказались сложить оружие и покинуть нашу территорию.
Весьма красочно описывает этот пограничный инцидент Борис Тагеев: "...С обрыва было видно, как перебегали из одной юрты в другую афганцы, как на пути запоясывались они и закладывали патроны в ружья. И вот целая вереница красных мундиров во главе со своим начальником стала подниматься на яр и скоро построилась развернутым фронтом перед нами. Их лица горели негодованием и решимостью.
Капитан сделал честь полковнику Ионову, приложив руку к головному убору. Полковник ответил ему по-русски под козырек. Начались переговоры через переводчика.
- На каком основании вы выставили свой пост на нашей территории? - спросил полковник.
- Потому что земля эта наша, - возразил афганец и, скрестив на груди руки, принял вызывающую позу. - Мы владеем ею по договору с Англией с 1873 года, -- прибавил он.
- Нам нет дела до ваших договоров о наших владениях, - возразил полковник, - и я, исполняя возложенные на меня обязанности, прошу вас положить оружие и уйти отсюда прочь. Капитан вспыхнул.
- Я рабом не был и не буду, - сказал он, - а если вам угодно наше оружие, то перебейте нас и возьмите его - афганцы не сдаются, - заключил он свою речь.
- Так вы не оставите этого места и не отодвинетесь за границу Афганистана? - спросил полковник. - Я вас спрашиваю в последний раз.
- Я сказал все! - ответил афганец.
Видя, что путем переговоров ничего не поделать с афганцами и избегая кровопролития, полковник хотел неожиданно перехватать их, не дав им опомниться.
- Хватай их, братцы! - вполголоса передал он приказание казакам.
Но не тут-то было. Не успели наши сделать и шага вперед, как афганцы дали дружный залп, и двое из наших грохнулись на землю. Раздался глухой, раздирающий душу стон.
- Бей их! - крикнул полковник, и все ринулось вперед.
Полковник Ионов спокойно сидел на лошади, наблюдая за дерущимися; в пяти шагах от него стоял афганский капитан, который прехладнокровно стрелял из револьвера и вдруг, рванувшись вперед, подбежал к лошади полковника.
Блеснул огонек - и выстрел прогремел над самым ухом начальника отряда. Как-то инстинктивно полковник подался на шею лошади, и пуля прожужжала мимо. Капитана окружили казаки. Но афганец уже успел выхватить из ножен свою кривую саблю и, как тигр, бросился на них. Вот упал уже один казак под ударом кривого клинка капитанской шашки. Вот снова она, то поднимаясь, то опускаясь, наносит удары направо и налево.
&;nbsp; В нескольких шагах стоит хорунжий Каргин и смотрит на эту картину, пули свистят вокруг него, а он стоит, как будто не действительность, а какая-то фантастическая феерия разыгрывается перед ним.
- Хорунжий, да убейте же его, наконец! - раздается роковой приговор полковника, и вот, вместо того чтобы схватить свой револьвер или шашку, хорунжий, не отдавая себе отчета, хватает валяющуюся на земле винтовку раненого казака и прицеливается. Он даже не справляется, заряжено ли ружье, и спускает ударник. Выстрел теряется среди общей трескотни и шума, и только легкий дымок на мгновение скрывает от глаз фигуру капитана. Как-то странно вытянулся вдруг афганец, взмахнув одной рукой, другой схватился за чалму, на которой заалело кровавое пятно, и стремглав полетел с яра...
На одного ефрейтора наскочили двое афганцев, завязалась борьба. Ефрейтор неистово ругался, желая освободиться от наседавшего на него неприятеля, но в это время подоспел казак.
- Не плошай! - кричал он издали отбивавшемуся ефрейтору, и с этими словами шашка его опустилась на окутанную чалмою голову афганца.
Вот и другой уже на земле с проколотою грудью. Страшно хрипит он, издавая звуки, как бы прополаскивая себе горло собственною кровью, и, несмотря на это, силится подняться и зарядить ружье, но силы изменяют ему, кровь хлынула горлом, и он склонил свою голову.
Недалеко от места стычки, под большим камнем, доктор Добросмыслов перевязывает раненых, из которых один с совершенно перебитою голенью неистово стонет. -- Ничего, ничего, потерпи, голубчик, - успокаивает его доктор. - Уж мы тебе ножку твою вылечим. Давай корпии, - кричит он фельдшеру, который мечется с трясущеюся нижнею челюстью от одного к другому из раненых.
- Ой, больно, ваше высокоблагородие! - стонет раненый, пока доктор вынимает висящие снаружи осколки раздробленной кости.
Выстрелы все еще продолжаются, потому что засевшие в юртах афганцы все еще продолжают стрелять. Наконец раздался резкий звук трубы, игравшей отбой, и пальба мало-помалу утихла. Из юрт выползли раненые афганцы.
Тяжелое зрелище представлял собою весь скат и зеленая площадка берега Аличура. Везде валялись убитые или корчились раненые; последние, силясь подняться на руки, молили о помощи.
Подошел резерв, и все сгруппировались около места, где лишь несколько минут тому назад стояли перед нами полные жизни люди и где теперь валялись одни лишь обезображенные трупы. Тихо между солдатами, нет ни веселого говора, ни песен; у каждого на уме, что, быть может, и его постигнет такая же участь, как и этих афганцев.
- Саперы - вперед! - раздается команда. - Рой могилу.
Дружно принялись солдаты за работу, и через четверть часа яма была уже готова. Одного за другим стащили афганцев и положили в яму, а поверх всех был положен капитан Гулям-Хайдар-хан - пуля пробила ему голову, ударив в левый висок.
- Ишь ты, тоже сражался, - сказал один из солдат.
- Известно, сражался, а то как же? - заметил другой. - Тоже, ведь офицер!
Мерно падала земля с лопаток на тела убитых, покрывая их одного за другим своим холодным слоем и поглощая навеки павших героев... ".

После этой стычки афганские отряды поспешили очистить Памир, и Александр III мог с полным правом начертать на полях доклада о Сумэ-Таше: "Не мешает иногда и проучить их".

К тому времени Капитан А.Г.Скерский с 45 казаками проник на крайний юго-восток Памира, к урочищу Ак-Таш, где китайцы уже возводили укрепление. По требованию нашего офицера они тут же убрались на свою территорию, а укрепление русские срыли.
В сентябре 1892 года Ионов вернулся в Ферганскую долину, а на урочище Шаджан остался на зимовку Шаджанский отряд во главе с генерального штаба капитаном П.А.Кузнецовым. Здесь, в центре Восточного Памира, на высоте 3.658 метров над уровнем моря, военный инженер штабс-капитан А.Г.Серебренников построил земляной редут с двумя барбетами - насыпными площадками для пулеметов "Максим". Внутри редута поставили утепленные юрты, в которых разместились охотничьи команды 2-го, 4-го, 7-го, 16-го, 18-го и 20-го Туркестанских линейных батальонов, полусотня оренбуржцев 6-го полка и команда киргизских джигитов - всего 234 человека. Укрепление назвали Памирским постом. Сейчас здесь населенный пункт Мургаб.
Отряд остался наедине с Восточным Памиром - плоскими сухими долинами между грядами таких же безжизненных холмов. Ни деревца. Всюду камень, галька, песок и непрекращающийся, несущий тучи пыли ветер... Его непрерывный монотонный вой угнетающе действовал на психику, но еще тяжелее было переносить холод и недостаток кислорода - долины лежали на высоте 3000-4000 метров над уровнем моря, а перевалы возвышались до 5000 метров. Люди теряли в весе; у них начиналась цинга, анемия, а у некоторых и горная болезнь. Изнуряли и резкие суточные кол****ия температуры. Например, 18 февраля 1893 года в час дня на солнце было плюс 20 градусов, в тени - минус 6,5, а ночью - минус 35!
Но поставленные "над Индией" шаджанцы держались: у одних по обшлагу шла зеленая тесьма охотничьих команд, а на шароварах других были светло-синие казачьи лампасы. Вели разведку, строили вместо юрт полуземлянки, в бураны и 30-40-градусные морозы выходили на ночные учения - спасая людей от цинги, Поликарп Алексеевич Кузнецов не давал им расслабляться. Его же заботами в отряде был создан солдатский театр. Уже в 1894 году на посту завели и свой оркестр.
Сберегая солдата, капитан Кузнецов совершенно не думал о своем собственном здоровье и вконец его расстроил. Подстать начальнику был и отрядный врач Третьяков, страдая горной болезнью, он все же находил в себе силы обойти все помещения и держал под контролем здоровье каждого рядового. Так же заботился о солдате и старый туркестанец капитан В.Н.Зайцев, отряд которого в августе 1893 года сменил на Памирском посту отряд Кузнецова.
Китайцы продолжали нарушать границы Памира, однако теперь на их пути все чаще вставали лихие оренбургские казаки. В мае 1893 года у перевала Бердыш наш разъезд, - казак и два киргиза - наткнулся на целую "лянзу" в 60 всадников, но продолжал смело ехать вперед. Когда же из толпы китайцев раздался выстрел, оренбуржец, не раздумывая, в одиночку понесся на "лянзу" и обратил ее в паническое бегство! Не удостаивая своим вниманием прочих, казак догнал стрелявшего и взял его в плен. (!)
Сложнее было справиться с главой нашего МИД Н.К.Гирсом, твердившим, что занятие Памира повредит "дружеским отношениям" России с соседними странами. "От таких соображений, - справедливо писал генерал М.А.Терентьев, - конечно, легко перейти к проекту самых широких уступок ничего не стоящих земель соседям, ради сохранения "дружеских отношений"!" Но генерал-губернатор Вревский взял ответственность на себя, и в августе 1893 года наши посты встали на старой восточной границе кокандского Памира - у подножия Сарыкольского хребта. А на Западном Памире вновь появились афганцы.
Чтобы напомнить им о принадлежности этой земли России, в Рошан был отправлен с рекогносцировочной партией штабс-капитан С.П.Ванновский - сын военного министра. Пробиваясь диким ущельем реки Бартанг на запад, русские встретили афганский отряд в 6О человек, потребовавший от них повернуть назад. С Ванновским было всего 12 офицеров, казаков и охотников, но отойти значило подорвать престиж России, и штабс-капитан принял бой.
Винтовке Мосина - 115 лет, но именно тогда, 30 августа 1893 года, у кишлака Имц близ впадения Бартанга в Пяндж, сделала свои первые выстрелы по врагу трехлинейная винтовка Мосина, более полувека служившая России. Всего две такие винтовки было на Бартанге у охотников 2-го Туркестанского линейного батальона, но их меткость и невиданная еще дальнобойность сорвали все атаки красномундирных солдат эмира. К вечеру у афганцев было уже 18 убитых, и им пришлось пропустить Ванновского.
Однако в 1894 году Западный Памир снова стонал от афганских насилий. Чтобы не допустить резни населения, русские сосредоточили на Памирском посту три отряда под общим командованием Ионова - теперь уже генерал-майора. А 19 июля 1894 года офицеры генерального штаба повели в Шугнан две рекогносцировочные партии. Долиной реки Шахдары шел капитан А.Г.Скерский, а вдоль течения Гунта продвигался подполковник Н.Н.Юденич - будущий полководец Первой мировой и гроза красного Петрограда.
Понижавшиеся долины постепенно превратились в громадные ущелья; появились лесные заросли, сплошной зеленой стеной отделившие прижатую к утесу тропу от бурлящей Шахдары... 28 июля Юденич и Скерский встретили два афганских отряда по 150 человек, причем партия Скерского была вероломно обстреляна. Заняв оборону на урочище Вяздара - сначала с 40, а потом с 74 туркестанцами и оренбуржцами, капитан заявил афганцам, что не отступили на шаг... И вновь выручили замечательные трехлинейки - их залпами с дистанции 1,5 - 2 километра 5 и 7 августа были отражены все попытки врага атаковать нашу позицию.
Отказался отступить и Юденич. А узнав, что в Шугнан идет с отрядом Ионов, афганцы 19 августа сами ушли за Пяндж - на этот раз навсегда. Шугнанцы целовали нашим офицерам руки, становились перед своими избавителями на колени.
23 августа 1894 года Ионов, Юденич и Скерский соединились у кишлака Хорог. В пяти верстах к западу катил свои воды Пяндж - западная граница Памира. 1 сентября вверх и вниз по реке ушли первые разъезды оренбургских казаков.

Таким образом, в 1892-1895 гг. в пограничных стычках с афганцами войска Памирского отряда, возглавлявшиеся последовательно полковником Ионовым, подполковником Юденичем, капитанами Скерским и Серебряковым закрепили за Россией Памир, поставив окончательную точку в завоевании Средней Азии и становлении среднеазиатского участка российской границы.
"Два хороших боевых урока побудили англичан и на Памире прибегнуть к разграничительной комиссии, которая в 1896 году и установила существующую ныне пограничную линию. Памирской разграничительной комиссией и кончается второй период, в течение которого Англия всеми способами хотела приостановить наше наступление и положить ему предел, а Россия, дипломатически оправдываясь и обороняясь, шла неудержимо вперед, применяя вооруженную силу".
В 1895 году путем обмена нот между Россией и Великобританией было заключено соглашение о разделе владений на Памире к востоку от озера Зоркуль до границы с Китаем. Южная граница России проводилась в основном по параллели озера Зоркуль. Британское правительство обязалось оставить полосу между этой границей и хребтом Гиндукуша (так называемый Ваханский коридор) во власти афганского эмира, не присоединяя ее к Британской Индии и не возводя здесь укреплений. Подтверждались условия соглашения 1872-1873 годов о принадлежности правого берега Пянджа Бухарскому ханству, а левого - Афганистану. Зафиксированная в русско-английских соглашениях 1872-1873, 1885 и 1895 годах линия границы Российской империи и Бухарского ханства с Афганистаном не изменялась до 1917 года.
Весной 1896 года результаты делимитации и демаркации границы России с Афганистаном на Памире были ратифицированы в Великобритании и России. Новые российские владения в регионе - такие административно-территориальные образования, как Семиреченская область с ее Иссык-Кульским (позднее именуемым Пржевальским) уездом и Ферганская область с ее Ошским уездом в составе Туркестанского генерал-губернаторства (с 1867 по 1886 годах, затем Туркестанского края) - уже непосредственно граничили с Синьцзяном.
Более чем столетний опыт убеждал, что обладание киргизской степью, необходимое для спокойствия пограничных губерний и Сибири, недостижимо до полного усмирения и подчинения соседних ханств, в особенности коканского, в котором выходцы из степи и недовольные всегда находили поддержку, и которое само имело притязания на господство над всею степью. Весьма медленное и периодическое, но неизменное передвижение российских границ степи на юг и восток было поэтому, как теперь общепризнано, историческим результатом требований нашего положения в Азии. Река Чу не могла служить русским окончательной границей, как показывали не прекращавшиеся набеги за-чуйских кара-киргизов и самих коканцев в 1860 году. Разрушение Токмака и Пишпека в 1860 году повело лишь, в том же году, к нашествию значительных коканских полчищ, угрожавших уничтожением наших едва возникавших в Заилийском крае поселений, и к возобновлению затем коканского укрепления в Пишпеке.
2 ноября 1860 года между Россией и Китаем был подписан "дополнительный" к Тяньцзинскому Пекинский договор о русско-китайской границе. Заключением договоров правительство России стремилось закрепить освоенные территории и прохождение границы, создать наиболее благоприятные условия для своих купцов и промышленников. Что было крайне важно для экономического и политического развития этого региона. Не меньшее значение имело и усиление присутствия здесь русской армии и казачьих войск. Последние рассматривались правительством, прежде всего как созидательная сила в преобразовании края и "как охранитель государственных границ".
25 сентября 1864 года уполномоченные России и Китая по разграничению подписали Чугучакский протокол, в котором были установлены важнейшие географические ориентиры русско-китайской границы - вершины гор, реки и тому подобное от Западных Саян до соединения горных систем Тянь-Шаня и Куньлуня, откуда начинались кокандские владения.
На основании Чугучакского протокола 1864 года началось составление описаний границы, карт, установка пограничных знаков по отдельным участкам. Протоколом устанавливались пограничная служба и консульские отношения. Регламентировалась торговля на казахско-киргизской части границы. Эта работа была прервана в начале 1870-х годах в связи с событиями в пограничном с Россией Кашгаре. Здесь в 1862-1863 годах и в 1876-1877 годах происходили антикитайские восстания местных уйгур-мусульман, которые под руководством Якуб-бека свергли китайскую власть и провозгласили образование собственного мусульманского государства Йеттишаар. Выходец из Ферганы, Якуб-бек сразу признал себя вассалом турецкого султана, в Синьцзяне появились турецкие военные советники. Вообще, эта идея "независимого Туркестана" имела самое прямое отношение к доктрине пантюркизма. С того времени контакты между мусульманами Китая и Турции через Центральную Азию постоянно подпитывали сепаратизм в Синьцзяне, из Коканда в Синьцзян шел поток проповедников и ходжей. Большой вес приобрели при дворе Якуб-бека британские офицеры и дипломаты. Более того, Якуб-бек захватил несколько стратегических перевалов на Тянь-Шане и начал вести открытую борьбу за контроль над рынками Кокандского ханства. В этой ситуации пекинское правительство обратилось к России с просьбой о помощи, и Россия не отказала. В Кашгар (Илийский край с центром в Кульдже) были введены части регулярной армии и казаки, которые разгромили силы Якуб-бека. Правда, в целом русско-китайские отношения рубежа 70-80-х годах XIX века балансировали на грани войны. Несмотря на очевидную легкость занятия, а точнее сохранения за собой Кашгарской провинции, Россия вскоре передала ее Китаю согласно Петербургскому договору 1881 года. Хотя и после вывода войск Россию беспокоило положение в Кашгаре, поскольку, наряду с Памиром, этот район в 1880-х года был важным центром противоборства Британской и Российской империй за стратегическое доминирование в Центральной Азии. Для России во второй половине XIX в. Кашгария являлась и важной сферой экономических интересов.
Работы по подробному разграничению во исполнение Пекинского (1860) договора были продолжены, но теперь, в связи с ликвидацией Кокандского ханства, они охватывали район вплоть до Памира.
В горах Тянь-Шаня и Памира граница во многих случаях устанавливалась только по карте. Без работ на местности и постановки пограничных знаков. Кашгарский протокол от 25 ноября 1882 года определял участок границы России с Китаем от верховьев реки Нарынкол до перевала Бедель (около 200 верст), из-за труднопроходимых горных условий обозначенных одним пограничным знаком. Не имея точных сведений о бывших кокандских владениях на Восточном Памире, российская сторона согласилась в Новомаргеланском протоколе 22 мая 1884 года на формулировку, ограничивающую ее свободу действий на Памире. Согласно этому Протоколу, были установлены 28 пограничных знаков на месте установленной границы от перевала Бедель до пункта Иркештам, далее знаки отсутствовали.
В 1894 года российские и китайские дипломаты обменялись нотами, согласно которым Сарыкольский хребет признавался границей "впредь до окончательного соглашения по вопросу разграничения". При этом китайская сторона подчеркнула, что не отказывается от претензий на Восточный Памир, ссылаясь на Новомаргеланский протокол 1884 года. Этот участок границы - от перевала Узбель до пика Повало-Швейковского и перевала Беик (около 285 верст) - был единственным не закрепленным международными соглашениями участком сухопутной границы Российской империи с другим государством.
В 1885 году было проведено разграничение между Россией, Афганистаном и Китаем на Памире. Россия получила право содержать свои военные гарнизоны на Западном Памире (Горном Бадахшане). После покорения Россией Кокандского и Бухарского ханств охрана границ приобретенных земель туркестанского края с 1870 года осуществлялась в основном пехотными полками и казаками.
В 1867 году в Туркестанском генерал-губернаторстве была учреждена таможня как государственная структура, которая спустя год была упразднена, тем самым граница была открыта для беспошлинной торговли английскими товарами на среднеазиатском рынке. В 1881 году исполняющий делами Туркестанского генерал-губернатора генерал-лейтенант Колпаковский учредил "Положение о таможенном надзоре". В 1882 году таможенный надзор в Средней Азии был сформирован из таможенных постов, в том числе в Амударьинской отделе - 3 поста, в Зерафшанском округе - 5 постов, в Сырдарьинской области - 19 постов. В 1894 году все посты таможенного надзора организационно вошли в Закаспийский и Туркестанский таможенные округа. Одновременно в 1882-1886 года начался процесс организации пограничной стражи на участке бухаро-афганской границы.
В 1886 году для охраны бухаро-афганской границы был сформирован гарнизон в Керки. В тот период в России совершенствование охраны границы шло по нескольким направлениям. В первую очередь, совершенствовались пограничная стража, регулярные и казачьи войска, несшие службу в Средней Азии.
2 мая 1886 года таможенная часть Туркестанского генерал-губернаторства передается в ведение Министерства финансов, в управлении Туркестанского края вводится должность чиновника особых поручений по таможенным делам, на которого возложено руководство действиями местных таможенников по взиманию сборов, а также предупреждение и пресечение контрабанды, надзор за действиями погранстражи. Однако таможенный округ в Туркестане оказался больше любого из таможенных округов европейской части России. Поэтому 12 июня 1890 года был разделен на два округа: Туркестанский и Семипалатинский. В сентябре 1892 года в местечке Шаджан на Восточном Памире был сформирован первый пост. 15 октября 1893 года Александр III подписал Указ правительствующему Сенату, по которому из состава Департамента таможенных сборов был выделен Отдельный корпус пограничной стражи (ОКПС), оставленный в составе Министерства финансов. Создание ОКПС завершило переход от таможенной стражи к войскам, что приравнивало его к военному ведомству. Регулярные войска, главным образом, пехота и казаки продолжали охранять в Средней Азии границу Туркестанского края до 1894 года.
При проведении реорганизации погранстражи было учтено мнение генерал-лейтенанта Н.А.Усова о нецелесообразности установления пограничного надзора по всей линии границы от Красноводска до Памира на 3000 верстах, что потребовало бы больших средств на содержание стражи. Он считал, что товар из-за границы направляется в Бухару по старой Пешеварско-Кабульской дороге, ввиду отсутствия пограничного надзора. Для пограничного надзора Усов предложил в составе Закаспийского таможенного округа учредить 5 дистанций из 30 постов, в Туркестанском округе - 4 дистанции из 26 постов, с общим штатами: старших постов - 55, их помощников - 110, джигитов - 546.
В 1894 года Государственный совет, рассмотрев представление Минфина от 13 апреля 1894 года об обустройстве пограничного надзора в Средней Азии, решил учредить его в Закаспийской области и на правом берегу рек Пяндж и Амударья. 6 июня 1894 года Николай II утвердил это решение, подписав закон "Об обустройстве пограничного надзора в Средней Азии". 9 декабря 1896 года Николай II утвердил мнение Госсовета о преобразовании в течение трех лет, начиная с 1897 году, пограничного надзора в Средней Азии в две бригады. В этом же году была сформирована 31-я Амударьинская пограничная бригада со штатом 915 человек.
Штаб бригады располагался в Патта-Гиссаре (Новый Термез), на расстоянии 1,2 км от берега Аму-Дарьи. На участке в 11 гектаров, отведенном эмиром бухарским Саидом Абдулахадом под строительство штаба бригады, раскинулся целый военный городок. В нем был разбит большой парк, среди плодовых и декоративных деревьев вышагивали павлины, в искусственном пруде плавали лебеди. Здесь же была выстроена первая на участке Амударьинской бригады церковь. 30 офицерских домиков, бригадный лазарет, офицерское собрание, баня, а также большие казармы в двух километрах, отличались оригинальностью архитектуры. Все это было построено под руководством первого командира бригады полковника М.М. Костевича в течение четырех лет. Существовавшие до этого дистанции, протяженностью от 150 до 400 верст, были реорганизованы в отделы.
Амударьинская бригада делилась на четыре отдела: штаб 1-го отдела располагался в Чарджуе, 2-го - в Патта-Гиссаре, 3-го отдела - в Сарае (нынешнее месторасположение Пянджского пограничного отряда), 4-го - в Йоле). В них имелся 51 пост, в том числе - 15 обер-офицерских. Каждый обер-офицер командовал 3-4 унтер-офицерскими постами. Посты, находящиеся под командованием, составляли отряд. 3-4 отряда под командованием штаб-офицера составляли отдел. Посты располагались на расстоянии 10-15 км друг от друга. В 1900 году в Калай-Хумбе пост был снят ввиду труднодоступности района для подвоза продовольствия, фуража и вещевого имущества. При бригадах, как и прежде, до 1910 года несли службу джигиты из местного населения.
Бухаро-афганская граница проходила по песчаной пустыне, большим высотам Садар-Джагры к Тахта-Базару, на реке было много островов, где контрабандисты легко скрывали товары, а затем переправляли на российскую территорию. Посты пограничной стражи располагались в тех местах, где наиболее вероятны были акции совершения контрабандных сделок - около пристаней, на мелководье, на пересечениях главных дорог. Частично посты были снабжены шлюпками. Большую работу по закладке постов проводили инженеры, которые с учетом рельефа местности умело и рационально возводили фортификационные сооружения. В зависимости от места расположения постов сооружения воздвигались из сырцового кирпича или из камня, без деревянного пола. Дерево завозилось из Сибири, поэтому стоило дорого.
Пограничная дорога, проложенная русскими инженерами от Термеза до Шагона, а затем и до Калай-Хумба, представляла собой цепь труднопроходимых препятствий. В камышовых зарослях вдоль берега Пянджа пограничников подстерегали дикие животные - бенгальские тигры, барсы, камышовые рыси, кабаны. Опасность представляли змеи, скорпионы, фаланги, каракурты. Вследствие этого в целях безопасности на участках Сарайского и Йольского отделов создавались охотничьи команды по отстрелу хищников.
Служба и бытовые условия жизни пограничников Амударьинской бригады были крайне тяжелыми. Ощущалась оторванность от внешнего мира, отсутствие культурных учреждений, отчужденность коренного населения, эпидемиологическая обстановка. В летнее время удельный вес больных малярией доходил до 50%. Самыми благоприятными считались посты Йольского отдела. Сюда стремились попасть служить большинство офицеров и нижних чинов.
Как свидетельствует статистика, пограничники Амударьинской бригады проявляли образцы служебного рвения. В 1907 году в Туркестанском таможенном округе было задержано контрабанды на 12,5 тысячи рублей, тогда как в Батумском - на 2,4 тысячи, Бакинском - на 6,4 тысячи.
Высочайшим императорским приказом от 7 мая 1899 года в числе других пограничных округов был создан 7-й пограничный округ со штабом в г. Ташкенте, в состав которого вошли Закаспийская и Амударьинская пограничные бригады, первым начальником округа стал генерал-майор А. Куницкий. В состав 7-го пограничного округа вошла вся территория тогдашнего Туркестанского края, включая и участки границы Китая с территорией современного Киргизстана. В Закаспийской области и на правом берегу рек Пяндж и Амударья (бухаро-афганская граница) на смену войскового прикрытия границы пришел пограничный надзор Закаспийской со штатом 1390 солдат, подчиненная начальнику Закаспийского таможенного округа, и Амударьинской бригад ОКПС со штатом 915 солдат, подчиненная начальнику Туркестанского таможенного округа. Несмотря на принятые меры, бригады испытывали большие трудности, прежде всего из-за недостатка личного состава. В ходе организации службы помогали армейские части.
В последующие годы принимались меры по усилению среднеазиатской границы. В 1899 году в штаты бригад были добавлены ряд офицерских должностей, а также должности нижних чинов. С января 1896 года ежегодно ассигнуется 4130 рублей для выдачи пособий джигитам (до 70 рублей) и возмещение расходов на содержание лошадей и 4500 рублей - на выдачу наград "за усердную и полезную службу". На бухаро-афганском участке границы (766 верст) трудности в охране границы объяснялись не только малочисленностью постов по отношению к протяженности границы, но и отсутствием надежных плавсредств. В 1913 году охрану границы с Афганистаном усилили за счет перераспределения сил ОКПС. Был упразднен Репидский отряд 22-й Измаильской бригады и сформирован новый, Богоракский отряд Амударьинской бригады.
Главной обязанностью ОКПС являлось "отвращение тайного провоза товаров по сухопутной и морским границам европейской части России и Закавказья, по границам Великого княжества Финляндского и Закаспийской области, на правом берегу рек Пяндж и Аму-Дарьи".
Из Афганистана переправлялись не только контрабандисты, но и разбойничьи шайки, которые занимались грабежом местного населения, захватом заложников, уводили скот, оказывавших сопротивление убивали. Пограничники, своевременно оповещенные об этих акциях, решительно пресекали эти действия.
На корпус также был возложен карантинный надзор на границе, надзор в политическом и полицейском отношениях в интересах МВД. Таким образом, в первую очередь среди задач, стоявших перед ОКПС, выступала борьба с контрабандой. Причем ранее и даже после создания корпуса лица, задержанные в пограничной полосе, направлялись не в полицейский участок, а в таможенные учреждения, что свидетельствовало о превалировании экономических интересов над политическими. Появилась и новая задача - охрана пограничной черты, то есть границы, о чем в прежних документах даже не упоминалось. Данная задача по важности была поставлена на третье место, но через несколько лет она выдвинется в службе пограничников чуть ли не на первый план. В то же время, пограничникам не возбранялось пересечение границы при преследовании бандитских группировок, вооруженных контрабандистов "в случае крайней к тому необходимости".
С учетом специфических условий охраны границы, пограничникам, служившим в Средней Азии разрешалось даже за пределами 7-верстной от границы черты применять холодное и огнестрельное оружие в случаях, когда они подвергались нападению или встречали сопротивление со стороны вооруженных контрабандистов или других злоумышленников, и даже в тех случаях, когда контрабандисты или иные лица не были вооружены, но с их стороны обнаруживалось "хотя бы одно намерение причинить чинам стражи побои или иные насилия". Запрещались лишь стрельба в горах и селениях "во избежание несчастных случаев".
На участке Амударьинской бригады для облегчения торговых связей с Афганистаном был установлен особый режим. Купцов через посты пограничной стражи пропускали помимо таможенных учреждений, однако при соблюдении условия: никто не пропускается в Афганистан и обратно без паспортных видов или записок, заверенных чинами русской администрации.
Охрану границы подразделения ОКПС осуществляли посредством несения сторожевой и разведывательной службы. Сторожевая служба возлагалась на отряды и осуществлялась круглосуточно. Участок отряда назывался дистанцией. Глубина дистанции отряда составляла 7 верст на Европейской границе и до 21 версты на Азиатской границе. Среднесуточная нагрузка на человека по несению службы составляла 9 часов. Продолжительность единовременного несения службы в наряде не превышала 6 часов. Несмотря на высокую продолжительность службы нарядов, плотность охраны в Амударьинской бригаде составляла - 0,7, в Закаспийской - 0,6.
Проверку несения службы осуществляли разъезды. Более того, усиление контрабандного промысла и низкая эффективность действий по пресечению контрабанды заставили структуры пограничной охраны создать собственную разведывательную службу. Разведывательная служба организовывалась начальниками округов и велась в пограничной зоне в тесном контакте с представителями отдельного корпуса жандармов. Руководил разведкой командир бригады, а непосредственно ее вели командиры отделов, отрядов, старшие вахмистры и помощники начальников постов. Разведывательной службой должны были заниматься все командиры и начальствующие лица ОКПС. Основной упор в разведывательной службе делался на агентурную сеть.
Циркулярами отмечалось, что "безуспешность действий чинов в преследовании контрабанды объясняется между прочим неумением отличать правильные доносы от доносов, сделанных для отвода глаз... На приобретение хороших благонадежных доносителей труды и даже денежные средства никогда не пропадут даром и при достаточной энергии всегда вознаградятся с избытком".
Для материального стимулирования агентов правительство выделяло немалые денежные средства. Задачами разведывательной службы являлось дать сведения: о значении местности в контрабандном отношении; о направлении движения и характере контрабанды; о лицах, занимающихся контрабандным промыслом. На ведение агентурной работы в ОКПС правительство также выделяло большие средства. Так, расходы в 1912 году в 7-м округе составили 223 руб. 91 копейка. В то же время, к охране границы еще не привлекается достаточно широко местное население, которому, в силу пребывания в составе империи, пока высказывается определенное недоверие: "Хотя вольнонаемные джигиты неоднократно признавались весьма полезными и даже необходимыми, тем не менее, предоставление им самостоятельности не должно было допускаться, так как легко могли последовать серьезные недоразумения".
Характер товаров, доставляемых в Россию, зависел от участка границы. В Средней Азии завозились преимущественно наркотики. По происхождению эти наркотики были различны: задерживался опиум китайского, индийского, афганского и, особенно, персидского происхождения. Здесь же чаще происходили нарушения границы, причем нередко с применением оружия.
Тем не менее, даже к первой мировой войне этот участок был по-прежнему слабо защищен в войсковом отношении. В 1912 году командир ОКПС генералом от инфантерии Николай Аполлонович Пыхачев (занимал пост в период 1908 - 1917 годах) проинспектировал части 7-го пограничного округа, в ходе которого проверил состояния пограничного надзора, удовлетворение религиозных потребностей пограничников, делопроизводство, строевое и стрелковое дело, денежные отчеты. Инспекцией был сделан вывод: "Охрана границы во всем округе отличается до сего времени крайней слабостью, и вся деятельность постов проходит главным образом в самообслуживании. Руководства со стороны начальников делом охраны границы на местах нет".
С 1883 году на "Посту Памирском" (ныне Мургаб) располагался штаб Памирского пограничного отряда, позднее перенесенный в Хорог, который охранял и южные границы Киргизии. Памирский отряд имел целью, как отмечалось в документах: "охранение наших киргизских кочевников и вообще наших интересов в Памирском крае и обеспечение спокойствия и безопасности юго-восточных пределов Ферганской области".
Кстати, здесь в 1916 году на высоте 2600 метров над уровнем моря завершилось строительство русской православной церкви, длившееся пять лет. Освящение храма совпало с 25-летием создания Памирского погранотряда, что подчеркивало важность этого бастиона духа для воинов-порубежников на одном из самых сложных участков российской границы.
В состав Памирского отряда входили: батальон пехоты, 3 казачьи сотни и 4 орудия. Казаки составляли ядро подобных частей. Они размещались по постам на значительной территории, население которой фактически находилось в ведении начальника отряда, пользующегося правами начальника уезда и подчиненного по исполнению своих административных обязанностей военному губернатору Ферганской области. Осенью 1895 году в Рушане, в кишлаке Калаи-Вамар, в Шугнане, в кишлаке Хорог, а весной 1896 году, в кишлаке Зунг были организованы русские пограничные посты.
На территории соседней Киргизии в Суфи-Кургане, Ак-Босого, Сары-Таше и Бордобо имелись маленькие пограничные пикеты, главной задачей которых было поддержание связи с Хорогом. С этой целью на каждом пикете круглосуточно дежурил один казак с поседланным конем для передачи почты эстафетой.

После Ионова русскими войсками на Памире последовательно командовали капитаны Зайцов, Скерский, Сулоцкий, Эгерт, Кивекс, Снесарев (с июля 1902 года по июль 1903 года). Снесарев так описывал службу пограничников: "Деятельность чинов Памирского отряда по своему разнообразию и оригинальности является в такой мере интересной, что тяготы и лишения, неизбежные при суровой и бедной природе Памиров, в значительной степени облегчаются приподнятым настроением работников и сознанием плодотворности результатов трудов".
О характере деятельности Памирского отряда, об отношениях коренного населения с пограничниками позволяют судить письма Снесарева сестре: "Два дня назад возвратился... и застал значительное смятение: бухарцы в мое отсутствие начали грабить народ... Написал резкое письмо беку, выругал бухарского чиновника... Жду ответа от бека, народ успокоился... Словом, неделя или более выпала тревожная; особенно боялся, что придется по своему решению переходить границу с военными целями; страшно было не идти против 300 англичан (как я думал) с 50 человек своих, а начинать это дело по своему почину, без разрешения. ... кроме своих людей (до 300), у меня будет свыше 2 тысяч кара-киргизов и до 15 тысяч таджиков, хотя подвластных Бухаре, но весьма зависящих от меня. Кроме того, граница Памира теперь крайне тревожна: наступают из Индии мои друзья-англичане... Среди волнений и невроза моим утешением является отношение ко мне народа... Я чувствую, что если я вылечу отсюда, то именно за этот забитый, несчастный народ, за который я уже грызся с беком, ругал его чиновников и за который я буде стоять, чего бы это мне ни стоило".
Командир Шанджского поста штабс-капитан Кузнецов докладывал о несении службы в 1892-1893 годах: "Дабы, с одной стороны, быть готовыми каждую минуту выполнить назначение отряда, а с другой стороны, по возможности развлекаться и не скучать, с чинами отряда велись все те строевые занятия, которые предписано вести как в мирной обстановке, так рано и при военной. К числу последних, так сказать, вызванных обстановкой, нужно отнести: разведывательную и охранительную службу, дневные и ночные тревоги и маневрирования. В первое время, когда чины отряда еще не освоились с климатическими условиями Памира, приходилось давать весьма частые отдыхи, чтобы не утомить людей, и, несмотря на это, были довольно часто приступы горной болезни, а ночные тревоги способствовали развитию заболеваний дыхательных путей, главным образом, воспалению гортани... Попав в новый для них суровый климат, солдаты и офицеры сумели быстро приспособиться к этим условиям и с успехом выполняли поставленную задачу. А против тоски по Родине устраивались во дворе игры в мяч, городки, крокет, и.п., пение, танцы и игры на гармошках, а во время больших праздников - спектакли".
Шведский путешественник Свен Гедин, побывавший на Памире в 1894 году оставил описание Памирского поста: "На путешественника-иностранца Памирский пост производит самое отрадное впечатление. После долгого утомительного пути по необитаемым, диким горным областям попадаешь вдруг на этот маленький клочок великой России, где кружок милейших и гостеприимнейших офицеров принимает вас как земляка, как старого знакомого. В общем Памирский пост живо напоминает военное судно. Все люди отличались образцовой молодецкой выправкой, долгая холодная Памирская зима, которую гарнизон проводит в этой пустыне, почти в таких же условиях, как и полярные мореплаватели в замерзших во льду судах, нисколько не отражались на них - ни следа вялости, апатии, равнодушия".
Благодаря непосредственному участнику многих из описываемых событий Борису Тагееву, до нас дошло описание процесса строительства и укрепления Памирского поста: "Работа кипела дружно, и сердце радовалось при виде этих сотен людей, сооружающих на "крыше мира" уголок, в котором придется им провести суровую зиму и откуда русский флаг, как доказательство могущества России, будет виден всему свету. Изо дня в день кипела работа, и укрепление незаметно вырастало. К 25 августа фасы были готовы, ров очищен, устроены барбеты для пулеметов. По типу своему укрепление это представляло редут усиленной полевой профили, почти квадратной формы, с барбетами в двух передних углах для пулеметов и орудий. Впоследствии вместо улиток военным инженером Серебренниковым с помощью только небольшого гарнизона Памирского поста были сооружены полууглубленные землянки, каждая на полуроту, удобно приспособленные для помещения нижних чинов гарнизона и сложенные из сырцового кирпича с достаточным количеством света. Над землею они возвышаются немного менее двух аршин и благодаря великолепно устроенным печам и крыше вполне защищают живущих в них от холода и сырости, о чем вполне свидетельствует хорошее состояние здоровья чинов памирского гарнизона. Лазарет и кухня находятся в двух отдельных зданиях, поставленных над землею также из сырцового кирпича. Кроме этих зданий там же поставлен флигель (над землею), служащий жилищем для офицеров, имеющих в нем каждый по отдельной комнате, за исключением начальника отряда, которому отведено их две. Офицерская столовая, заменяющая собрание, дополняла комфорт памирского жилища. Склад вещей, пороховой погреб и метеорологическая будка находятся также в укреплении, а вне его построена только баня. Все здания и само укрепление капитально выстроены по проекту и под руководством военного инженера Серебренникова, имя которого останется памятным в истории присоединения Памира. Он при невероятно тяжелых условиях построил первое русское укрепление на "крыше мира", которое явилось на Памире истинным чудом". Шведский путешественник Свен-Гедин, долго работавший на Памире, неоднократно посещал наше укрепление и следующим образом отзывается о нем в своих корреспонденциях в "Туркестанских ведомостях". "Крепость, - говорит он, - выстроена удивительно хорошо и практично и делает честь офицерам, которым принадлежит инициатива в этом деле. Я уверен, что пришлось преодолеть громадные затруднения, чтобы достичь до этого великолепного конца, который свидетельствует, что значит энергия и предприимчивость..."
Начальник инженеров Туркестанского военного округа генерал-майор Клименко в августе 1894 года осматривал постройки памирского укрепления и нашел, что "все выполненные войсками работы по возведению укрепленного поста с зимними бараками и землянками вполне удовлетворительны и заслуживают величайшей похвалы, особенно за выполнение таких работ в самый короткий срок, с 23 июля по 31 октября 1893 года, при весьма ограниченном числе рабочих рук". В настоящее время около укрепления раскинулся небольшой базарчик, где продаются привезенные из Ферганы необходимые жизненные продукты. Здесь же в небольшой чайхане собирались местные киргизы и постовые джигиты поделиться новостями и, затягиваясь крепким кальяном, попивать горячий кок-чай, и солдатики частенько заходили к гостеприимному мама-джану, хозяину чайханы, у которого к их услугам имелось все в запасе: и гвозди для сапог, и туземный сахар-леденец и сушеные фрукты к чаю".
Генерал-майор М.Дж. Герард, руководивший в 1895 году Британской частью Пограничной Комиссии, проходя по Памиру, убедился, что русские укрепились в этом регионе вполне основательно. На Мургабском Памирском посту члены русской делегации и генерал Герард застали отряд, состоявший из 80 пехотинцев, 12 казаков (с двумя пулеметами) и 14 музыкантов. Основная часть этого отряда в дальнейшем сопровождала британского комиссара до Оша, причем русские солдаты, и особенно казаки, вызывали у него нескрываемое восхищение: "Жизнерадостность и незаменимость казаков в течение всего перехода были вне всяких похвал. Когда мы выступали по утрам, вахмистр затягивал какую-нибудь песню, которую весь отряд подхватывал хором, и хотя пение, возможно, и не обладало самым высшим качеством, но среди этой пустынной глуши оно имело какое-то необычное, сверхъестественное очарование, которое было весьма привлекательным. Стоило лишь спешиться, снять плащ или начать охотиться на каком-нибудь близлежащем озере, как кто-то из них всегда, без какого-либо призыва, оказывался рядом с вами для того, чтобы подержать вашего коня, принести шубу или ружье и вообще помочь; а каждой ночью вне зависимости от того, насколько жестокой была метель, они все выстраивались с непокрытыми головами перед своими юртами и пели вечернюю молитву. Их рационом, не считая хлеба и чая, был главным образом суп - великолепный наваристый горячий борщ, которым мы часто угощались сами, а они могли доливать его себе "a discretion". Немногие наказания, которые применялись на марше, обычно за упущения в уходе за лошадьми или в выправке, были в какой-то мере комичными. Казак в полной походной выкладке, с седлом, привязанным на спине, должен был стоять с саблей наголо в течение часа или более перед палаткой своего капитана".
Генерал-майор Герард отметил, что в те немногие годы, которые прошли со времени присоединения Памира к России, русские военные и строители значительно усовершенствовали существовавшие ранее караванные тропы и построили новые дороги в этой суровой горной стране, в частности, созданный под руководством полковника Б.Л. Громбчевского в 1893 году исключительно трудный участок дороги, обеспечивающий спуск с перевала Талдык посредством 34 серпантинов. Его также поразили вопросы организации управления российскими среднеазиатскими областями и отношения русских властей к местному населению. Власти, по сути дела, совершенно не вмешивались в традиционный образ жизни местного населения. Единственными ограничениями, наложенными русскими, были запрещение ношения оружия и вынесения приговора о смертной казни жителями среднеазиатских владений Российской империи. Истинное восхищение британского генерала вызвало великолепное состояние личного состава российских войск. В противовес Памирскому посту Афганистан выставил гарнизон, включающий около 500 всадников и 500 пехотинцев; деньги на содержание этих войск по требованию эмира Афганистана были выделены англичанами.
В 1898 году царское правительство утвердило временный пост в Ташкургане Сарыкольском, а в 1901 году этот пост с согласия китайской стороны был сделан постоянным. В одном из кашгарских писем прикомандированный к Генеральному консульству России в Кашгарии в качестве военного наблюдателя выпускник Академии Генерального штаба штабс-капитан Л.Г. Корнилов писал: "Хуже всего, если пост в Ташкургане уберут: это будет позорное отступление".
Начиная от Восточного Памира, российско-китайская граница практически на всем своем протяжении, в этот период времени охраняется не войсками ОКПС, а казачьими войсками, а кое-где армейскими подразделениями. Например, в Караколе была дислоцирована рота. В докладной записке Николаю II главноуправляющего землеустройством и земледелием князя Б.А. Васильчикова отмечалось, что "безлюдье" в восточных районах представляет опасность для русского государства: "Китай не дремлет и предпринимает целый ряд шагов для быстрого заселения пограничных с Россией пространств. Нельзя дремать и нам". Император напротив этих слов написал: "Вполне согласен". Снесарев в свою очередь писал: "Надо смирять Китай не языком дипломатов. А планомерной экономической системой, неустанной работой по укреплению и заселению окраины". Семиреченское войско стало искусственным барьером между китайскими землями и кочевниками Средней Азии, в неспокойном мире которой царской власти нужна была постоянная опора для стабилизации положения и охраны внешних рубежей. Крестьян для переселения в столь далекий край было трудно организовать из-за отсутствия железных дорог. Выход виделся в казачьей колонизации, основой которой должны были стать сибирцы, уже бывшие в этих краях, знающие язык и традиции коренного населения. Планы заселения казаками предусматривались и для территории Киргизии - в 1860 году предполагалось поселить в Пишпеке 50 семей, в Токмаке - 25, а линию казачьих поселений продлить до Иссык-Куля и Нарынского края.
В конце XIX века казачество представляло собой хорошо отлаженный организм, которым умело управляло царское правительство. Его мероприятия были направлены на то, чтобы ввести большее единообразие в казачьи войска и регулярные армейские части, продолжить стирание межсословных различий казачьего и остального населения страны.
Характерной особенностью казачьих войск в эти годы было продолжающееся реформирование, обусловленное спецификой каждого войска, новым вооружением, менявшейся тактикой борьбы и другими причинами. Решаемые войсками задачи налагали отпечаток на их организационные структуры, порядок комплектования, прохождения службы. На их деятельность оказывали влияние также административное устройство регионов, правительственная политика в данном районе. Положение в сопредельных государствах.
Как и прежде, порядок прохождения службы казаков определялся не только Законом о прохождении службы, но и императорскими указами, решениями Военного совета, специальными положениями, утвержденными императором. Они были направлены на четкое определение прав и обязанностей казаков.
К 1893 году были утверждены новые положения о Семиреченском казачьем войске. В 1910 году, в связи с упразднением Главного управления казачьих войск, руководство казачьими войсками перешло в Главный штаб. Численность Семиреченской казачьего войска в начале XIX века составляла 26 тысяч человек.
Военное и гражданское управление, несение службы войск было организовано на основаниях, общих для всех казачьих войск, но с учетом особенностей каждого из них. Семиреченское войско подчинялось туркестанскому генерал-губернатору как командующему войсками туркестанского военного округа. Непосредственное командование было вверено наказному атаману, звание которого было присвоено военному губернатору и командующему войсками Семиреченской области. В станицах казаки возглавлялись станичными атаманами, подчиненными наказному атаману.
Ежегодно в смете Военного министерства по Главному управлению казачьих войск были предусмотрены дополнительные средства для нужд казачьих войск. Как правило, они имели целевое назначение.
На территории Киргизии казачьи поселения появились к концу XIX века. Очевидец событий 1875-76 годах на Памиро-Алае рассказывал, что "народ повсеместно ликует, узнав о присоединении к России. По дороге жители кишлаков встречали российские войска радостно, везде достархан. Командование казачьих подразделений, шедших в авангарде российских войск к намеченным новым границам, было кровно заинтересовано в хороших отношениях с местными жителями". Казаки несли сторожевую службу на границе в пределах казачьих войск наряду с таможенной стражей. Главной задачей казачьих формирований была защита территории и населения приграничных районов от вторжений бандитских групп из-за рубежа. Казачьи полки выставлялись из расчета один на 150 верст. Каждый полк из числа своих 10 сотен пять выставлял непосредственно на охрану границы.
В становлении новых российских границ участвовали и киргизские добровольцы, заинтересованные в стабильном положение в крае, северные киргизские джигиты под командованием Шабдана Джантаева участвовали и в присоединении к российским владениям Южной Киргизии.
Весной 1876 году более 600 киргизских кибиток обосновались вблизи казачьего крепостного укрепления Гульча. В 1885 году на правом берегу реки Кызыл-Су возводится пограничное укрепление Иркештам, в котором, сменяясь, всегда находился взвод казаков. Это был обширный прямоугольник, обнесенный высокой стеной с бойницами и редутом в виде широкой башни, где располагались и казармы для казаков. Иркештам запирал ущелье, прикрывая расположенный ниже таможенный пост N.399, который успешно боролся с контрабандой. Казаки располагались также походными лагерями. В 1881-1882 годах в Гульче, а в Иркештаме - в 1889-1917 годах казаки вели метеорологические наблюдения.
Областное начальство пыталось на примере выселка Занарынского (Куланак), расположенного в глубине Тянь-Шаня - в 400 км от Пишпека распространять специфический опыт казачьих поселений. Это стратегически важное поселение перекрывало дорогу контрабандистам и заодно обеспечивало безопасность кочующим скотоводам. Казаки (здесь проживало около 100 семей) были надежны, выносливы, хорошо знали местные горы, язык и традиции киргизов. В то же время, отличаясь особой добросовестностью по несению пограничной службы, казаки порой упускали из виду свое хозяйство. Посетивший казачьи поселения наказной атаман М.А. Фольбаум был недоволен тем, что: "сельское хозяйство казаков, несмотря на все благоприятные условия для его процветания, повсюду в области на низком сравнительном уровне".
В Семиреченском войске существовал территориальный принцип формирования и пополнения казачьих частей: по признаку совместной службы родственников или близких соседей и станичников, что создавало товарищескую спайку в мирное и военное время и уверенность во взаимопомощи, а также служило контролем на местах по принципу семей патриархальности.
Свои задачи казачьи войска решали во взаимодействии с министерствами финансов, внутренних дел, военным ведомством и другими государственными структурами. Наиболее тесным было сотрудничество с гарнизонами пограничных и армейских частей, расположенными вдоль границы. Казачьи войска активно привлекались для исполнения обязанностей карантинной стражи, преследования вооруженных нарушителей и противодействовали прорыву банд. Несмотря на оговорки и уточнения, которыми сопровождались служебные инструкции различных ведомств, стремящихся отстоять свои интересы, во многих документах прямо подчеркивалось, что в 7-верстной пограничной полосе "право распоряжаться всеми действиями принадлежит пограничной страже".
Помимо централизованного войскового наряда на службу назначался наряд приказами по округам и станицам. На службу были "задействованы" все казаки вплоть до ополченцев. При этом значительная часть казаков несла службу вне войска в строевых частях, вдали от своих станиц. На границе, по наезженной тропе, через определенные промежутки времени, сменяя друг друга, проезжали конные казачьи разъезды. А в сумерках, в туман в особо опасных местах устраивали засады (2-3 казака). Многое в борьбе с контрабандистами зависело от смекалки и находчивости казаков. И он преуспели в этом важном деле, прекрасно ориентируясь на местности, отлично владея оружием, зная повадки и ухищрения нарушителей. Хорошим подспорьем в охране границы было высокогорье.
Наиболее действенными мерами против них были упреждающие действия казаков и хорошо поставленная разведывательная служба. Посылка разведывательных разъездов дала "возможность меньше отвлекать казаков от полевых работ и не вводить казну в излишние расходы". Каждый казачий разъезд представлял рапорт, отчет, а иногда и дневник о проведении разведки. Добротные сведения позволяли более рационально распорядиться имевшимися силами и средствами.
Режим границы в это время был достаточно либеральным, подданным России и Китая не было необходимости иметь какие-либо документы для прохода через кордоны и посты пограничной охраны. Долгое время отношения казаков с коренными жителями были прекрасными. Они строились на взаимовыгодном сотрудничестве. В то же время, со времени первого использования казаков в подавлении антиправительственных выступлений - сразу же после присоединения Киргизии к России, станичники не переставали выполнять и внутренние охранительные, а то и просто полицейские функции. Государство использовало казаков в качестве главной карательной силы.
С началом первой мировой войны казачьи станицы обезлюдели. Из 45 тысяч населения Семиреченского войска (обоего пола, включая детей и стариков) мужчины призывного возраста (3,5 тыс.) были призваны на фронт - в Персию и на Кавказский фронт, где составили три полка и несколько отдельных сотен. Несколько сотен, как и до войны, находились в Кульдже, Чугучаке и Кашгаре при российских консулах. В 1915 году было собрано в Семиречье и отправлено на фронт 7500 винтовок. Из Пржевальского и Пишпекского уездов было призвано на фронт 4700 человек. Фактически, как отмечал генерал-губернатор Туркестана, население, имеющее до 2000 русских, охранялось пятнадцатью нижними чинами. Об охране границы в полном объеме и речи быть не могло.
О состоянии пограничных отношений на тот момент на среднеазиатском участке российско-китайской границы можно судить по высказыванию Л.Г. Корнилова. Будущий белогвардейский генерал в начале прошлого века отмечал: "Пока еще наиболее солидной гарантией внутреннего спокойствия в Кашгарии и неприкосновенности ее границ является соседство могучей России и миролюбие ее, доказанное всей историей наших отношений с Китаем".
Заложенные Россией на Востоке в XIX веке основы охраны государственной границы в последующем сослужили добрую славу в обеспечении пограничной безопасности региона. Обращаясь к наследию А.Е. Снесарева, следует отметить, что "охранение Россией востока и юго-востока Европы ... является большой услугой на алтаре грядущих судеб Европы и мира".
К концу XX века абсолютно верным оказалось предвидение А.Е. Снесарева, указавшего на то, что именно "под южным солнцем Афганистана" зреют "события крупного масштаба", которые "в скором будущем отзовутся на берегах Невы и Темзы". Снесарев, признанный знаток Средней Азии, обращался к потомкам, как бы предугадывая снятие Россией своих часовых с центральноазиатских границ: "Наш взор слишком часто поворачивается на Запад, но я, как азиат, люблю его повернуть на восход солнца; оттуда идут роковые загадки и не менее роковые решения. И когда я смотрю на восток, то прежде всего думаю о киргизах, которых лично люблю и ценю, но которые не находят еще себе должной оценки у других; и думаю я в эти минуты: а что, если на нас вправду навалится желтая рать, будут ли тогда киргизы ее авангардом, как в годы налета Чингиса, или они составят наш первый оплот против грозного врага с Востока. Думать об этом, во всяком случае, нужно".

Актуальным является сегодня и еще одно высказывание Снесарева: "Экономические завоевания идут теперь впереди военных. Не та нация сильна, которая завалила всю страну штыками, а та, которая держит в своих руках сети экономических завоеваний!". Спустя век, подтверждая правоту Снесарева, другой российский генерал Андрей Николаев пишет: "Одной из приоритетных геополитических задач России является сохранение необходимой степени влияния на территориях, некогда входивших в состав Российской империи и Советского Союза. В сущности, в этой мысли нет ничего нового. Поддержание мирных добрососедских отношений и взаимовыгодных многосторонних контактов с пограничными государствами - важнейшая внешнеполитическая задача для любой мировой державы. Поэтому внешнеполитическая цель России в странах ближнего зарубежья - уйдя остаться. Если Россия хочет сохранить свое присутствие на этих территориях, она должна, прежде всего, опираться не на военную силу, а на культурные и экономические возможности".

В этом году исполнилось 175 лет со дня Рождения Наказного атамана Семиреченского Казачьего Войска генерал-майора Ионова Михаила Ефремовича, который - завоевал и Принес Короне РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ драгоценный БРИЛЛИАНТ – ПАМИР. Что мы знаем об этом ЧЕЛОВЕКЕ??? ОН основал первый ПОСТ ПАМИРСКИЙ , нашел кратчайший выход в ИНДИЮ, привел в ПОДДАНСТВО – Горный БАДАХШАН, жители которого до сих пор считают себя гражданами РОССИИ??? В далекие 80-е мне довелось служить в ПВ КГБ СССР и пройти дорогами, которыми прошел Ионов Михаил Ефремович, в том числе и в Ваханском Коридоре, Афганистан.
Об этом и хотелось поговорить в этой статье, так чтобы на ФОРУМЕ вызвало ИНТЕРЕС?? И начнем с того, что мы знаем о нем??? Судьба этого ЛЕГЕНДАРНОГО ЧЕЛОВЕКА была не простой и даже ТРАГИЧНОЙ??? Но ОН БЫЛ ПАТРИОТОМ своей РОДИНЫ, прославил свою ОТЧИЗНУ и умер, как простой ЧЕЛОВЕК, в НАЗИДАНИЕ СВОИМ ПОТОМКАМ???
Памирские ПОБЕДЫ Военного губернатора и командующего войсками Семиреченской области, наказного атамана Семиреченского Казачьего Войска генерал-майора Ионова Михаила Ефремовича на Восточном Памире.
В 1876 г. после завоевания Кокандского ханства и преобразования его в Ферганскую область Туркестанского генерал-губернаторства отряд генерал-майора Михаила Скобелева поднялся до южной границы Памирского нагорья. В год Алайской экспедиции хребет Гиндукуш входил в состав Кокандского ханства. На Западный Памир, в горный район Рошан был отправлен с рекогносцировочной партией штабс-капитан С.П. Ванновский, сын военного министра. Двигаясь диким ущельем реки Бартанг на запад, малочисленный русский отряд в 12 офицеров, казаков и охотников, встретил афганских пограничников в 60 человек, потребовавший от них повернуть назад. Но штабс-капитан принял бой. В итоге афганцам пришлось пропустить Ванновского. Восточный Памир в 1884 г. был оккупирован Китаем. Китайские посты пять лет спустя стояли уже в самом центре нагорья. Великобритания лелеяла план раздела Памира между Китаем и Афганистаном. Тем самым они чужими руками преградили бы русским путь к Гиндукушу и далее в Индию. Участились рекогносцировки Памира британскими эмиссара. Противником занятия Памира являлся глава министерства иностранных дел России Н.К. Гирс, опасавшийся, что подобная акция повредит отношениям России с соседними странами. Но Туркестанский генерал-губернатор Александр Вревский взял ответственность на себя, и в августе 1893 года русские посты встали на старой восточной границе кокандского Памира – у подножия Сарыкольского хребта. Так, в мае 1891 г. барон Вревский приказал командиру 2-го Туркестанского линейного батальона полковнику Михаилу Ионову произвести рекогносцировку Памира и «восстановить права России» на него. После этой разведки из состава войск Туркестанского военного округа ежегодно отправлялся небольшой отряд войск, приблизительно в составе одной роты пехоты и сотни казаков для несения сторожевой службы на самой дальней черте в Алайских горах. Отряд Ионова, тогда уже генерал-майора, состоял из 122 человек, которых выделили войска Ферганской области – охотничьи команды 2-го, 7-го, 15-го, 16-го и 18-го Туркестанских линейных батальонов и 6-й Оренбургский казачий полк. Долиной реки Шахдары шел капитан А.Г. Скерский, а вдоль течения Гунта продвигался подполковник Н.Н. Юденич. Для фотографических съемок и наброска эскизов к отряду был прикомандирован художник С. Юдин. Саперы соединили г. Ош непрерывным телеграфом с походной станцией у выхода с Заалайского хребта на Памир. Таким образом отряд полковника Ионова 10 июля 1891 г. поднялся на Крышу Мира, совершив переход от города Оша до поста Памирского и Хоргоского, затерявшегося среди суровых Алайских гор и отстоящего от самого ближайшего населенного русскими жителями пункта на 800 верст. Везде на своем пути он расставлял пограничные камни с надписью «полковник Ионов. Памир.1891 год». Перейдя Гиндукуш, Ионов разведал кратчайший путь в Британскую Индию. Но в конце 1891 г. прогнанные Ионовым из восточной части Памира китайские посты сразу же после ухода русских в Фергану вернулись обратно. Афганские же пограничники из западной части Памира выдвинулись в самый его центр. Обойдя восточную часть южной окраины Памира, генерал Ионов с 30 казаками, охотниками и офицерами 26 июля перевалил через Гиндукуш и спустился в английские владения Индии. Пройдя около ста верст, повернул на север и вновь вышел на южную границу. Встреченные китайские пикеты и британские разведчики были выдворены из пределов Российской империи. Речь шла уже о достоинстве державы, и 18 апреля 1892 г. Александр Третий повелел двинуть на Памир отряд, в который вошли сводный батальон от 3-й Туркестанской линейной бригады, половина 6-го Оренбургского казачьего полка, команда Туркестанского саперного полубатальона и 4 орудия Туркестанской конно-горной батареи. По настоянию дипломатов, войскам все же запретили выдвигаться южнее реки Мургаб, которая делит Памир на северную и южную половины. В июне 1892 г. несмотря на запрет, Ионов с сотней оренбуржцев, ротой охотников и двумя пушками прошел за Мургаб, к озеру Яшилькуль, где обосновался афганский пост... На рассвете 12 июля вышедшие навстречу афганцы отказались сложить оружие и покинуть захваченную территорию. В завязавшейся схватке афганский пост был уничтожен. В 1893 г. в центре Восточного Памира, на высоте 3.658 метров трудами солдат и казаков Памирского отряда под техническим руководством военного инженера Адриана Серебренникова на месте впадения реки Акбайтал в реку Мургаб в урочище Шаджан была выстроена небольшая крепость под названием Памирский пост штаб-квартира Памирского отряда. «...16 июля приступили к работе... 22 июля был заложен первый камень земляного редута с двумя барбетами – насыпными площадками для пулеметов «Максим». К 1 ноября были уже закончены приемный покой с аптечкой, офицерский флигель с канцелярией и общей столовой, две полуротные землянки, кухня с хлебопекарней, баня, и насыпан бруствер», – вспоминал позже начальник памирского отряда Василий Зайцев, тесть выдающегося востоковеда и военачальника, крестного отца русской геополитики Андрея Снесарева. Памирский пост построил военный инженер А.Г.Серебренников (между прочим, с 1913 г. генерал-майор, в 1896-98 гг. Алайский производитель работ, начальник Семиреченской инженерной дистанции, автор многотомного сборника документов «Туркестанский край»). Внутри редута поставили утепленные юрты, соединенные коридором или стенами-кизяком, облепленные словно улей. Здесь разместились 234 пограничника – охотничьи команды Туркестанских батальонов, полусотня оренбуржцев и команда киргизских джигитов. Поставленные «над Индией» шаджанцы держались, спасая людей от цинги. Вели разведку, строили вместо юрт полуземлянки, в бураны и 30-40- градусные морозы выходили на ночные учения. Заботился о солдате и старый туркестанец капитан В.Н. Зайцев, отряд которого в августе 1893 года сменил на Памирском посту отряд П.А. Кузнецова. По получении почты весь день проходит в чтении, новости с Родины поглощаются с жадностью, и за обеденным столом офицеры обмениваются друг с другом полученными сведениями и впечатлениями, произведенными на них важными событиями, произошедшими в последнее время там, далеко, в водовороте мирового океана жизни. Отношения между офицерами и командой были наилучшие. 30 человек солдат за отбытием срока службы должны вернуться в Ош, и трогательно было видеть, как при прощании офицеры, по русскому обычаю, трижды целовались с каждым из уходящих нижних чинов. На путешественника Памирский пост производит самое отрадное впечатление. После долгого утомительного пути по необитаемым, диким горным областям попадаешь вдруг на этот маленький клочок великой России, где кружок милейших и гостеприимнейших офицеров принимает вас, как земляка, как старого знакомого. Однако высота места, обнаженная картина гор, непрерывный ветер, лютые морозы и полнейшая изолированность от великого мира земного, одиночество, отсутствие женщин – все это привело к тому, что очень немногие из памирских офицеров возвращаются здоровыми на родину. Только один терескен – некрасивый, корневатый кустарник – может спорить с суровой здешней природой, давая человеку хорошее топливо, поддерживает его тусклую жизнь.
Маршруты генерала Ионова на Крыше Мира.
Две внучки М.Е. Ионова, – Ольга Владимировна Лебедева (дочь сына Ионова Владимира) и Наталья Борисовна Кареева (дочь Натальи Михайловны Ионовой и капитана Б.П. Кареева), – оставили воспоминания о своем знаменитом в те времена дедушке, которые помогают восстановить его облик. Между прочим, современный историк Наталья Дмитриевна Кареева, взявшая именитую фамилию прадеда, кандидат искусствоведения, специалист по петровскому времени Санкт-Петербурга, – хранительница памятников истории и культуры и научный экскурсовод Домика Петра Первого и Летнего сада. Помнится, мы гуляли по Питеру, обращая внимание на памятники зодчества, связанные со Средней Азией и Казахстаном.
В предреволюционные годы многочисленная семья Ионовых жила в Швейцарии; в России в 1902 году на улице Добролюбова (бывшая Александровская, доходный дом № 25 , арх. М.Ф. Ланге), рядом с собором князя Владимира и историческим сквером.
Ко времени Памирской экспедиции полковнику М.Е. Ионову, члену отделения Русского географического общества Туркестанского и Семиреченского, было 45 лет. 22 июня 1891 г. он выступил из Маргелана по Исфарайскому ущелью на перевал Тенгиз-бай. В ходе этого похода был в первый раз оставлен на зиму на Памире отряд при слиянии рек Ак-Су, Ак-Байтал и Мургаба, на плоскогорье, окруженном со всех сторон горами. Отныне на памирском посту оставался отряд, который ежегодно сменялся. Этим было положено начало пограничной службы на Памире. Полковник Ионов заложил 24 июля 1893 г. Мургабский пост, первое русское поселение на Памире. В память о нем, его тяжелых восхождениях 1891 года, был назван в Заалайском хребте перевал Ионовский (4800 м, Сухсурават).
«…Сам начальник отряда, голодая вместе с казаками в течение пяти дней, согревался, лежа между ними. Налетевшая снежная буря на несколько дней лишила их возможности куда-либо продвигаться, а из-за нещадных порывов ветра невозможно было поставить палатки. Всех ожидала гибель, если бы один из наших офицеров случайно не отыскал пропавший разъезд», – вспоминал Б.Л. Тагеев. Вследствие переохлаждения Ионов с годами стал терять голос, утратил меткое зрение и чуткий слух пушкаря. А он любил петь у костра хорошо поставленным баритоном русские народные песни. В дальнейшем неудачная операция на ухе, проведенная в Вене, ухудшила положение. Ионов стал пользоваться слуховой трубкой. В октябре 1891 г. М.Е. Ионов был командирован в Санкт-Петербург для личного доклада «о результатах рекогносцировки с охотничьими командами» Военному Министру. Движение по Шугнану было для отряда особенно трудно. Приходилось преодолевать головокружительные карнизы, имевшиеся карты были неточны. Весной следующего года Михаил Ефремович Всемилостивейше награжден бриллиантовым перстнем с вензелевым изображением.
«…Некоторое представление о тяжести Памирской экспедиции дают картины Верещагина, с их ощущением сильного палящего солнца, страшного простора этой жуткой пустыни», – пишет О. В. Лебедева. Из публикации во «Всемирной иллюстрации» мы узнаем, что при завоевании кокандского ханства Ионов «… выказал свои блестящие военные способности, которые высоко ценил покойный генерал М.Д. Скобелев, возлагавший на этого офицера самые трудные и сложные военные операции, требовавшие особенной смелости, настойчивости и громадной энергии… Георгиевский крест 4-й степени Ионов получил из рук самого Скобелева за взятие Андижана в январе 1876 г. в войне против Кокандского ханства». В Верном Ионова встретило окружение старых туркестанцев, друзей и коллег, военных инженеров – А.П. Зенков и А.Г. Серебренников (они были сокурсники по Сибирской воен. гимназии и инженерно-технической учебы в СПб.). Зенков, основатель самого высокого деревянного Собора в Верном, называл М.Е. Ионова деятельным участником архитектурно-строительного проекта; написал стихотворный некролог его погибшему родственнику Б.П. Карееву. Совместно с коллегами Ионов организовал посмертные мероприятия в память первого губернатора и наказного атамана Г.А. Колпаковского. А вот что рассказывает внучка Ионова Н.Б. Родионова: «…в Георгиевском зале Кремлевского дворца на стенах и над угловыми каминами висели мраморные доски, на которых были выгравированы фамилии Георгиевских кавалеров. На 5-й или 6-й строчке снизу была выгравирована фамилия М.Е. Ионова. Показал эту надпись мне и моему брату Карееву, дедушка еще в 1916 г., когда мы всей семьей были проездом в Москве и осматривали Георгиевский зал Кремля. Дед очень гордился этой надписью и хотел, чтобы мы с братом ее запомнили». Его супруга Ольга Дмитриевна (в девичестве Федорова) происходила из семьи ошского артиллериста Дмитрия Андреевича Федорова. Во время одного из походов на Алай четыре жены офицеров сопровождали своих мужей-первопроходцев. Была там и О.Д. Ионова с детьми Александром и Владимиром. 11 июля – день Ольгиных именин был отмечен на Алае. Место, где происходило празднование дня ангела, носит название Ольгин луг. В память о тяжелых днях, проведенных на Крыше Мира, сослуживцы преподнесли Михаилу Ефремовичу Ионову памятный подарок – бокал-гильзу, украшенный выгравированным узором и подписями участников событий: А.Серебренников, И. Рябов, Е.Александрович, А. Скерский, А. Уфимцев.
«С этого времени афганцы уже не появлялись в наших владениях. Шугнан и Рошан были очищены от них навсегда, а эмир Абдуррахман обязался не переступать русской границы», – подводит черту под событиями тех лет Б. Тагеев. В 1895 году было проведено окончательное установление границ, в котором были заинтересованы Россия, Великобритания, Китай и Афганистан. Памирской экспедицией генерала М.Е. Ионова заканчивается окончательное завоевание Средней Азии.
Примечания о семье Ионовых: 1. Ионов Михаил Ефремович (р. 12 марта 1846 г., Варшавская губ. – у. 16 янв. 1924 г., Алма-Ата), генерал от инфантерии (1908 г.), военный губернатор и командующий войсками Семиреченской области, наказной атаман СемКВ (с 24 окт. 1899 г. по 19 июня 1907 г.). Воспитанник Орловской воен. гимназии и Константиновского уч-ща. Воен. служба связана с историей Туркестанского (бывш. Оренбургского) 2-го лин. бат-на (с 25 июня 1864 г.), вошедшего в бригаду. Георгиевский крест 4-й степени за взятие Андижана в январе 1876 г., в войне против Кокандского ханства. Участник Алайской (1876 г.) и руководитель Памирской экспедиций (1891-94 гг.). Основатель Мургабского пограничного поста, первого русского поселения на Памире (24 июля 1893 г.). В 1896 г. отчеканена медаль для ношения на владимирско-георгиевской ленте, с лицевой стороны которой изображены вензеля российских императоров. С левого оборота медали имелась надпись «За походы в Средней Азии в 1853-1895 гг.». Ионов известный краевед, охотник, фотограф памятников природы. В его честь названы селения в Семиреченской обл, пер. Ионовский (Заалайский хребет, 4800 м). С 1907 г. на пенсии, состоял в распоряжении Военного министра. Жил в Швейцарии (Лозанна) и в России (СПб.). В советское время М.Е.Ионов служил зав. военным архивом Джетысуйской губернии (ныне ул. Кабанбай батыра, здание Ин-та географии).
Лит.: Михаил Ефремович Ионов. // Разведчик, 1892, № 104; (о Памирской экспедиции полковника М.Е. Ионове). // Разведчик, 1892, №№ 74 и 96; О Памирах. Владимир Проскурин // Московские ведомости, 1892, № 274; // Новости, 1894, № 199; Серебренников А.Г. Памир и Памирские ханства (Военно-географический и топографический очерк) // Инженерный журнал, 1894, № 11–12; =Туркестанские саперы на разработке Памирской дороги. // Разведчик, 1898, № 406–408; = Очерк Памира // Воен. сб., 1899., № 6–11 (книга под тем же названием, СПб., 1900); Памир (краткий очерк) // Ежегодник Ферганской обл., Новый Маргелан, 1902, т. I; Тагеев Б.Л. Через Алай и Памир .// Всемирная иллюстрация, 15 апр. 1895 г., № 1368 , т. 53, вып. 16 (В статьях и книгах даны портреты М.Е. Ионова, великолепные иллюстрации воинских переходов и переправ, биваков и походной жизни в горах Памира, Алая, Гиндукуша).
Жена: Ионова Ольга Дмитриевна (в девич. Федорова). Родилась в г. Оше, в семье отца пушкаря Федорова Дмитрия Андреевича и матери Марии Осиповны. Ольга сопровождала мужа в походах по Памиру и Алаю. У нее была сестра Анна, вышедшая замуж за офицера Янцына Николая Ивановича., родственника Э.К. Кивикэс, исследователей Памира. В годы Первой мировой войны Ионовы через Францию, Англию, Норвегию вернулись на родину. До 1917 г. Ионовы жили Петербурге. В год революционных перемен, они опять снялись с места: поехали вначале погостить в Самарканд к сыну Владимиру, затем в Ташкент в семью Федоровых. Лишь осенью 1918 года появились в Верном, без крова и работы. О. Д. Ионова благоустроила старую усадьбу по р. Малая Алматинка (пр. Ленина, д. 136 ). Дом конфискован после 1928 г. Здесь разместился санаторий НКВД-МВД. Это был двухэтажный особняк, с галереей, балкончиком, балюстрадами. Пережила мужа, скончалась после 1926 г. Ионовы были погребены вдоль Березовой аллеи. По воспоминаниям, на месте могил были посажены два дуба, выросшие друг против друга. Однако, на сегодня нет никаких памятных знаков прошлого, в бывш. санатории выросли частные коттеджи. Дети дочери Наталья (в замужестве Кареева ) и Мария (в замужестве Щербакова), сыновья Александр и Владимир. Ионов Александр Михайлович (р.26 февр. 1880 г., Ош – у. 18 июля 1950 г., Нью-Йорк), генерал-майор (26 февр.1918 г.), атаман Семиреченской казачьей бригады. (1918 г.). Младший сын генерала М.Е. Ионова. Окончил 2-й Оренбургский кадетский корпус, Константиновское артиллерийское уч-ще (1900 г.), Николаевскую академию Генштаба (1908 г.). В армии с 1898 г., служил в 20-м Туркестанском стрелковом полку (Верный, 1908-10 гг.) Участник Первой мировой войны, нач. штаба стрелковой дивизии. За успешное проведение Сары-Камышской операции награжден Золотым Георгиевским оружием «За храбрость» и орд. Св. Георгия 4-й степени (7 янв.1916 г.). Принял участие в Белом движении под нач. атамана Анненкова. В 1922 г. эмигрировал в Китай, Новую Зеландию, Канаду. После переезда в Нью-Йорк принял командование Сев.-Американским отделом РОВС. Воен. писатель, автор воспоминаний (журн. «Часовой», Бельгия, 1957 г.), книги «Выпавшие страницы» (США, 1961 г.), редактор «Вестник американского отдела РОВС», бюллетеня «Казачий Союз» Жена: Янина (Нина) Мартыновна (урожд. Зедлер). Эмигрировала в Бельгию. Дети: Татьяна (1905 г.) и Ольга (1909 г.. в замужестве Лебедева), Елена (1910 г.; ее муж полковник Л.В. Молоствов (1875-1920), участник Первой мировой войны, удостоен орд. Св. Георгия. Расстрелян в Верном по ст. 58-6, 58-11 УК РСФСР 19 нояб. 1920 г.). Ионов Владимир Михайлович (р. 29 мая 1877 г., Ош – у. в янв . 1946 г., Ташкент), полковник артиллерии, участник Первой мировой войны, удостоен Св. Георгия и Золотого оружия. Старший сын генерала М.Е. Ионова. Окончил Ташкентскую школу 2-го Оренбургского кадетского корпуса (1898). Служил в г. Скобелеве с братом А.М. Ионовым. В советской армии (РККА в 1919-22 гг.), командир первого советского конно-артиллерийского Гиссарского дивизиона на Памире. Награжден двумя Орденами Красного Знамени. Уволен из армии по инвалидности. Художник и фотограф, окончил Ташкентский художественный техникум. Член Среднеазиатского военно-научного об-ва, читал лекции офицерскому составу о тактике горной войны. В дальнейшем занимался в ТуркВО улучшением разведения хлопка. Организатор гидрогеологич. станции по изучению оз. Искандеркуль. Здесь установлен мемориальный знак «Каменная книга Искандеркуля», с надписью «В.М.Ионов. 1929-1935 гг.». Жена: Ионова Платонида Платоновна (в девичестве Шепатовская). Ионова Наталья Михайловна (р. 18 окт. 1875 г., Ош – у. 8 апр.1945 г, Алма-Ата). Первый муж Кареев Борис Павлович (р. 20 янв. 1878 г.– у. 11 нояб. 1907 г.), капитан Генштаба (с 28 мая 1905 г.), прикомандированный ко 2-му Зап.-Сибир. Стрелк. бат-ну (Верный, Джаркент – Тышкан, где служил его родственник батальонный адъютант Кареев Алексей Николаевич). Получил образование в кадетском корпусе (Псков), Константиновском артиллерийском училище и Николаевской академии Генштаба (СПб., 1905 г.). На воен. службе с 1 сент. 1895 г., шт.-капитан с 12 авг. 1904 г.) Участник Русско-японской войны (1904-05 гг.), служил переводчиком в штабе ген. Куропаткина . Удостоен орд. Св. Станислава 3-й ст. (1907 г.). Занимался орнитологией и герпетологией по рекомендации Н. А. Зарудного, военного преподавателя Псковского и Ташкентского корпусов (совм. работа «Орнитологическая фауна Семиреченского края»). Его коллекции пополнили Семиреченский областной музей. Востоковед, участвовал в коллективном труде – разработке библиографии по Афганистану. По воспоминаниям А.Н. Снесарева, участника Памирской ионовской экспедиции, председателя Средне-Азиатского отделения Общества востоковедения, «…Борис Павлович был завсегдатаем индо-авганской комиссии, принял участие в текущих ее работах и сделал в одном из заседаний интересный доклад на тему «Краткий исторический опыт афганской границы». Одновременно же он участвовал в коллективном труде – разработке библиографии по Афганистану».
Кареев в политике был эсером-революционером, сотрудничал с известным российским идеологом С. Д. Масловским (1876-1943) (между прочим, писателем, издававшимся под псевдонимом Мстиславский, автором книги советской эпохи «Грач – птица весенняя», о революционере Николае Баумане). Капитан Кареев покончил жизнь самоубийством. После смерти Бориса Павловича семья временно переехала в Санкт-Петербург, сохраняя связи с Верным. С 1911 г. уехала в Швейцарию (Лозанна), остановилась на улице Уши в пансионе «Вилла Ориан» («Villa Orient»). Внуки были отданы учиться в частное заведение Ванно (Vannod). Наталья Михайловна поступила учиться в Университет, где изучала историю французской литературы. В советское время преподавала в школах Алма-Аты гуманитарные предметы: пение, географию, немецкий язык. Воспитаны дети Наталья (в замуж. Родионова), Михаил, Георгий, Борис (родился после гибели отца). Семья сохранила родственную фамилию Кареевы. Дочь Кареева Наталья Борисовна (р. в 1902 г., Верный – у. 2 июня 1993 г., Ленинград). пережившая в сталинские годы гибель мужа Н.А. Родионова (1895-1937), директора Всесоюзного Алюминиево-Магниевого института (ВАМИ), прошедшая трудовые лагеря Томской и Джамбулской областей. Ее дочь Н.Б. Кареева – алма-атинский филолог. И.Н. Кареева и внучка Н.Д. Кареева (р. 6 янв. 1951 г., Алма-Ата), ведущий научный сотрудник Русского музея, историк и искусствовед по петровскому времени, заведующая Летним садом и домиком Петра Первого. Наталья Дмитриевна сохранила память о семье Ионовых-Кареевых, опубликовала документальный очерк «Мой прадед дал России Крышу Мира» (журнал «Родина, № 8, 2015 г.). Ионова Мария Михайловна (в замуж. Щербакова) (р. 14 авг..1878 г., Ош – у. 20 авг. 1969 г., Сиэтл, США). Окончила женский ин-т в Оренбурге, консерваторию в Москве, художник-иконописец, музыкант. Вышла замуж за офицера Н. П. Щербакова. Родился сын Нил. Муж Щербаков Николай Петрович (р.24 дек.1879 г., Верный – у. 15 сент., 1922 г., Сюй-Джоу, Китай), генерал-майор (1918 г.), председатель Войскового правления Семиреченского казачьего войска (1917 г.). В годы революции и гражданской войны Семиреченский атаман (с 19 нояб.1919 г.). Окончил Сибирский кадетский корпус (Омск, 1897 г.), казачью сотню Николаевского кавалерийского уч-ща (СПб., 1899 г.) и академию Генштаба (СПб. ,1907 г.). Службу начал субалтерн-офицером 1-го Семиреченского казачьего полка (1900 г.). Принял участие в Белом движении, под общим командованием ген.-майора Б.В. Анненкова. При нем же находился отряд Оренбургского атамана А.И. Дутова). Скончался от тифа при отступлении армии через пустыню Гоби. Часть казаков его отряда добралась до Шанхая, где впоследствии была организована Семиреченская казачья станица. Жена Мария Михайловна в годы революции и гражд. войны прошла с ним тяжкий путь отступления российской армии в Пекин, затем эмигрировала в Америку. Умерла на 91-м году жизни. В некрологе сказано о ней: «... высокая, красивая старушка с правильными, красивыми чертами лица, стоящею на каждой церковной службе в нашей русской церкви, всегда справа в заднем углу храма. Это было ее место, которое никто не занимал... Жила она тихо и скромно, неустанно работая (иконописью расписывала церковь Св. Николая и Собор Св. Спиридона в Сиэтле). Так же тихо и скромно она и ушла в лучший мир. Аккуратно одетая, причесанная, она уснула навсегда сидя на диване, оставив светлую память о себе и свои чудные творения».
P.S В 1980 году мне довелось не однократно выходить на перевал ОЧХИЛИ на афгано-пакистанской границе от СБО “Гумбат”, который находился в 15 км от нашего расположения в Базаи-Гумбад, провинция Бадахшан, Афганистан. Считается что здесь произошла встреча Ионова с Юнгхесбенд, где был арестован английский капитан Юнгхесбенд, с него Ионов взял письменное обязательство покинуть Памир и более здесь не появляться. Этот английский офицер разведывал подступы из Ваханского коридора на Памир в августе 1890 года. После этого Ионов с казаками через перевал, названный его именем, перешел на южную сторону Гиндукуша и через перевал Барогиль вернулся обратно в долину Вахандарьи к селению Сархад. Отсюда Ионов направился в долину реки Памир и 11 августа, выйдя через перевал Хзаргош в долину реки Аличур, соединился с пехотой у озера Яшилькуль, откуда и двинулся в обратный путь, в город Ош. Это был им разведанный кратчайший путь на перевал ОЧХИЛИ и выход на индийские штаты ДЖАММУ и КАШМИР, ИНДИЯ. Что самое интересное возвращался через перевал БАРАГИЛЬ и САРХАДСКУЮ ЩЕЛЬ выход на САРХАД и ЛЯНГАР, прошел маршрутом, которым войска АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО возвращались из ИНДИЙСКОГО ПОХОДА в СРЕДНИЮ АЗИЮ. В далекие 80-е на САРХАДЕ сохранилась КРЕПОСТЬ и БЕРЕЗОВАЯ РОЩА с времен АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО. Этим же маршрутом увел через пер. БАРАГИЛЬ в Пакистан памирских кыргызов РАХМАНКУЛ-ХАН в августе 1978 году, когда понял, что за ним придут СОВЕТСКИЕ ПОГРАНИЧНИКИ в его резиденцию в ГУЛЬХАНУ, провинция Бадахшан. АФГАНИСТАН.
На фото:1. Указ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА от 1910 г. к 50 летию УЗУН-АГАЧСКОЙ БИТВЫ; 2.Колпаковский Герасим Алексеевич, первый основатель г. ВЕРНОГО. 3.Карта ПАМИРА, на нем нахождение БАЗАЙ-ГУМБАТА и САРХАДА в 1980 году.

[aleksandr 196101]

Сообщение от aleksandr 196101

P.S В 1980 году мне довелось не однократно выходить на перевал ОЧХИЛИ на афгано-пакистанской границе от СБО “Гумбат”, который находился в 15 км от нашего расположения в Базаи-Гумбад, провинция Бадахшан, Афганистан. Считается что здесь произошла встреча Ионова с Юнгхесбенд, где был арестован английский капитан Юнгхесбенд, с него Ионов взял письменное обязательство покинуть Памир и более здесь не появляться. Этот английский офицер разведывал подступы из Ваханского коридора на Памир в августе 1890 года. После этого Ионов с казаками через перевал, названный его именем, перешел на южную сторону Гиндукуша и через перевал Барогиль вернулся обратно в долину Вахандарьи к селению Сархад. Отсюда Ионов направился в долину реки Памир и 11 августа, выйдя через перевал Хзаргош в долину реки Аличур, соединился с пехотой у озера Яшилькуль, откуда и двинулся в обратный путь, в город Ош. Это был им разведанный кратчайший путь на перевал ОЧХИЛИ и выход на индийские штаты ДЖАММУ и КАШМИР, ИНДИЯ. Что самое интересное возвращался через перевал БАРАГИЛЬ и САРХАДСКУЮ ЩЕЛЬ выход на САРХАД и ЛЯНГАР, прошел маршрутом, которым войска АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО возвращались из ИНДИЙСКОГО ПОХОДА в СРЕДНИЮ АЗИЮ. В далекие 80-е на САРХАДЕ сохранилась КРЕПОСТЬ и БЕРЕЗОВАЯ РОЩА с времен АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО. Этим же маршрутом увел через пер. БАРАГИЛЬ в Пакистан памирских кыргызов РАХМАНКУЛ-ХАН в августе 1978 году, когда понял, что за ним придут СОВЕТСКИЕ ПОГРАНИЧНИКИ в его резиденцию в ГУЛЬХАНУ, провинция Бадахшан. АФГАНИСТАН.
.

После моей публикации мои СОСЛУЖИВЦЫ по АФГАНУ стали часто задавать вопрос - "Почему наше командование в далеком 1980 году выбрало место нахождения СБО "Гумбат " именно в Базай-Гумбате ???". Прошло 40 лет, но я по прежнему уверен в правильности этого ВЫБОРА ??? Попробуем разобраться в этом:
1.В далеком 1946 году Рахманкул -хан ушел из Китая от перевала Мин-теке, поднявшись по руслу реки Каракурсу,на перевал Вахджир (Иршан -Увин) и по руслу реки Вахджир вышел на Базай-Гумбад, Ваханский Коридор, ДРА.Там его была СТАВКА и он держал под контролем КАРАВАННЫЕ ПОТОКИ.Место очень удобное, стык трех государств Афганистана,Китая,Пакистана и Индии.
2. В мае 1980 года наша ММГ-1 в составе СБО "Гумбат" взяла это направление под контроль, с целью не допущения караванов с оружием для маджахедов. В июне 1980 года первый БРВ и выход на ИРШАН-УВИН (автор- "Был в его составе и автор этих строк"). Поэтому буду излагать все от себя.)Нашу разведку интересовало КАРАКАРУМСКОЕ ШОССЕ и возможность выхода на него с перевала. Дело в том что с перевала Иршан -Увин по руслу речки Каракурсу идет грунтовая дорога по территории Китая , 36 км и выход на ШОССЕ и перевал Мин-Теке, который открыт круглый год. Для сравнения пер. Очхили и Иршан - Увин открываются в мае, и зимой по ним даже гужевой транспорт не проходим.
3. Если по руслу реки Вахджир идти в сторону Пакистана, то русло реки поворачивает на лево в сторону Китая на перевал Иршан-Увин, а прямо на перевал Очхили в Пакистан. Этим воспользовался полковник Ионов в 1857 году, когда нашел кратчайший путь в Индию? Мы тогда в июне 1980 года перерезали еще один путь поставки оружия из Пакистана, в Ваханский Коридор, ДРА.
Сейчас Китай держит в Гумбате пограничный ПОСТ, якобы для того чтобы террористы не проникали из Пакистана в СУАР, Китай.Но движение ТАЛИБАН взяло под контроль провинцию Бадахшан в июле 2021 года и вышло на таджикско-афганскую границую. ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ???
Получается зря мы оставили ПАМИР, оставили без защиты наши ЮЖНЫЕ ГРАНИЦЫ ??? После 20 летнего прибывания США в афганистане и бегства его от туда, ситуация на ЮЖНЫХ Рубежах сильно осложнилась и не в НАШУ ПОЛЬЗУ,

[aleksandr 196101]

[QUOTE=aleksandr 196101;3582528]В этом году исполнилось 175 лет со дня Рождения Наказного атамана Семиреченского Казачьего Войска генерал-майора Ионова Михаила Ефремовича, который - завоевал и Принес Короне РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ драгоценный БРИЛЛИАНТ – ПАМИР. Что мы знаем об этом ЧЕЛОВЕКЕ??? ОН основал первый ПОСТ ПАМИРСКИЙ , нашел кратчайший выход в ИНДИЮ, привел в ПОДДАНСТВО – Горный БАДАХШАН, жители которого до сих пор считают себя гражданами РОССИИ??? В далекие 80-е мне довелось служить в ПВ КГБ СССР и пройти дорогами, которыми прошел Ионов Михаил Ефремович, в том числе и в Ваханском Коридоре, Афганистан.
Об этом и хотелось поговорить в этой статье, так чтобы на ФОРУМЕ вызвало ИНТЕРЕС?? И начнем с того, что мы знаем о нем??? Судьба этого ЛЕГЕНДАРНОГО ЧЕЛОВЕКА была не простой и даже ТРАГИЧНОЙ??? Но ОН БЫЛ ПАТРИОТОМ своей РОДИНЫ, прославил свою ОТЧИЗНУ и умер, как простой ЧЕЛОВЕК, в НАЗИДАНИЕ СВОИМ ПОТОМКАМ??? Причем его судьба очень тесно связана с становлением города Верного и Семиреченским казачеством.

В июле 1853 года в Семиречье (Джетысу) была направлена экспедиция майора М. Перемышельского, которая тщательно выбирала место для нового укрепления. Ранней весной 1854 года пришла весть о решении царя строить военное укрепление в урочище Алматы. Крепость строилась на левом берегу р. Малая Алматинка под руководством военных инженеров Александровского и Гумницкого. На территории крепости были размещены казармы, арсенал, армейские провиантные склады, кухня, госпиталь, гаупвахты, склады оружия и т.д .Строительство и благоустройство ,для которого был выслан отряд из 200 солдат.
В конце июля 1854-го года Перемышльский совместно с инженером-поручиком Александровым провел осмотр долины реки Малой Алматинки и решил заложить здесь новое укрепление под названием Заилийское, из которого позднее вырос город Верный (сейчас он называется Алма-Ата).

Историческая справка:

Отряд под командованием пристава Большой Орды майора Перемышельского, сменившего к тому времени на этом посту майора Врангеля, шел надолго. Одних сухарей взяли 2091 пуд, крупы 387 пудов. Солдаты сгибались под тяжестью ранцев и амуниции. Триста верблюдов, предоставленных баями и манапами были нагружены до отказа. Отряд шел строить крепость, поэтому взял с собой богатый шанцевой инструмент. Для переправы через Или взяли лодки, паромные настилы, веревки. При отряде, кроме обер- и унтер-офицеров находились: инженерный офицер, корпуса топографов, офицер лекарь и фельдшер, три фургейта, денщики, цирюльники, мастеровые.

Река Или.

Река Или встретила отряд неприветливо. Во время переправы поднялась буря. Свинцовые волны захлестывали паром, грозили потопить солдат. Берег, на который высаживался отряд, был залит водой. При переправе погибло 8 верблюдов.
21 июля основной отряд, двигаясь вверх по реке Тургень, вышел на караванную дорогу Великого Шелкового пути, ведущую из Ташкента в Кульджу и прибыл к урочищу Иссык. Отсюда майор Перемышельский начал поиски места для постройки укрепления.
29 июля он писал генерал-губернатору: «Лесистая местность ущелий, откуда вытекает Иссык, заставила меня тотчас же приступить к обозрению их. По осмотру я двинулся к Талгару, и, осмотрев вершины его, я обозреваю Алматы. Далее от Алматов лес в горах редеет и делается все доступнее. Выбор к занятию пункта должен пасть на Иссык или Талгар».Бывший фельдфебель второй роты, входившей в состав отряда Перемышельского, Михаил Аликин оставил следующие воспоминания о выборе места для будущего укрепления Верного: «Весной 1854 года мы перешли на реку Алматинку, но не сразу с Иссыка, а сперва спустились к Илийскому пикету, где встретили первую роту, прибывшую нам на усиление вместе с сотней казаков. При этом отряде прибыл к нам инженер Александровский. Он хотел было строить укрепление тут же на берегу Или около Караузека, но через неделю среди отряда появились больные и нас двинули вперед вверх по Каскелену и Алматинке». Перемышельский с легкостью пробирался в глубь страны – незнакомой и, по существу, в то время еще враждебной. Майор хорошо знал обстановку. Держа ставку на баев и манапов, умело пользуясь – где угрозой, а где добрыми обещаниями, он легко добивался успеха. Через несколько дней к нему явились с изъявлением покорности Дулатовские баи: Керым рода Кашкарау, манап рода Джаныс, Сат рода Чапраштов, Адильбек рода Бутбай и другие влиятельные люди, держащие в подчинении все кочевья и пастбища.
В начале августа в Омск был направлен очередной курьер с донесением, окончательно решающим судьбу будущего города: «Я имел честь доносить Вашему превосходительству, – писал Перемышельский, – о намерении моем обозреть вершины Алматов. Осмотрев с инженер-поручиком Александровским первые и вторые Алматы (реки Большая и Малая Алматинки) и долину между ними, мы нашли по удобству добывания леса, большому количеству прекрасной, изрезанной арыками хлебопахотной земли, пажитей и сенокосных мест, далеко превосходящими урочища на Иссыке и Талгаре, почему и предложили Алматы – местом будущего поселения». «…С полуэскадроном казаков майор и кавалер Перемышельский, сопровождаемый инженер-поручиком Александровским, скакал по долине, раскинувшейся между двумя речками, вытекавшими из ущелий. Стояла чудная осень – золотые паутинки летели с гор, предвещая долгое солнце.
– Смотрите, поручик, – майор поднялся на стременах и вытянул руку с нагайкой. С холма, на котором они остановились, открывался прекрасный, широкий вид на долину. Золотые полоски созревшей пшеницы чередовались с кудрявыми яблонями, с буйными зарослями боярышника и барбариса. Из юрт, раскинувшихся возле реки, поднимались к небу синие ленты дама. Овцы, колыхая жирными курдюками, лениво щипали траву.
– Щедрый и живоносный край! Перемышельский спрыгнул с коня и, разминая ноги, пошел по траве. Он обошел холм, остановился и кивком подозвал Александровского.
– Вот здесь, – топнул он каблуком по земле, – благоволите поручик поставить отличительный столб. Здесь будет… Перемышельский неожиданно снял фуражку и перекрестился… будет построено укрепление, верное помыслам нашего Государя Императора, верный оплот славного оружия русского в Заилийском крае». От Автора - " Вот так возник г. Верный (Алма-Ата), и совсем не так как нам трактуют...на "месте древнего поселения". Название города Алматы (урочище Алматы)???

1 июля 1855-го года под командованием следующего пристава Большой орды Шайтанова в Заилийское пришли первые казаки-поселенцы и заложили вокруг нее станицу. Начиная с 1856-го, каждый год сюда посылали по сотне казаков со своими родными и по двести семей из внутренних губерний Российской империи.

Так началось сооружение укрепления Верное. К началу 1855 года временное укрепление было готово и состояло из нескольких бревенчатых изб обнесенных высоким забором и земляной вал и глубокий ров вокруг свидетельствовали о его прямом назначении.

В 1860-ом году казаки под командованием майора Герасима Алексеевича Колпаковского организовали экспедицию на реку Чу и захватили кокандские крепости Токмак и Пишпек. После их возвращения из похода, 21 октября, произошло трёхдневное Узун-Агачское сражение, в ходе которого малочисленные силы казаков (около тысячи человек) наголову разгромили шестнадцатитысячное войско кокандского главнокомандующего Канаат-Ша.
11 апреля 1867 года Александр 2 подписал указ об официальном преобразовании укрепления Верное в город. Второе правительственное постановление от 11 июля 1867 года, провозглашало создание Семиреченской области. Центром области стал город Верный.
А 11 июля 1867-года была официально учреждена Семиреченская область, которая вошла в состав Туркестанского губернаторства. Герасим Колпаковский стал её первым губернатором. А 13 июля (по старому стилю) того же года из девятого и десятого полковых казачьих округов Сибирского войска было создано самостоятельное Семиреченское войско.

Заселение области русскими переселенцами началось в 1847 году исключительно казаками: часть их была из Сибирского Казачьего войска, часть - причисленные к казакам крестьяне-поселенцы. Первыми переселенцами из Европейской России стали крестьяне Воронежской губернии. Прибывшие в область 242 семьи были зачислены в мещане г. Верного , где они развели замечательные Верненские сады, занимаясь в то же время и земледелием на арендованных у казаков ближайших станиц землях.
Так начиналась история освоения юго-восточной границы Российской Империи с Китаем в 19 веке. Южная Столица современного Казахстана - Алма-Ата (город Верный) строилась руками русских переселенцев и семиреченских казаков. С 1861 года заселение области русскими переселенцами продолжалось непрерывно. Уйгуры и дунгане пришли в пределы области из Китая. Часть из них перешла в русское подданство в 1881 году после возвращения Китаю русскими Кульджинского края.
Период пограничных столкновений между Россией и Китаем из-за территорий Семиречья, обмена нотами с взаимными претензиями продолжался достаточно долгое время. Однако в результате Пекинского (1860 г.), Чугучакского (1864 г.), Санкт-Петербургского (1881 г.) и Новомаргеланского (1884 г.) договоров между Россией и Китаем к середине 1880-х гг. формирование государственной границы в Семиречье было завершено, а ее охрана была поручена Семиреченскому казачьему войску.

[aleksandr 196101]

[QUOTE=aleksandr 196101;3256745]Первые шаги по организации охраны границ СССР


Становление советской пограничной службы

Первые шаги по организации охраны границ СССР

После победы Великой российской революции большевики, наряду с другими политическими и экономическими задачами, приступили к организации охраны государственной границы. 3 ноября 1917 года Военно революционный комитет принял постановление о временном закрытии границы, в соответствии с которым была разработана инструкция о порядке проезда через границу и усиления контроля за вывозимыми из страны грузами. 30 марта 1918 года на базе ОКПС было сформировано Главное управление пограничной охраны (ГУПО) при Народном комиссариате финансов РСФСР. Первым начальником ГУПО был назначен бывший командир ОКПС Г. Г. Мокасей Шибинский.
28 мая 1918 г. Совет народных комиссаров (СНК) принял декрет об учреждении пограничной охраны РСФСР, в соответствии с которым перед пограничниками ставились задачи по усилению охраны государственной границы.
В сентябре 1918 года при ГУПО был образован Военный совет пограничной охраны в составе военного руководителя – бывшего генерал майора А. Л. Певнева, и двух комиссаров – П. Ф. Федотова и В. Д. Фролова. Начальником погранохраны был назначен бывший полковник ОКПС С. Г. Шамшев.
В результате проведенных организационных изменений структура пограничной охраны стала выглядеть следующим образом: ГУПО – Военный совет пограничной охраны – три погранокруга, в каждый из них входило от 4 до 6 районов, в районе – от 3 до 5 подрайонов, в подрайоне – от 3 до 4 дистанций, от которых выставлялись заставы.
Ко второй половине 1918 года, когда по всей стране уже полыхала Гражданская война, пограничники приступили к охране участка границы РСФСР на европейской части территории. Их боевая служба проходила в жестокой борьбе с бандами, шпионами, контрабандистами.
19 августа 1918 года СНК РСФСР принял декрет о передаче войсковых формирований различных ведомств, в том числе и погранохраны, в ведение Народного комиссариата по военным делам. В результате пограничные округа были переформированы в дивизии, районы – в полки, подрайоны – в батальоны, а дистанции – в роты.
По мере завершения Гражданской войны и освобождения страны от белогвардейцев и интервентов восстанавливались границы РСФСР. В связи с этим 19 марта 1920 года Совет рабоче крестьянской обороны принял постановление об экстренных мерах по усилению охраны границ республики. Но так как у ГУПО не хватало сил и средств для охраны границы, им в помощь были выделены части и соединения Красной армии.
Однако у них не было необходимого опыта борьбы с диверсантами, шпионами, контрабандистами. Учитывая это, Совет труда и обороны (СТО) своим постановлением от 24 ноября 1920 года всю ответственность за охрану границы возложил на Особый отдел Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК). 19 января 1921 г. постановлением СТО были созданы специальные войска ВЧК, на которые возлагались функции не только охраны границы, но и обеспечения безопасности страны.
В 1922 году декретом Всероссийского Центрального исполнительного комитета ВЧК была преобразована в Государственное политическое управление (ГПУ) под руководством Ф. Э. Дзержинского, на которое, наряду с другими задачами, возлагалась политическая охрана границ республики. Исходя из сложившейся обстановки, Совет труда и обороны в том же году принял постановление о передаче охраны сухопутной и морской границ РСФСР в ведение ГПУ, для чего создавался Отдельный пограничный корпус (ОПК) войск ГПУ. В его составе создавались семь округов пограничной охраны, в том числе Туркестанской с центром в Ташкенте.
После образования СССР ГПУ НКВД РСФСР 2 ноября 1923 года было реорганизовано в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ) и подчинено непосредственно СНК СССР. Наряду с другими вопросами ОГПУ ведало организацией охраны границ СССР.

В 1924 году завершилось создание организационной структуры погранохраны. По решению Советского правительства пограничные органы и войска были объединены в единый аппарат пограничной охраны ОГПУ. Вводилась новая организационная структура пограничных войск: округ – отряд – комендатура – застава. Основная роль в войсковой охране границы отводилась пограничной заставе.
Таким образом, была создана организационная структура советских пограничных войск и начали формироваться соединения и части на всем протяжении государственной границы СССР.

Становление советской охраны границы в Средней Азии

После установления Советской власти в ноябре 1917 года в Туркестане граница охранялась таможенной пограничной стражей в составе двух бригад, вооруженных горными орудиями и пулеметами. Этих сил было достаточно, чтобы сдерживать, а в необходимых случаях силой оружия отражать прорывавшиеся из за границы крупные вооруженные банды контрабандистов. Однако со временем этих сил и средств уже было недостаточно для охраны границ. Поэтому 14 апреля 1920 года, командующий Туркестанским фронтом М. В. Фрунзе приказом № 171 определил для охраны государственной границы Туркестанского края с соседними государствами сформировать отдельную Туркестанскую дивизию пограничной охраны в составе управления дивизии, 3 бригад и отдельного 7 го пограничного стрелкового полка с кавалерийским дивизионом трех эскадронного состава. Однако в связи с развернувшимися действиями крупных басмаческих группировок в Средней Азии формирование пограничной дивизии было приостановлено, а ее части возвращены в действующую армию.
Тем не менее охрана государственной границы не выходила из поля зрения советских властей. Из управлений пограничной дивизии, бригад и полка были сформированы Главное управление границ Туркестана и районные управления охраны границ. Они организовывали пограничную службу, а войска придавались им из действующих частей Красной армии.
С установлением Советской власти на территории всей Средней Азии начали активно действовать басмаческие отряды. Основной целью их деятельности являлось свержение Советской власти на территории Туркестана. Так, 21 марта 1920 года эмир Бухары Саид Алимхан, чувствуя приближение краха своего монархического режима, направил письмо одному из главарей лояльных басмачей Ибрагим беку, чтобы последний приступил к формированию басмаческих отрядов в Центральном и Южном Таджикистане.
После победы революции в Бухаре 2 марта 1920 года эмир со своей свитой, бросив семью, бежал в Душанбе. Но и здесь, не сумев выдержать удары частей Красной армии, он долго не продержался. 5 марта 1921 года Саид Алимхан перешел границу в районе переправы Чубек и навсегда покинул свою родину. Все последующие годы он прожил в Афганистане, организовывая контрреволюционные вылазки басмачей. Эмир Афганистана Аманулла хан не поддерживал Саида Алим хана с его амбициозными планами возвращения трона в Бухаре, так как еще в апреле 1919 года установил добрососедские отношения с Советской властью. 13 сентября 1920 года между РСФСР и Афганистаном был парафирован предварительный договор о дружбе между Россией и Афганистаном. 28 февраля 1921 года, вопреки противодействию Англии, в Москве был подписан советско афганский договор, согласно которому договаривающиеся стороны обязывались не вступать с третьими державами в военные или политические союзы, которые бы шли во вред обеим государствам.
Заключение советско афганского договора создало благоприятные условия для охраны государственной границы. Однако практически оздоровление обстановки на границе наступило гораздо позже, так как в военно политическую жизнь Афганистана были втянуты различные реакционные силы, в том числе и английские, которые мечтали о возврате утерянных позиций. Эти факторы в своей борьбе использовал бухарский эмир в своей антисоветской деятельности. Именно с этого времени и начинается планомерно организованное движение под названием «басмачество» в Восточной Бухаре. В этом движении были представлены различные слои общества – крупные, средние и мелкие землевладельцы, представители духовенства и в небольшом количестве безземельные дехкане.
Басмаческие отряды, как правило, хорошо экипированные, стали систематически, переходя границу, нападать на советские военные гарнизоны. Но, потерпев поражение, уходили в горы или за границу, откуда вновь совершали нападения. Часть из них уничтожалась, но, имея в начале своего зарождения широкую социальную базу для пополнения, басмачи прорывались в тыл с целью установления своей власти на местах.
После образования 30 декабря 1922 года Союза Советских Социалистических Республик, в который вошла вся территория Средней Азии, началась организация охраны границ на всем ее протяжении. В 1923 году приказом ГПУ на территории СССР были объявлены восемь округов, в том числе Туркестанский, в котором была образована также Амударьинская пограничная речная флотилия.
В начале 1924 года Туркестанский округ был переименован в Среднеазиатский. Войска округа приняли под охрану участок границы с тремя сопредельными государствами – Персией, Афганистаном и Китаем, от Каспийского моря до г. Нарына общей протяженностью свыше 5 тысяч км. В 1925 году в составе округа было три пограничных отряда – 45 й Мервский, 46 й Ашхабадский и 47 й Керкинский, три отдельные пограничные комендатуры – Ошская, Нарынская и Каракольская. Общая численность войск округа составляла 5 тысяч человек. Главными задачами, поставленными перед войсками округа, было решительное пресечение нарушений границы вооруженными басмаческими формированиями, недопущение их перехода на территорию республик Средней Азии или ухода за кордон, а также защита населения приграничных территорий от грабежей и бесчинств. Выполнять эти задачи приходилось в условиях значительного численного превосходства противника.
Приказом НКВД СССР от 28 октября 1934 года Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны был переформирован в три округа: Таджикский, Туркменский, Узбекский и инспекцию пограничной и внутренней охраны НКВД Киргизской ССР.
17 мая 1938 года приказом НКВД СССР вновь формируется Среднеазиатский округ пограничной и внутренней охраны, с 8 марта 1939 года – Среднеазиатский округ пограничных войск.

Охрана границы в Таджикистане в 20 30 е гг

В условиях Гражданской войны в Таджикистане (1917–1924 гг.), которая началась после установления Советской власти, басмаческое движение приняло необычайно широкий размах, создав прямую угрозу государственной безопасности. Недоукомплектованные, слабо обученные пограничные войска были не в состоянии одновременно охранять границу от проникновения вражеских шпионов и контрабандистов и вести боевые действия против басмаческих вооруженных формирований, прорывавшихся из за рубежа. В связи с этим Реввоенсовет и Всероссийская чрезвычайная комиссия 19 июня 1921 года приняли положение, согласно которому на войска Красной армии, дислоцированные в Таджикистане, возлагалась обязанность оказывать всемерное содействие пограничным войскам.
К этому времени басмаческие отряды, уже, как правило, хорошо экипированные, стали систематически переходить границу, нападать на советские военные гарнизоны. Но, потерпев поражение, уходили в горы или за границу, откуда вновь совершали нападения.
Активность басмачей требовала принятия более решительных мер. Поэтому с октября 1923 года в борьбу с ними вступили части 13 го стрелкового корпуса Красной армии, управление которого было расквартировано в Душанбе. Именно этот корпус взял на себя основную тяжесть борьбы с басмачами.
В результате принятых мер были разгромлены крупные басмаческие отряды, насчитывающие по несколько тысяч человек, в том числе группировки Энвера паши, Селима паши, Давлятманд бия и др.
В зону ответственности Туркестанского округа входили также таджикско китайский и таджикско афганский участки государственной границы. Охрана этих участков была возложена на Ошскую комендатуру (штат 342 человека) и 47 й Керкинский пограничный отряд (штат 1641 человек) соответственно. Пограничные заставы имели штат преимущественно 1 й и 2 й категории (по 9 12 и 14–19 человек). Малое число застав и постов, непосредственно охранявших границу, а также незначительное количество людей в них приводили к тому, что отдельные ее участки охранялись очень слабо или не охранялись совсем – заставы «Шагон», «Калай Хумб» и др. Протяженность охранявшихся участков границы в них достигала 60–70 км и более.
Пограничники испытывали и серьезный недостаток в вооружении, боеприпасах, одежде, обуви, продовольствии. Места дислокации застав и постов только начинали обустраиваться. Немало трудностей возникало с медицинским обеспечением. Причем основную ее тяжесть из за недостатка сил в пограничной охране несли прежде всего подразделения пограничников, непосредственно охранявшие границу, – заставы, посты, пикеты.
Главные элементы содержания их боевой деятельности составляли разведка противника, уничтожение вооруженных басмаческих групп при переходе ими границы и в пограничной полосе, отражение нападений басмаческих формирований на подразделения пограничных войск.
При выполнении этих боевых задач наиболее часто использовались внезапные атаки в конном строю с выходом во фланг и тыл (обход) или на оба фланга (охват) противника. Если басмачи действовали с какого либо рубежа, предварительно спешившись, то в этом случае атака пограничников осуществлялась в пешем порядке с применением указанных видов маневра.
При получении конкретных разведывательных данных о времени, месте и силах басмаческих формирований, готовившихся к переходу границы, пограничники широко практиковали засады. Оборонительные действия чаще всего применялись при отражении вооруженных нападений басмачей на заставы, посты и другие пограничные подразделения.
Оперативная деятельность велась непрерывно как за кордоном, так и в приграничье для получения информации о басмаческих группировках, их составе и вооружении, местах дислокации, времени и направлениях возможных действий в целях прорыва через государственную границу. Разведывательную работу проводили соответствующие оперативные аппараты пограничных комендатур и отрядов во взаимодействии с местными областными, республиканскими органами ГПУ. Это позволяло командованию пограничных частей принимать упреждающие меры.
Становление советской пограничной охраны в Таджикистане имело свои особенности, связанные с физико географическими условиями края. Так, на Памире с прибытием отряда Семыкина в 1920 году ежегодно в течение шести лет каждый отряд формировался самостоятельно в городе Андижане (Узбекистан) или городе Оше (Киргизия) и в полном составе, при отсутствии какой либо преемственности, сменял другой отряд, несший службу в горном крае.
И только с июля 1926 года приказом командующего Среднеазиатским военным округом Памирский отряд был объявлен стационарно расположенной частью с местом постоянной дислокации в Хороге со штатом в 227 человек: управление отряда, политчасть, хозчасть, команды связи, пулеметной команды, стрелковой команды, кавалерийского взвода и саперной команды. Денежным довольствием отряд снабжался непосредственно из главного управления снабжения в Оше. Здесь же личный состав со всем имуществом (вооружение, продовольствие, фураж) разбивался на посты – Кызыл Рабатский, Памирский, Хорогский, Калай Вомарский, Ишкашимский и Лянгарский. 30 человек рядового состава укомплектовывалось из числа местного населения на правах добровольцев с годичным сроком службы.

В 1930 году был создан Памирский пограничный отряд (управление находилось в Хороге, в 1944 году отряд переименован в Хорогский) для охраны участка границы в Горно Бадахшанской автономной области. В апреле 1931 года в составе Памирского погранотряда была сформирована Мургабская пограничная комендатура, в 1939 году – Ишкашимская комендатура.
В связи с огромной протяженностью охраняемого участка Памирским пограничным отрядом, более 1200 км, было принято решение о создании в октябре 1939 года 26 й отдельной Мургабской пограничной комендатуры.
В целях дальнейшего укрепления южных рубежей СССР в 1928 году был создан 48 й Сарайский пограничный отряд с управлением в Пяндже (с 1932 года отряд переименован в Таджикский, с 1954 года – в Пянджский), в состав которого вошли четыре пограничные комендатуры.
В 1929 году в состав Сарайского погранотряда была передана 5 я Калай Хумбская комендатура. На следующий год Калай Хумбская комендатура выделяется из состава Сарайского отряда в самостоятельную отдельную комендатуру. В 1932 году из состава Таджикского (бывший Сарайский) пограничного отряда была выделена отдельная 13 я Сарычашминская пограничная комендатура.
В 1930 году была сформирована школа питомник служебного собаководства при управлении пограничной охраны ОГПУ по Средней Азии в поселке Куйлюк Ташкентской области, которая впоследствии была передислоцирована в пригород Душанбе и стала основой создания 7 й Окружной школы младшего начальствующего состава Пограничных войск (ПВ) НКВД.
В целях оперативного оповещения и создания целостной системы связи для оптимального управления пограничными войсками в 1938 году в Душанбе на основе радиостанции управления Пограничных войск Среднеазиатского округа (САО), подразделений связи двух пограничных отрядов и одного стрелкового полка была сформирована отдельная рота связи Пограничных войск САО.
После сформирования пограничных соединений, подразделений и необходимой войсковой инфраструктуры на таджикско афганской и таджикско китайской границах возросла плотность охраны государственной границы, что положительно сказалось на выполнении оперативно служебных и боевых задач.